Большая загадка - год появления поэтессы на свет. Вот ее автобиография: «Родилась я в Москве в 1906 году, здесь училась и выросла». Все вроде ясно. Однако дочь писательницы Татьяна Щегляева вдруг заявила, что энциклопедии врут. На самом деле Агния Львовна родилась в 1907-м. «Когда маме было 17 лет, чтобы получать паек для служащих (селедочные головы, из которых варили суп), она устроилась на работу в магазин одежды. На службу принимали только с 18 лет, и ей пришлось прибавить себе год». Время революционное, голодное, причина понятна.
Да вот закавыка: согласно Литературной энциклопедии в 11 томах под редакцией наркома Анатолия Луначарского, вышедшей в 1929-м, дата рождения Барто - 1904-й.
Тайна вскрылась лишь в 2013-м. В каунасском архиве Литвы обнаружили запись городского раввина о рождении 17 февраля (по новому стилю) 1901 года девочки Агнии в семье ветеринарного врача Авраама-Льва Нахмановича Волова и его жены Марии Эльяш-Гиршевны, урожденной Блох. С тех пор в энциклопедиях, справочниках, статьях значатся разные годы рождения поэтессы. Но почему семья скрыла, что Агния появилась на свет в 1901 году? Мы вряд ли это узнаем...
«Ничего не знала о ногах»
После рождения единственной дочери Воловы перебрались в Москву. Отец воспитывал малышку на баснях Крылова. «Он знал наизусть почти все его басни, - вспоминала Агния Львовна. - Учил меня читать по книжке Льва Толстого с крупным шрифтом. Толстым отец восхищался всю жизнь, без конца перечитывал его. Родные шутили, что, едва мне исполнился год, отец подарил мне книжку «Как живет и работает Лев Николаевич Толстой».
В четыре года она сочинила первые вирши:
Девочка гуляла
в зеленых лугах,
Ничего не знала
о своих ногах.
«Стихи я начала писать в раннем детстве, в первых классах гимназии посвящала их главным образом влюбленным «розовым маркизам». Поэтам положено писать о любви. Правда, уже тогда влюбленных маркиз и пажей, населявших мои тетради, оттесняли эпиграммы на учителей и подруг», - вспоминала Барто. Одно время увлекалась Анной Ахматовой, подражала ей. Однажды кто-то из гостей забыл у Воловых книжку модного Маяковского. Она взахлеб прочитала ее и тут же сочинила свои стихи:
Рождайся,
Новый человек,
Чтоб гниль земли
Вымерла!
Я бью тебе челом,
Век,
За то, что дал
Владимира.
С той поры Маяковский надолго стал ее кумиром.
Отец поощрял увлечение дочери поэзией. Но видел для нее иную профессию. Устроил в частную студию балерины Большого театра Лидии Нелидовой-Барто. После ее окончания Агния перешла в хореографическое училище. Наступили выпускные зачеты. Еще немного, и она выйдет на профессиональную сцену...
Вмешался случай. В лице наркома просвещения Анатолия Луначарского. Он неожиданно прибыл на зачеты. После балетных па выпускники демонстрировали гостю другие свои таланты. «Под музыку Шопена я прочла свое очень длинное стихотворение «Похоронный марш», принимая соответствующие трагические позы. Когда рассказали, что во время моего выступления Луначарский с трудом прятал улыбку, меня это очень обидело. Через несколько дней Анатолий Васильевич пригласил меня в Наркомпрос и сказал, что, слушая мой «Похоронный марш», он понял: я обязательно буду писать веселые стихи. Он долго и сердечно говорил со мной, сам написал на листке, какие книжки мне надо прочесть». Заодно дал рекомендацию в Госкомиздат.
Агния туда сходила. Познакомилась с Корнеем Чуковским и Самуилом Маршаком, будущими своими учителями. Даже издала две первые идеологически правильные тоненькие книжечки стихов: «Китайчонок Ван Ли» и «Мишка-воришка». Мальчика Ли угнетали китайские богачи-мандарины. Он сбежал в Россию, стал пионером и обрел счастье. Беспризорник Мишка воровал от голода. Знакомый пионер предложил ему поступить в детский дом. Он теперь тоже сыт, одет, обут.
Совет Маяковского
На профессиональной сцене Агния танцевала год. Потом труппу отправили в зарубежные гастроли, а ее отец был против заграницы. Агния осталась. И полностью отдалась поэзии. Встал выбор: быть взрослой поэтессой или детской? Ей хотелось солидности. Опять явился случай в лице кумира - Маяковского. «Мы жили на даче в Пушкино, оттуда я ходила играть в теннис. Меня в то лето с утра до вечера мучили слова, вертела их по-всякому, и только теннис выбивал из головы рифмы. И вот однажды, приготовившись подавать мяч, я застыла с поднятой ракеткой: за забором ближайшей дачи увидела Маяковского. Оказалось, что он живет здесь (...)
В Москве был впервые устроен праздник Детской книги. Были приглашены многие поэты, но из «взрослых» приехал один Маяковский. Мне повезло: попала с ним в одну машину. Но оробела и всю дорогу так и не открыла рта. А поговорить с Маяковским мне было особенно важно, потому что мной овладевали сомнения: не пора ли начать писать для взрослых?
Увидев в Сокольническом парке нетерпеливую толпу ребят, Маяковский взволновался, как волнуются перед самым ответственным выступлением. Когда он начал читать детям свои стихи, я стояла за эстрадой на лесенке, и мне была видна только его спина и взмахи рук. Но я видела восторженные лица ребят, видела, как они радовались и самим стихам, и громовому голосу, и ораторскому дару, и всему облику Маяковского. Хлопали так долго и громко, что распугали всех птиц в парке. После выступления Маяковский, вдохновленный, спустился с эстрады, вытирая лоб большим платком. «Вот это аудитория! Для них надо писать!» - сказал он трем молодым поэтессам. Одной из них была я».
Опасный жанр
30 - 50-е годы ХХ века в СССР стали временем суровой идеологической борьбы. Немало писателей были расстреляны, кто-то сгинул в лагерях. Казалось бы, жанр детской поэзии - самый спокойный. Ан нет! Надежда Крупская лично ополчилась на Корнея Чуковского за его «антисоветские сказки». «Муха-цокотуха» - принцесса. Комарик - переодетый принц. Именины и свадьба - «буржуазные праздники». «Мойдодыр» оскорблял чувства трубочистов: «Нельзя давать детям заучивать наизусть: «А нечистым трубочистам - стыд и срам, стыд и срам!» - и в то же время внедрять в их сознание, что работа трубочиста так же важна и почетна, как и всякая другая». Особенно Крупскую возмутил «Крокодил». «Я думаю, «Крокодил» ребятам нашим давать не надо, не потому, что это сказка, а потому, что это буржуазная муть!»
Ныне это кажется чушью, но ведь сказки Корнея Ивановича надолго запретили в СССР. Побывал в опале и Маршак. Доставалось на орехи и добрейшей Агнии Барто, писавшей в основном для детей 2 - 5 лет. На собраниях ее ругали, что рифмы у Мишки, которого уронили на пол и оторвали лапу, сложные, авангардистские, детям не понятны. К счастью, Агнию Львовну в те суровые годы не тронули. Наоборот, с выходом книги «Игрушки» в 30-х она стала знаменитой. Дети мгновенно заучивали наизусть стихи про бычка, мишку, зайку, Танин мячик, резиновую Зину...
На фронт с удостоверением «Комсомолки»
С началом войны второго мужа Агнии Барто - ученого Андрея Щегляева - направили на Урал. Поднимать энергетику, ковать оружейный пояс страны. Она с детьми уехала вместе с ним в Свердловск. Агния Львовна писала стихи, выступала в госпиталях, школах, на заводах. Ей потребовались новые герои - подростки, выпускавшие днем и ночью оружие для фронта. Чтобы лучше понять их, в 40 лет Барто поступила в ремесленное училище, освоила профессию токаря. Выпустила книгу «Подростки», поэму «Никита», цикл стихов «Уральцы бьются здорово».
Мать двоих детей долго добивалась командировки на фронт. Мол, она не может писать для детей о войне, не побывав там, где свистят пули. Наконец с удостоверением «Комсомольской правды» провела месяц на передовой. Государственную премию, полученную в годы войны, передала на строительство танка.
В конце войны семья вернулась с Урала в Москву. Перед самой Победой случилось огромное горе. 5 мая 1945 года 18-летнего Эдгара, ехавшего на велосипеде, сбил грузовик.
Лишившись сына, Агния Львовна долго не могла писать. Лишь в 1947-м сочинила необычную даже для нее поэму «Звенигород». О детском доме в подмосковном городе.
Здесь со всех концов страны
Собраны ребята:
В этот дом их в дни войны
Привезли когда-то...
После, чуть не целый год,
Дети рисовали
Сбитый черный самолет,
Дом среди развалин.
Одно дело - написать поэму, бьющую по нервам. И совсем другое - замахнуться на, казалось бы, немыслимое: попытаться соединить несчастных обездоленных ребятишек с родителями, братьями, сестрами, разбросанными по всему Союзу. Разве это дело поэтессы? Для этого есть специальные органы с бюджетами и штатами - милиция, военкоматы...
Но Агния Львовна решилась. Она нашла смысл жизни в помощи другим детям. Девять лет вела на радиостанции «Маяк» передачу «Найти человека». Каждый месяц 13-го числа садилась к микрофону: «Все, кто меня слышит, возьмите, пожалуйста, ручку и бумагу. Запишите: «За помощью к вам обращается...» И зачитывала письма, подчас самые безнадежные. «Отец пришел прощаться, на нем была голубая гимнастерка, он принес пакет яблок». Ну как найти человека при столь скудных данных? А Барто находила. С помощью миллионов советских радиослушателей. И за девять лет воссоединила 927 разлученных войной семей. 927! Настоящий подвиг женщины, матери, поэтессы.
В ТЕМУ
«Муля, не нервируй меня!»
Перед войной подружки Агния Барто и Рина Зеленая сочинили сценарий комедии «Подкидыш» о пятилетней девочке с бессмертной фразой про Мулю. Кто автор фразы, доподлинно неизвестно, поскольку Барто, Зеленая и Фаина Раневская потом каждая уверяли: «Это я придумала!» Зато точно известно, что после премьеры картины в 1940-м фраза намертво прицепилась к Раневской. Сам Брежнев, вручая в 1976-м актрисе орден Ленина, произнес: «А вот идет наша Муля-не-нервируй-меня!» Раневская ответила: «Леонид Ильич, так ко мне обращаются или мальчишки, или хулиганы!» Генеральный секретарь ЦК КПСС смутился: «Простите, но я вас очень люблю».
А еще мы должны быть благодарны Барто и Зеленой, что они вернули на экран прекрасную актрису. После провального дебюта в «Пышке» Михаила Ромма Раневская поклялась, что больше никогда не вернется в кино. Но сценаристки «Подкидыша» уговорили-таки Фаину Георгиевну сняться. Та согласилась «исключительно из дружеских женских чувств».
Также по сценариям Агнии Барто сняли детские картины «Слон и веревочка», «10 000 мальчиков» и «Алеша Птицын вырабатывает характер».
ЛИЧНОЕ
Три сталинских лауреата в одной постели
Первый раз Агния Волова вышла замуж за внука британского коммерсанта Павла Барто. Он тоже занимался балетом в студии Лидии Нелидовой. А еще сочинял детские стихи. Энергичная Агния проявила инициативу, окольцевала голубоглазого красавца. Они вместе написали несколько стихотворений. Самое знаменитое - «Девочка-ревушка»:
Что за вой? Что за рев?
Там не стадо ли коров?
Нет, там не коровушка -
Это Таня-ревушка...
Родился сын Эдгар. Вскоре супруги пошли каждый своей дорогой. И в жизни, и в творчестве. Развод инициировала Агния. Но фамилию Барто оставила и прославила. Павел еще трижды женился, издал десяток детских книжек. В основном стихи о птичках. Но к славе бывшей жены не смог даже приблизиться.
Агния познакомилась с далеким от литературы инженером Андреем Щегляевым. Поженились. Родилась дочь Татьяна Щегляева (впоследствии кандидат технических наук). Сын Эдгар тоже жил с ними. Муж стал ученым-теплоэнергетиком, доктором наук, деканом, членом-корреспондентом АН СССР. Словом, очень занятым человеком. Но вместе со свекровью всячески оберегал Агнию Львовну от бытовых проблем. Она должна творить!
Щегляев с улыбкой относился к невероятной славе жены: он сам имел куда больше наград и званий. В Московском энергетическом институте, где он работал, шутили: «В постели три сталинских лауреата. Это кто? Щегляев и Барто». У него было две Сталинские премии, у нее одна.
Андрей Владимирович скончался в 1970-м. Рак. Его похоронили на Новодевичьем. Позже вдова получила вторую Сталинскую премию и даже высшую - Ленинскую. Но без любимого мужа эти награды ее не радовали. Агния Львовна умерла 1 апреля 1981 года. Инфаркт. Упокоилась знаменитая поэтесса рядом с мужем.
КСТАТИ
Памятники Зайке
В 2016 году в Комсомольском саду Центрального района Волгограда установили бронзовую скульптуру Зайки, брошенного хозяйкой. Он восседает на стопке книг Барто и приветливо улыбается прохожим.
В 2022-м Зайку поставили в центре Екатеринбурга. Неподалеку от дома, где в годы Великой Отечественной жила семья поэтессы.
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru