Жизнь — и человека, и человечества — определяется технологиями. Мы уже давно живём в них, а не в природе. И уже давно наша жизнь с точки зрения дедов и бабушек — воплощённая сказка. И мы (кроме молодежи, у которой вместо соски был планшет, а сейчас уже и GPT-чат) порой спохватываемся, что живём в волшебстве, в «далёком будущем», о котором грезили фантасты, и злимся не на лютые очереди, а на подвисающие «Госуслуги» или кривой поиск в маркетплейсе.
--- (продолжение, 1 часть, 2 часть, 3 часть, 4 часть,
5 часть, 6 часть, 7 часть, 8 часть, 9 часть, 10 часть,
11 часть, 12 часть, 13 часть, 14 часть) ---
И всё более растерянно спрашиваем друг друга: а где же главное — где справедливость? Почему технологии принесли удобства, но не её? Оказывается, справедливость не вытекает из технологий. Оказывается, для неё нужны специальные усилия, специальное творчество, которое и зовут политикой (при всей грязи сопутствующей борьбы за власть). Но нам опять не до справедливости, на нас накатывает новая технологическая волна: искусственный интеллект (ИИ), роботы, дроны и — мало сознаваемое, как всякое главное, — цифровые экосистемы, в которые мы переселяемся из природы и обжитой нами среды, созданной материальными технологиями.
Новый мир комфортен, но беспощаден. Классическая эксплуатация труда капиталом давно стала «безобидной игрой в крысу» на фоне лютого грабежа глобальными корпорациями — слабых стран и финансовыми спекулянтами — всех без исключения народов. Но теперь этот грабёж начинает выглядеть таким же человечным, как и та эксплуатация. Потому что общество цифровых экосистем делится на ничтожное число владельцев этих экосистем, сокращающееся сообщество развивающих их специалистов и настройщиков роботизированных производств, и, с другой стороны, сначала 70, а потом и 95% населения, лишь пользующихся этим великолепием и по большому счёту не нужных ему.
Это хуже эксплуатации и безысходней грабежа: это отсутствие смысла жизни и потребности в разуме. Да, системе разумность людей в целом нужна. Ведь наши цифровые следы, на которых учится ИИ, тем разнообразнее, чем мы разумнее, а обучение на следах тиктокеров или косяка сельди дебилизирует не хуже ЕГЭ. Но это лишь общественная потребность, а не повседневная необходимость для каждого.
Мы уже видим, как, освобождаясь от библейского проклятия вынужденного труда, когда-то превратившего обезьяну в человека, человек с удовольствием превращается в неё обратно.
Сегодняшние тенденции ведут к обществу, ничтожная часть которого будет занята творчеством, а абсолютное большинство станет ненужным — и его придётся утилизировать в бесплодных виртуальных развлечениях. Такое общество может быть довольно собой, но проживёт максимум два поколения. Ведь ИИ, обучающийся на цифровых следах социально утилизируемых и потому глупеющих людей, деградирует вместе с ними — примеры уже есть. Поэтому он неизбежно проиграет конкуренцию соседям (которые пойдут иным путём) и будет уничтожен ими вместе со своим макрорегионом.
Но это не главное. Главное в том, что знание по своей природе открыто и требует даже для сохранения (не говоря о развитии) втягивания в его создание всех, кто на это способен, с максимальным же расширением их круга (учёбой, а то и генетической инженерией). В закрытых сообществах знание вырождается в ритуал и умирает как предрассудок. Поэтому общество бесполезности (а значит, и бесправия) большинства («электронный концлагерь», «киберпанк», «технофеодализм» — как ни зови), делающее знание достоянием элиты, пусть сколь угодно умной и творческой поначалу, неизбежно утратит технологии даже жизнеобеспечения и погибнет.
Впрочем, это произойдёт лишь при сохранении нынешней ориентации человека на наживу: неизбежной для вчерашнего господства рынка, но не соответствующей цифровым экосистемам, в которых мы уже живём (и где возможности наживы всё меньше). Именно эта неадекватность старых мотиваций новым условиям и убьёт такое общество.
(продолжение следует)
---> Подписывайтесь на телеграм-канал DELYAGIN's special
Источник:
https://t.me/Russica2/16080