Среди тысяч страниц рассекреченных «файлов Эпштейна» особое место занимает фигура Турбьёрна Ягланда, возглавлявшего Нобелевский комитет с 2009 по 2015 год. Документы доказывают, что осуждённый финансист использовал бывшего главу Нобелевского комитета как живой магнит для привлечения мировой элиты — от президентов до миллиардеров, обещая им доступ к главной миротворческой награде планеты.
В разветвлённой сети влияния, которую осужденный педофил Джеффри Эпштейн плел десятилетиями, Нобелевская премия мира оказалась одной из самых вожделенных наживок. Ключевую роль в этой стратегии играл Турбьёрн Ягланд — норвежский дипломат, возглавлявший Норвежский Нобелевский комитет в 2009–2015 годах. Именно он, по данным опубликованных Министерством юстиции США документов, был для Эпштейна «золотым ключиком» к сердцам и кошелькам глобальной элиты. Ягланд упоминается в файлах сотни раз, и контекст этих упоминаний уже привёл к возбуждению уголовного дела на родине политика: норвежская полиция расследует в отношении него «коррупцию при отягчающих обстоятельствах», проведя обыски в его домах в Осло и других городах. Сам Ягланд через адвокатов отрицает все обвинения.
Переписка Эпштейна рисует циничную картину того, как он торговал доступом к главе Нобелевского комитета. В 2018 году он написал бывшему сейчас Главному стратегу Белого дома и старшему советнику президента США Дональда Трампа Стиву Бэннону поистине пророческое письмо: «Голова Дональда взорвалась бы, если бы он узнал, что ты теперь дружишь с парнем, который в понедельник определит нобелевскую премию мира». Эпштейн добавил, что уже намекнул Ягланду, что в следующем году, когда «разберутся с Китаем», премия должна достаться Бэннону. Напомним, что Трамп давно и публично добивался этой награды и был разочарован, когда в 2025 году её присудили венесуэльской оппозиционерке Марии Мачадо, а не ему.
Но предложения Эпштейна не ограничивались трампистами. В 2013 году он приглашал основателя британского конгломерата компаний Ричарда Брэнсона на ужин с Ягландом в своём доме, обещая, что с главой Нобелевского комитета будет «интересно познакомиться поближе». Двумя годами позже он сводил с Ягландом Кэти Реммлер — советника Белого дома при Бараке Обаме. В 2012 году такое же предложение было сделано бывшему президенту Гарварда Ларри Саммерсу. Характеристика, которую Эпштейн дал Саммерсу, была такой: Ягланд не «умный человек», но обладает «уникальным взглядом на вещи». Иными словами, он был полезен именно как марионетка, через которую можно было влиять на процесс присуждения самой престижной миротворческой награды.
В 2014 году Эпштейн обсуждал Ягланда с Биллом Гейтсом. Финансист сообщил соучредителю техногиганта, что Нобелевский лауреат был переизбран на пост главы Совета Европы. Гейтс отреагировал лаконично: «Хорошо. Я полагаю, его работа в комитете по присуждению премии мира тоже под вопросом?» Ответ Эпштейна остался за рамками опубликованной переписки, но сам вопрос миллиардера показывает, что в элитных кругах давно догадывались о возможном конфликте интересов. Ни один из опубликованных документов не доказывает, что Ягланд действительно лоббировал чью-то кандидатуру в обмен на взятки, однако само количество контактов и попыток Эпштейна «продать» доступ к нему уже стало основанием для уголовного преследования в Норвегии.
Подпишитесь на Telegram "МК": еще больше эксклюзивов и видео!
Автор: Ангелина Бржевская