Когда пацаны у меня в офисе узнали, что я начал встречаться с тренером по художественной гимнастике, реакция была предсказуемой. Сразу начались эти сальные ухмылочки, подмигивания и вопросы в стиле
"Ну че, Макар, она там узлом завязывается?".
Я обычно отшучивался, мол, завидуйте молча, а сам, честно говоря, и не знал, что отвечать. Мы с Таисией встречались всего второй месяц, у нас был тот самый конфетно-букетный период, когда вы больше гуляете по набережной и держитесь за руки, чем ставите акробатические эксперименты в спальне.
Таисия действительно работает с детьми, ведет группу девочек от четырех до семи лет. Она маленькая, жилистая, вся такая подтянутая, что рядом с ней я, со своим офисным пузиком и любовью к жирному, чувствую себя неповоротливым медведем.
Но меня всегда завораживало, как она двигается. В ней нет вот этой резкости, она как будто перетекает из одного положения в другое, даже когда просто тянется за кружкой на верхней полке или надевает джинсы.
Бытовуха с элементами акробатики
Первое время я просто наблюдал и офигевал. Прихожу к ней домой вечером, она готовит ужин. Стоит у плиты, мешает макароны, а нога при этом закинута на спинку стула, который стоит рядом. Я сначала подумал, что ей так удобно, а потом понял, что она так "тянется" между делом.
Или сидим смотрим сериал, я развалился на диване как тюлень, а она сидит на полу в поперечном шпагате и спокойно ест яблоко, будто это самая естественная поза в мире для просмотра телевизора.
Меня это, конечно, заводило дико. Мужская фантазия – штука простая и прямолинейная. Ты видишь, как твоя женщина складывается пополам, чтобы поднять упавший пульт, не сгибая коленей, и в голове сразу начинают крутиться картинки из фильмов для взрослых.
Но я молчал. Боялся показаться озабоченным или обидеть тем, что воспринимаю ее профессиональные навыки исключительно как опцию для койки. Она к своей работе относится серьезно, постоянно рассказывает про соревнования, про то, как у маленькой Маши не получается "мостик", а у Поли стопы не тянутся. Я кивал, делал умное лицо, а сам думал:
"Как же это, наверное, круто, когда до дела дойдет по-серьезному".
Но вот как-то все шло слишком уж "классически". Обычно, ничего сверхъестественного, никаких "вертолетов" или поз, для которых нужна страховка и мат. Таисия дома расслаблялась, уставала после тренировок, и ей, видимо, совсем не хотелось изображать олимпийскую чемпионку еще и в постели.
А меня разбирало любопытство. Друзья же спрашивают, подкалывают, а мне и рассказать нечего, кроме того, что она вкусно делает шарлотку.
Тот самый вечер и роковой вопрос
Это случилось в прошлую пятницу. Мы заказали пиццу, открыли бутылку вина, настроение было игривое. Тая была в ударе, рассказывала, как они сегодня готовили показательное выступление под музыку из "Щелкунчика". Она была одета в свои домашние короткие шорты и майку, и я снова залип на ее ноги. Мы сидели на ковре в гостиной, я опирался спиной на диван, а она что-то там разминала, сидя передо мной.
И тут черт меня дернул за язык. Видимо, два бокала красного сухого сделали свое дело, и фильтры в голове отключились.
– Тая, слушай, – начал я, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно, хотя уши уже начали предательски гореть. – А вот эта твоя растяжка, ну, профессиональная. Она вообще как-то в обычной жизни пригождается? Ну, ты понимаешь, о чем я.
Она остановилась, посмотрела на меня с хитрым прищуром. В глазах запрыгали чертики. Она прекрасно поняла, о чем я спрашиваю.
– Ты имеешь в виду, могу ли я закинуть ноги за голову в порыве страсти? – спросила она прямо, откусывая кусок пепперони.
Я поперхнулся вином. Ну вот, спалился.
– Ну типа того, – пробормотал я, чувствуя себя школьником, которого застукали за курением. – Просто говорят, что гимнастки это что-то с чем-то, что у вас там возможности безграничные. Вот мне и стало интересно, это миф или правда.
Таисия рассмеялась. Не обидно, а так, весело, звонко.
– Макар, ну вы, мужики, конечно, одноклеточные иногда. Но вообще, да. Гибкость дает определенные преимущества. Хочешь, покажу кое-что?
Я активно закивал, отодвигая коробку с пиццей подальше, чтобы не мешать "представлению". Я ожидал чего угодно: что она сейчас сядет на шпагат прямо на мне, или изогнется мостиком, или еще что-то такое, этакое, будоражащее кровь.
Удар с разворота и звезды из глаз
Таисия встала, отошла на пару шагов, чтобы было место.
– Смотри, это называется гранд батман, ну или просто мах, если по-простому, но с фиксацией, – сказала она вполне серьезным тренерским голосом. – В чем фишка: я могу контролировать ногу на любой высоте.
Я подался вперед, весь во внимании. Я сидел на полу, и мое лицо находилось примерно на уровне ее бедер. Я думал, она сейчас медленно поднимет ногу, я восхищусь, мы посмеемся и перейдем к более приятной части вечера.
Но Таисия решила добавить экспрессии. Она, видимо, забыла, что мы не в зале на мягком покрытии, а в хрущевке с низкими потолками и тесной мебелью, и что я сижу слишком близко. Она резко, с профессиональным выдохом, махнула правой ногой вверх.
Это было красиво. Наверное. Я успел заметить только мелькнувшую пятку.
А потом свет выключился.
Удар пришелся мне точнехонько в район левой скулы и глаза. Это было не просто касание, это был полноценный, поставленный удар пяткой тренированного человека. Раздался глухой звук, как будто кто-то уронил арбуз, и моя голова мотнулась назад, ударившись затылком о диван.
На секунду я потерял ориентацию в пространстве. В глазах реально поплыли какие-то разноцветные круги, как в старых мультиках, когда герою на голову падает наковальня. Больно было адски. Я схватился за лицо и издал звук, похожий на мычание раненого бизона.
– Макар! – взвизгнула Тая. – Ты живой?!
Я слышал, как она упала передо мной на колени, ее руки пытались оторвать мои ладони от лица.
– Я не хотела! Думала, ты дальше сидишь! Прости, прости, пожалуйста!
Я приоткрыл правый глаз (левый открываться отказывался). Таисия была бледная, губы трясутся, в глазах ужас. Мне стало ее жалко, даже боль немного отступила.
– Нормально, – прохрипел я, пытаясь улыбнуться, но понял, что это плохая идея, потому что щека тоже болела. – Зато растяжка у тебя мое почтение. Убедительно.
Замороженная курица и лекция о технике безопасности
Следующие полчаса мы провели в ванной. Я сидел на бортике, а Таисия прикладывала к моему лицу пакет с замороженными овощами (кажется, это была мексиканская смесь, там твердые морковки очень хорошо чувствовались).
Она постоянно извинялась, гладила меня по здоровой щеке и чуть не плакала.
– Я такая дура, – причитала она. – Захотела повыпендриваться. Вот вечно мне надо показать, какая я крутая. Чуть глаз тебе не выбила.
– Тая, да все в порядке, – успокаивал я ее, хотя чувствовал, как под глазом наливается знатный синяк. – Зато теперь я точно знаю ответ на свой вопрос. Гибкость у тебя убийственная, в прямом смысле. Буду теперь тебя бояться.
Мы посмотрели друг на друга и начали ржать. Это был тот самый нервный смех, когда стресс отпускает. Мы смеялись до слез. Я сидел с пакетом у глаза, похожий на побитого пирата, она сидела на полу в ванной в своих шортиках, и ситуация была настолько идиотская, что злиться было просто невозможно.
– Знаешь, – сказал я, когда мы немного успокоились. – Я думаю, нам надо ввести стоп-слово или стоп-жест. Типа, если я вижу, что ты поднимаешь ногу выше пояса, я сразу падаю на пол и закрываю голову руками.
– Договорились, – хмыкнула она, целуя меня в нос. – Обещаю больше не применять боевые приемы в домашних условиях.
Последствия и выводы
Утром я проснулся с фиолетовым шедевром под глазом. Выглядело это так, будто я подрался и проиграл в первом же раунде. Таисия, увидев меня при дневном свете, снова начала извиняться и предлагала не ходить на работу, но я решил, что это будет даже весело.
На работе, конечно, был фурор.
– Макар, кто это тебя так? – спросил начальник, подозрительно косясь. – На гопников нарвался?
– Нет, – гордо ответил я. – Это любовь. Девушка показала свою растяжку.
Начальник посмотрел на меня с уважением и легкой опаской.
– Ого, страстная женщина. Ты там аккуратнее, а то в следующий раз на костылях придешь.
Пацанам я, конечно, рассказал все как есть, только немного приукрасил, сказав, что это случилось в процессе бурной страсти, а не пока мы ели пиццу. Пусть завидуют, не у каждого девушка может вырубить тебя одним взмахом ноги, не вставая с места.
А если серьезно, эта ситуация нас как-то очень сблизила. Пропало вот это напряжение "хочу казаться лучше". Я увидел, что она тоже может быть неловкой, может ошибаться, и это нормально. Она перестала быть для меня недосягаемой "гимнасткой с картинки", а стала моей живой, веселой и немного опасной Таей.
Мы продолжаем встречаться. И знаете, в постели у нас все наладилось. Оказалось, что для этого не обязательно закидывать ноги за люстру. Достаточно просто доверять друг другу и уметь посмеяться, если что-то пошло не так. Хотя, честно скажу, когда она теперь начинает разминаться или тянуться рядом со мной, я рефлекторно отодвигаюсь на безопасное расстояние. Береженого бог бережет, а запасного глаза у меня нет.