Это была не просто ссора. Это была война, которую вели на виду у всей страны — с перебежчиками, компроматом в соцсетях, угрозами судов и попытками переманить главную звезду. То, что начиналось как тихое соперничество двух сильнейших школ, летом 2020 года превратилось в открытое противостояние, которое не утихает до сих пор. Евгений Плющенко и Этери Тутберидзе — два полюса российского фигурного катания. Один — великий чемпион, решивший стать великим тренером. Вторая — гениальный наставник, воспитавший золотых медалисток трех Олимпиад подряд. Их конфликт стал главным сериалом в мире спорта, и похоже, финальная серия еще очень далеко.
Как так вышло, что фигурное катание превратилось в поле битвы, где бывшие коллеги обмениваются публичными пощечинами, а 15-летние спортсменки оказываются в центре скандалов с уголовным подтекстом? И главное — почему эта война не закончится даже тогда, когда ее герои пытаются пожать друг другу руки?
Точка невозврата: «никто никого не переманивает»
Всё началось с переходов. Лето 2020 года стало временем тектонических сдвигов в российской фигурке. Александра Трусова и Алена Косторная — две звезды, которые наводили ужас на соперниц по всему миру, — приняли решение покинуть группу Этери Тутберидзе и уйти к Евгению Плющенко. Для команды «Хрустального» это был шок. Уходили не просто фигуристки — уходило будущее, уходили медали, уходила гегемония.
Плющенко тогда в интервью «России 24» держался уверенно и даже обиженно:
«Никто никого не переманивал, никто никого не перекупал, как пишут диванные наши эксперты».
Он настаивал, что спортсменки приходят сами — к условиям, к перспективам, к новому льду. Но в академии Тутберидзе, кажется, думали иначе. И готовили ответ.
22 сентября 2020 года команда Тутберидзе опубликовала в Instagram скриншот, который взорвал спортивный мир. Это была переписка Яны Рудковской, жены и продюсера Плющенко, с олимпийской чемпионкой Алиной Загитовой. Время было подобрано идеально — сразу после того, как Плющенко в очередной раз публично отрицал практику «охоты» на чужих учениц.
«Алиночка, привет, Евгений Викторович просил тебе передать, что он тебя очень ждет и я тоже. Мы в ноябре открываем наш каток в Мособласти и в марте в Москве. Льда будет много и специалистов тоже. Много иностранцев. Мы открыты и на связи», — написала Рудковская, приложив фото нового катка.
Ответ Загитовой был кратким, но исчерпывающим:
«Здравствуйте, спасибо за предложение, но я останусь у Этери Георгиевны».«Никто никого не переманивает?» — с убийственной иронией подписали скриншот в штабе Тутберидзе.
Это было объявление войны.
«Грязный прием в ответ на грязный прием»
Реакция Рудковской не заставила себя ждать. Она заявила, что переписка была частной и попала в чужие руки незаконно, пообещав обратиться к юристам по статье 138 УК РФ (нарушение тайны переписки). По ее словам, сообщения были вырваны из контекста, а речь шла не о переходе, а об участии в шоу.
Но было поздно. Механизм скандала запустили, и остановить его никто не мог. Спортивные журналисты и эксперты разделились на два лагеря. Известная фигуристка Алена Леонова попыталась воззвать к здравому смыслу:
«Не понимаю, зачем выставлять всё это, делать такую публичность. Популярности у этих ребят и так достаточно. Считаю, что ничего такого в этой переписке нет. Тем более Алина сказала, что она никуда не собирается».
Но публика уже смаковала детали. Впервые занавес над «закулисьем» фигурного катания был сорван так цинично и откровенно. Как написал тогда один из обозревателей:
«В этой истории все выглядят плохо — больше или меньше, но все».
Плющенко и Рудковскую поймали на нестыковке слов и дел, а «Хрустальный» выбрал тактику публичной дискредитации — «грязный прием в ответ на грязный прием».
Сам Евгений Викторович тогда взорвался эмоциями в соцсетях:
«Снова работаем и никого не трогаем! Штаб, а штаб, Вы там совсем ку-ку? Вот Вас там штормит! Мне сделать ответный шаг, чтобы Вам наконец-то стало стыдно за все Ваши действия?!!!!!!!».
Многоточие и семь восклицательных знаков — пожалуй, лучшее описание состояния сторон в тот момент.
Холодная война: методы ведения боя
Противостояние быстро вышло за рамки личных обид. Оно стало системным. Плющенко, получивший в 2025 году статус тренера сборной России, строил свою академию «Ангелы Плющенко» как альтернативу монополии «Хрустального». Тутберидзе продолжала штамповать чемпионок, даже несмотря на потерю лидеров.
Конфликт перешел в фазу «холодной войны» — с редкими, но меткими выстрелами. В декабре 2025 года разразился новый скандал, который показал: мир так и не наступил. Академия Плющенко подала иск к семье фигуристки Арины Парсеговой на сумму 1 миллион 900 тысяч рублей, требуя вернуть деньги, потраченные на подготовку спортсменки. Формально — за невыполнение условий договора. По сути — очередная публичная порка.
И снова штаб Тутберидзе ответил ударом на удар. Команда Этери Георгиевны объявила о проведении платной открытой тренировки, часть выручки с которой будет направлена на оплату штрафа семьи Парсеговой. В тренировке согласились участвовать звезды первого ряда: Софья Акатьева, Аделия Петросян, Андрей Мозалев и другие. Это был не просто благотворительный жест. Это было демонстративное «мы против них», жесткое указание на то, чья сторона в этом конфликте считается «силами добра».
На тот момент Парсегова уже не тренировалась у Плющенко, а история с долгом превратилась в элемент большой игры. Фигурное катание окончательно стало походить на мафиозные разборки: конкуренты на глазах у публики делили сферы влияния, используя как рычаги давления многомиллионные иски и толстые кошельки спонсоров.
2026 год: олимпийский горизонт и старые раны
Сегодня, когда проходят Зимние Олимпийские игры в Италии, противостояние никуда не делось — оно просто приобрело новые формы. Тутберидзе находится в центре внимания мировых антидопинговых структур: глава WADA Витольд Банька публично признался, что ему «некомфортно» из-за присутствия российского тренера на Играх, хотя и подтвердил отсутствие юридических оснований не пускать ее. На Олимпиаде выступают ее ученики: Аделия Петросян и Ника Эгадзе, а дочь Диана Дэвис несет флаг Грузии.
Плющенко же, несмотря на занятость в академии, продолжает появляться в инфополе. Его комментарии иногда касаются совсем других видов спорта — например, он предлагал назначить Александра Мостового тренером сборной России по футболу. Но в мире фигурного катания его имя по-прежнему произносится с оглядкой на тот самый конфликт.
Сам Евгений Викторович позже признавался: он пытался помириться, протягивал руку, но ему «не пошли навстречу» (из предоставленных пользователем данных). Поверить в это сейчас, глядя на череду взаимных выпадов, которые не прекращаются годами, почти невозможно. Или возможно? Может быть, за кулисами этих войн действительно есть место усталости и желанию поставить точку?
Но публика уже не хочет мира. Зрители привыкли к этому реалити-шоу. Им нужны переходы, скриншоты, громкие заявления и разоблачения. Тема «перекупки звезд» и «скринов переписок» оказалась коммерчески успешной — она дробится на множество материалов, собирает миллионы просмотров и комментариев.
История Плющенко и Тутберидзе — это не просто конфликт двух амбиций. Это история о том, как большой спорт перестал быть только спортом. Он стал бизнесом, театром и полем битвы одновременно. И в этой битве уже не важно, кто прав, а кто виноват. Важно, кто громче хлопнет дверью и чья сторона соберет больше лайков.
Остается лишь один вопрос, на который пока нет ответа: когда на лед выйдут следующие вундеркинды, будут ли они просто кататься — или им снова придется выбирать между «лагерем Плющенко» и «лагерем Тутберидзе»? И главное — захотят ли они делать этот выбор?
А как считаете вы — возможен ли мир в этой войне, или фигурному катанию суждено вечно жить в режиме «своих против чужих»? Поделитесь мнением в комментариях.
Самые читаемые материалы на эту тему: