Осенью 1918 года Германия оказалась на грани катастрофы. Поражение в Первой мировой войне стало очевидным, дисциплина рушилась, солдаты и матросы поднимали бунты.
Чтобы предотвратить хаос и вторжение войск Антанты, рейхсканцлер принц Максимилиан Баденский добился отречения кайзера Вильгельма II.
Власть перешла к Совету народных уполномоченных, где главную роль играли социал-демократы — умеренная СДПГ и более левая НСДПГ.
Немецкие социал-демократы не стремились к уничтожению системы. Их целью было реформирование капитализма, защита прав рабочих, расширение демократических свобод. Но радикалам этого было мало.
В декабре 1918 года «Союз Спартака» во главе с Карлом Либкнехтом и Розой Люксембург создал Коммунистическую партию Германии. Их идеал — повторение большевистского сценария и мировая пролетарская революция.
5 января 1919 года в Берлине вспыхнуло восстание спартакистов. Захвачены редакции газет, телеграф, некоторые кварталы столицы.
Ситуация на первый взгляд напоминала Россию октября 1917 года: сперва падение монархии, затем политический хаос, потом — радикалы на старте. Но Германия пошла иным путём.
Во-первых, у власти стояли не колеблющиеся политики (как утративший к Октябрю популярность А. Ф. Керенский), а решительные лидеры. Фридрих Эберт и Густав Носке не собирались уступать улицу левым радикалам. Уже в декабре они начали формировать добровольческие отряды — будущие фрайкоры.
Носке сформулировал позицию предельно откровенно: «Кто-то же должен стать цепным псом — я ответственности не боюсь». Социал-демократы были готовы защищать республику силой. Совместно с более правыми элементами — офицерами и фрайкоровцами.
Во-вторых, сами немецкие коммунисты отличались от российских большевиков. Роза Люксембург критиковала ленинский централизм и жёсткую партийную дисциплину.
Немецкие левые радикалы верили в стихийную рабочую демократию и колебались в решающий момент. Несмотря на захваты зданий, они не смогли выстроить чёткое руководство восстанием.
В-третьих, общественная база была иной. В Германии армия, бюрократия и государственный аппарат сохранились почти нетронутыми.
Местные умеренные социалисты имели в городах достаточное число сторонников (в России за эсеров была в основном деревня — многочисленная, но далёкая от центров власти, плюс сами эсеры переругались и разделились).
Уже 10 ноября 1918-го был заключён пакт Эберта – Грёнера: армейское руководство пообещало лояльность новому правительству, а взамен получило гарантии сохранения своих позиций и борьбу с левым радикализмом.
15 ноября аналогичный компромисс был достигнут между профсоюзами и крупным бизнесом: восьмичасовой рабочий день и признание профсоюзов — в обмен на отказ от экспроприаций и стихийных забастовок.
Решающим фактором стало применение силы. 11 января фрайкоры вошли в Берлин. В ход шли пушки, танки, броневики и огнемёты. 15 января Либкнехт и Люксембург были схвачены и убиты без всякого суда. Восстание было подавлено. Газеты объявили о «восстановлении порядка».
Особенность германской революции заключалась в том, что главная борьба развернулась не между правыми и левыми, а между умеренными (при поддержке правых военных — важное отличие от нашего белого движения, где офицеры вели «какую-то свою войну») и крайне левыми.
Умеренные социал-демократы считали революцию завершённой: республика провозглашена, реформы начаты — дальнейшая радикализация казалась им опасной. Поэтому фронт сопротивления коммунистам сложился стремительно и оказался достаточно прочным.
При этом, фрайкоровцы действовали очень жестко как при подавлении спартакистов, так и при разгроме Баварской советской республики и Рурского восстания.
В России 1917 года государство развалилось, армия распалась, элиты оказались парализованы. В Германии же старый аппарат в целом выжил и заключил союз с новыми умеренными властями.
Именно эта связка — армия, бюрократия, социал-демократы — и не позволила повториться «Октябрю на немецкой почве».
Оборотная сторона — рост крайне правого радикализма. И в целом нестабильный «веймарский период», закончившийся в итоге приходом к власти нацистов.
То бишь опять же, подавление местных «большевиков-спартаковцев» не то чтоб превратило Германию в «край благодати». А впереди — рост реваншистских настроений и «Великая депрессия».
Раскол общества сохранился, в итоге начались фактически «уличные войны», завершившиеся созданием преступного режима, развязавшего новую Мировую войну.
PS: вообще «веймарский дух» как по мне неплохо отражен в художественном сериале «Вавилон-Берлин». Главное не забывать, что он все-таки именно художественный.