«Катюш, ты диван точно справа ставила?»
Катя посмотрела на Дениса. Он стоял посреди гостиной, озадаченно почесывая затылок.
«Конечно. А что?»
«Не знаю. Мне показалось, он по-другому стоит».
Это было в среду. А в пятницу Катя сразу поняла - что-то не так. Комод стоял не там. Кресло передвинуто. Шторы перевешены.
«Денис. Кто-то был в квартире».
Они обошли все комнаты. Ничего не пропало - телевизор, ноутбуки, деньги на месте. Только мебель расставлена иначе.
Денис достал телефон: «Я маме позвоню. У нее же запасной ключ».
Катя замерла. Ключ. У свекрови. Конечно.
Алла Викторовна взяла трубку со второго гудка.
«Денисик, здравствуй! Как дела, сынок?»
«Мам, привет. Слушай, ты случайно не была у нас сегодня?»
Пауза. Совсем короткая, но Катя ее услышала.
«Была, сынок. Зашла ненадолго».
«Зачем?» - голос Дениса был осторожным.
«Да я давно хотела зайти, посмотреть, как вы там. Вот сегодня выдался свободный день, ну и решила навестить. Вас не было, я сама открыла».
Катя взяла телефон у мужа.
«Алла Викторовна, добрый вечер. А почему вы мебель переставили?»
«Катенька! Ой, ну прости, пожалуйста, я не удержалась. Вижу - у вас тут не очень удобно расставлено все, диван неправильно стоит, фэншуй нарушен. Я немного подвигала, чтобы энергия лучше циркулировала. Вы же молодые, вам дети рожать, а у вас комната вся перекрыта неправильно!»
Катя молчала. Денис забрал телефон обратно.
«Мам, но это наша квартира. Нельзя просто прийти и все переставить».
«Денисик, ну что ты! Я же хотела как лучше! Хотела сюрприз сделать. Неужели так плохо получилось?»
«Дело не в том, хорошо или плохо. Просто... это странно. Мы испугались, когда увидели».
«Ой, прости-прости. Больше не буду. Просто сердце болело за вас».
Когда Денис положил трубку, они с Катей сидели молча минуты три.
«Это правда странно», - наконец сказала Катя.
«Мама просто хотела помочь», - ответил Денис, но голос звучал неуверенно.
В субботу утром они решили вернуть все как было. Таскали диван, двигали комод, перевешивали шторы. К обеду квартира снова выглядела так, как им нравилось.
Катя задумалась. Ключ они отдали свекрови полгода назад - на всякий случай. Но не для того, чтобы свободно входить когда угодно.
Во вторник вечером Катя пришла домой и увидела на кухне новую вазу - большую, керамическую, с росписью под гжель. В спальне на комоде лежала вышитая салфетка. В шкафу висели темно-бордовые шторы.
Денису она просто написала: «Твоя мама снова была здесь».
Он позвонил свекрови. Та объяснила, что хотела украсить их дом, что у них слишком пусто.
Катя убрала шторы в пакет, вазу - в кладовку. А на следующий день Алла Викторовна позвонила и предложила приходить раз в неделю убираться.
«Спасибо, но не надо. Мы справляемся», - ответила Катя.
«Катюш, ну не упрямься. Я же вижу - у вас пыль на полках».
«Нет, спасибо. Мы сами».
Голос свекрови стал холоднее: «Ну ладно. Как знаешь».
Вечером она попыталась поговорить с мужем серьезно.
«Денис, нам надо забрать у твоей мамы ключ».
Он поднял глаза от ноутбука.
«Зачем? Он для экстренных случаев».
«Она использует его не для экстренных случаев. Она приходит, когда хочет, и делает что хочет. Это наше пространство, а не ее».
«Катя, не преувеличивай. Она пару раз зашла».
«За две недели - три раза! Три раза, Денис! И каждый раз что-то меняла. Это ненормально».
«Ну она просто заботится. Хочет сделать приятное».
«Приятное - это спросить, что нам нужно. А не решать за нас, как должна выглядеть наша квартира».
Денис потер лицо ладонями.
«Я не могу просто взять и отобрать у нее ключ. Она обидится. Скажет, что мы ее не доверяем».
«А ты доверяешь человеку, который входит в твою квартиру без спроса?»
«Это моя мама, а не какой-то "человек"!»
Катя встала.
«Хорошо. Тогда я сама решу эту проблему».
На следующий день Катя ушла с работы пораньше. Пришла домой в три часа и услышала звуки из кухни.
Алла Викторовна стояла у плиты. На столе - продукты, на подоконнике - новые цветы в горшках.
«Катенька! Ой, а ты чего рано? Хотела сюрприз сделать - борщ сварила!»
«Вы же обещали не приходить без предупреждения».
«Так я же хорошее делаю! И цветы купила - герань, фикус. Для уюта».
«Алла Викторовна. Остановитесь. Пожалуйста».
«Что остановиться? Я же для вас стараюсь! Вы сами не справляетесь».
«Мы не просили помощи».
«Семья должна помогать друг другу!»
«Мне кажется, вам надо уйти. И оставить ключ».
Алла Викторовна вытаращила глаза.
«Ключ? Ты хочешь забрать у меня ключ?»
«Да. Потому что вы не умеете им правильно пользоваться».
«Не умею?! Да я тридцать лет замужем была, квартиру вела, сына вырастила, и ты мне будешь говорить, что я не умею?!»
«Вы не умеете уважать чужие границы. Это наша квартира, наша жизнь, и мы сами решаем, как тут все должно быть».
Свекровь схватила сумку со стула.
«Хорошо! Прекрасно! Значит, я вам не нужна. Буду знать».
Она выложила ключ на стол с таким видом, будто расставалась с чем-то невероятно ценным.
«Только учти - Денис об этом узнает. И он не обрадуется, что ты так с его матерью разговариваешь».
«Я готова с ним поговорить».
Алла Викторовна хлопнула дверью так, что задрожали стекла в окнах.
Катя осталась стоять на кухне, глядя на кастрюлю с борщом. Руки тряслись. Она взяла ключ со стола и сжала его в кулаке.
Денис позвонил через двадцать минут.
«Мама мне звонила в слезах! Говорит, ты выгнала ее и забрала ключ!»
«Правильно. Она была здесь днем. Опять. Я устала».
«Но она же хотела помочь!»
«Я не хочу ее помощи! Она лезет в нашу жизнь, игнорирует то, что мы говорим».
«Катя, она моя мама. Ты не можешь вычеркнуть ее из нашей жизни».
«Я хочу, чтобы она уважала границы. Приходила по приглашению».
«Я к ней заеду, поговорю».
«Ты всегда на ее стороне».
«Я пытаюсь сохранить мир в семье».
Вечером Денис пришел поздно, усталый. Сел напротив Кати.
«Мама рыдала два часа. Но я ей сказал - ключ больше не будет. Если надо зайти - предупреждать. Она орала, но я не сдался».
«Спасибо», - Катя почувствовала тепло внутри.
«Извини, что переложил все на тебя. Должен был сам это сделать».
В субботу позвонила свекровь. Голос официальный.
«Денис, я хотела бы приехать к вам завтра, в два часа. Если удобно».
Денис посмотрел на Катю. Та кивнула.
«Да, мам, приезжай».
В воскресенье Алла Викторовна пришла с тортом, причесанная, но напряженная.
За чаем она наконец сказала: «Мне обидно. Я старалась, а меня выставили».
«Никто вас не выставлял, - Катя наклонилась. - Мы хотим, чтобы вы спрашивали разрешения. Это наш дом».
«Мне казалось, что раз я мать Дениса, имею право просто зайти».
«Имеете право попросить. Но не решать за нас».
Свекровь помолчала. «Может, я перегнула. Просто одиноко. Хочется быть нужной».
«Вы нужны, - Денис взял мать за руку. - Но нам надо пространство».
«Договорились. Буду предупреждать».
Когда она ушла, Катя выдохнула с облегчением. Впервые за долгое время они с Денисом были командой - не он с мамой против нее, а они вдвоем.
Ваза под гжель так и осталась в кладовке. Бордовые шторы отдали Катиной маме на дачу. А герань прижилась и зацвела. Некоторые вещи можно принять, если они приходят с уважением.