— У вашего брата большие проблемы со здоровьем. И дело совсем не в травмах — его корежит сейчас. Вы понимаете, о чем я? Парень употребляет давно, у него на руках живого места нет. Даже анализы брать не надо, все и так понятно. В полицию мы обязаны обратиться, с утра приедет следователь. Я бы настоятельно вам рекомендовал поместить его в реабилитационный центр. Может, удастся спасти…
***
Станислав, застегивая запонки на белоснежной рубашке, с улыбкой наблюдал за невестой. Милена замерла перед зеркалом, поправляя воротничок строгого жакета. Её руки слегка дрожали — это было заметно лишь тому, кто знал её так близко, как он.
— Милен, ну ты чего? — Стас подошел сзади и положил ладони ей на плечи. — Кофе остынет. Ты же сама говорила, что без него твой мозг отказывается запускаться.
Милена вздрогнула, поймав его взгляд в отражении, и натянула дежурную улыбку.
— Да так... Мандраж какой-то. Первая такая серьезная командировка. Астахов — клиент капризный, папа твой на него полгода охотился. Если я что-то упущу, Дмитрий Владимирович мне этого не простит.
— Отец в тебе души не чает как в сотруднике, — Стас развернул её к себе. — Он же не дурак, зря бы не доверил такой контракт. Ты за этот год в фирме сделала больше, чем некоторые наши «старички» за пять лет. Всё будет тип-топ. Пятнадцатого вылетаешь, секретарь уже и билеты заказала, и гостиницу забронировала.
— Знаю, — она прижалась щекой к его груди, тяжело вздохнув. — Просто хочется, чтобы всё было идеально. Чтобы он окончательно признал во мне профессионала, а не просто... ну, девушку своего сына.
— Он уже признал, — мягко сказал Стас, целуя её в макушку. — Пойдем завтракать, а то опоздаем. У нас сегодня еще совещание по логистике.
Рабочий день закрутил их в разные стороны. В офисе «Мешков и партнеры» всегда стоял гул: телефоны, принтеры, хлопанье дверей. Стас разгребал завалы в отделе закупок, Милена готовила финальный пакет документов для поездки. Они почти не пересекались до самого вечера.
Когда стрелки часов перевалили за шесть, Стас решил заглянуть к невесте, чтобы вместе пойти на парковку. Он толкнул дверь её кабинета, ожидая увидеть Милену за ноутбуком, но комната встретила его пугающей тишиной.
— Милен? Ты готова?
Ответа не последовало. Стас сделал шаг внутрь и замер. Милена лежала на ковролине возле своего стола. Вокруг неё, словно белые хлопья, были рассыпаны таблетки.
— Милена! — его голос сорвался на хрип. — Господи, Милена, что с тобой?!
Он бросился к ней, упал на колени, судорожно пытаясь нащупать пульс на тонком запястье. Руки дрожали так, что он едва попадал пальцами по коже. В голове билась одна дикая, черная мысль: «Покончила с собой. Почему? Из-за чего?!»
— Милена, слышишь меня? Открой глаза! Пожалуйста... — он начал легонько трясти её за плечи.
Она что-то невнятно промычала, веки дрогнули. Стас подхватил её под спину, помогая сесть. Глаза девушки были мутными, расфокусированными.
— Стас?.. — прошептала она, пытаясь смахнуть с лица прилипшую прядь волос. — Что случилось? Почему я на полу?
— Это я у тебя хочу спросить! — Стас указал на рассыпанные таблетки. — Ты что, с ума сошла? Зачем ты это сделала? Из-за работы?!
Милена огляделась, её взгляд упал на стол, и она вдруг всхлипнула, закрыв лицо руками.
— Посмотри... Посмотри на документы, Стас. Кто-то их испортил.
Стас поднялся и заглянул на стол. Папка с контрактами, которую Милена вылизывала неделями, выглядела ужасно. Листы были залиты густым канцелярским клеем, буквы расплылись, страницы намертво слиплись в уродливый ком.
— Офигеть... — выдохнул он. — Это как так?
— Я уходила на обед, — Милена захлебывалась слезами. — Вернулась, а тут это. Кто-то специально зашел и... Я не знаю, Стас! Это же катастрофа. Командировка сорвана, Астахов ждать не будет. Твой отец меня просто уничтожит. Я так расстроилась, сердце закололо... Выпила успокоительное. Видимо, лишнего маханула, сразу две или три штуки, хотела, чтобы быстрее подействовало. А потом в глазах потемнело, и всё.
— Дура ты, Миленка, — Стас снова опустился рядом с ней и крепко обнял. — Я чуть не поседел тут. Плевать на документы, восстановим. Плевать на Астахова. Ты живая, понимаешь?
— Он меня уволит, — твердила она в его плечо. — Он скажет, что я размазня.
— Никто тебя не уволит. Сиди здесь, приди в себя. Я сейчас к нему схожу.
Кабинет Дмитрия Владимировича встретил сына запахом дорогого табака и тяжелой дубовой мебелью. Отец сидел в массивном кресле, изучая какие-то графики. Услышав о случившемся, он медленно снял очки и потер переносицу.
— Испорчены? Клеем? — голос отца был сухим и жестким. — Станислав, ты понимаешь, что это звучит как бред? В моем офисе работают профессионалы, а не детсадовцы.
— Пап, она в ауте. Нашла документы в таком виде, перенервничала, наглоталась таблеток до обморока. Ей сейчас реально плохо.
— Ей плохо? — Дмитрий Владимирович встал и подошел к окну. — А фирме, по-твоему, хорошо? Мы этот проект год вели. Из-за какой-то раззявы всё коту под хвост. Это отвратительное отношение к работе, Стас. И оно должно быть наказано.
— Послушай, я сам всё разрулю, — Стас шагнул вперед, пытаясь поймать взгляд отца. — Я позвоню партнерам, передвину сроки на неделю. Скажу, что возникли технические накладки с оформлением. Поймут они, тоже люди. А документы мы за пару дней переделаем, я ей помогу.
— Ты собрался работать за неё? — отец усмехнулся. — Ну-ну. Влюбленность — это, конечно, благородно, но бизнес на ней не построишь. Ладно, даю тебе шанс. Уладишь с Астаховым — считай, твоя Милена легко отделалась. Но если контракт сорвется...
— Не сорвется, обещаю.
Домой они ехали молча. Милена казалась тенью самой себя, она безучастно смотрела в боковое стекло на огни ночного города. Стас одной рукой вел машину, другой сжимал её ладонь. Она была холодной, как лед.
— Он очень злился? — тихо спросила она, когда они уже зашли в квартиру.
— Покипел немного, — уклончиво ответил Стас. — Но я его убедил. Завтра позвоню партнерам, всё переиграем. А документы... Милен, ну не переживай ты так. Вместе посидим пару вечеров, распечатаем новые, печати поставим. Дел-то.
— Ты правда меня любишь? — она вдруг остановилась в коридоре, глядя на него снизу вверх огромными, полными слез глазами.
— Глупый вопрос, — он обхватил её лицо ладонями. — Конечно. Больше всех на свете.
— Прости меня, что я такая... проблемная.
— Перестань. Всё наладится.
Следующая неделя прошла в режиме аврала. Стас действительно смог договориться о переносе встречи, хотя Астахов и поворчал для вида. Вечерами они с Миленой сидели в офисе допоздна, восстанавливая каждую страницу контракта. Стас видел, как она старается, как выверяет каждую запятую, и думал, что точно в своей невесте не ошибся.
В день, когда всё было окончательно готово, Стас зашел за ней в обед, чтобы сходить в кафе через дорогу — отметить маленькую победу. Он открыл дверь и застал Милену в той же позе, что и неделю назад. Только теперь она сидела за столом, и по её щекам градом катились слезы.
— Опять?! — Стас почувствовал, как внутри всё сжалось от дурного предчувствия. — Милена, что на этот раз? Только не говори, что документы снова...
— Хуже, Стас... Паспорт. Он пропал.
Стас замер в дверях.
— В смысле пропал? Ты его дома забыла?
— Нет! — она сорвалась на крик. — Я точно помню, что положила его в сумку утром. Специально проверила. А сейчас открываю — его нет! Я всё перерыла, посмотри!
Она начала судорожно вытряхивать содержимое сумочки на стол: помада, зеркальце, кошелек, ключи, ворох чеков... Паспорта не было. Она выдвигала ящики стола, заглядывала под кресло, её движения становились всё более хаотичными и отчаянными.
— Может, ты его в бухгалтерию носила? Или к секретарю?
— Да не выходила я с ним никуда! — она упала на стул, закрыв лицо руками. — Только в туалет выходила и в столовую спускалась на десять минут. Сумка здесь оставалась, в кабинете. Стас, меня кто-то целенаправленно изводит. Это не случайность.
Стас подошел к окну, глядя на пустой коридор офиса. Мысль о том, что среди их сотрудников завелась крыса, была неприятной, но логичной.
— Слушай, — он обернулся к ней, — давай без паники. Кто знал, что ты сегодня должна была окончательно всё собрать?
— Все знали, Стас. Это же не секрет.
— Ладно. Давай подумаем. Кому выгодно, чтобы ты не поехала?
Милена всхлипнула, вытирая глаза салфеткой.
— Я не знаю... Может, Светка из соседнего отдела? Она всегда на эту командировку зарилась. Говорила, что у неё опыта больше, а я «зеленая».
— Света Рябова? — Стас нахмурился. — Ну, она баба амбициозная, это да. Пойду-ка я с ней побеседую.
Светлану он застал на рабочем месте. Она что-то энергично печатала, попивая чай. Увидев Стаса, она дежурно улыбнулась.
— Привет, наследник. Чего такой хмурый?
— Свет, я без политесов. Ты сегодня в кабинет к Милене не заходила, пока её не было?
Светлана медленно отставила чашку, и её взгляд мгновенно похолодел.
— Так, Станислав Дмитриевич, давайте сразу расставим точки. Если вы решили обвинить меня в краже этого злосчастного паспорта, то вы обратились не по адресу.
— А я еще не говорил, что пропал паспорт, — прищурился Стас.
— Да ладно! — она фыркнула. — Об этом уже весь офис шепчется. Ваша Милена так рыдала в коридоре, что только глухой не услышал. Послушайте, мне ваша командировка даром не нужна. Я через три дня в отпуск улетаю, у меня путевки в Турцию оплачены, билеты на руках. Я еле выпросила эти две недели у вашего отца. Так что подставлять вашу пассию мне просто некогда, да и резона нет.
Стас немного остыл. Светлана говорила убедительно, и радости на её лице он не видел — скорее, раздражение.
— Ладно, допустим. А кто тогда?
— Ой, Стасик, ну ты как маленький, — Светлана откинулась на спинку кресла. — Ты на свою Ирочку посмотри. Секретаршу папину.
— Ира? При чем тут она?
— При том, что она по тебе сохнет со времен твоего студенчества. Ты что, реально не замечал, как она на Милену смотрит? Как будто та у неё последнюю краюху хлеба отобрала. Когда вы жить вместе начали, Ирка три дня с красными глазами ходила, во все документы ошибки ляпала.
Стас вспомнил тихую, всегда исполнительную Ирину. Она работала у отца уже лет пять, всегда была в тени, всегда безупречна. Неужели за этой маской исполнительности скрывалась такая обида?
Он направился в приемную. Ира печатала какой-то приказ. Она подняла на него свои кроткие серые глаза и слегка улыбнулась.
— Станислав Дмитриевич? Вам Дмитрий Владимирович нужен? Он сейчас на совещании.
— Нет, Ир, я к тебе. Выйдем на минуту?
Они вышли на лестничную клетку. Стас не стал ходить вокруг да около.
— Ира, скажи честно, это ты сделала? Сначала клей, теперь паспорт. Зачем тебе это?
Ирина замерла, её лицо побледнело, а потом вдруг залилось пунцовой краской.
— Что вы такое говорите, Стас? Я... я не понимаю.
— Всё ты понимаешь. Света сказала, что ты... ну, неравнодушна ко мне. И тебе неприятно видеть Милену рядом. Но зачем же работу портить? Ты же профессионал.
Ира вдруг выпрямилась, и в её взгляде вместо привычной робости вспыхнула неожиданная твердость.
— Света слишком много болтает. Да, Станислав, когда-то я... я думала, что у нас может что-то получиться. Но это было давно. Сейчас у меня есть человек, мы встречаемся уже полгода. Я счастлива. И мне абсолютно всё равно, на ком вы женитесь. Мстить Милене? Красть документы? Вы меня за кого принимаете? За истеричку из дешевого сериала?
Стасу стало не по себе. Тон Ирины был настолько искренним и возмущенным, что он почувствовал себя полным идиотом.
— Прости... Я просто уже не знаю, что думать.
— Думайте о том, кто еще имеет доступ к ключам, — бросила она и, хлопнув дверью, вернулась в приемную.
***
Вечером Стас и Милена снова сидели дома. Ужин остывал на столе.
— Папа твой точно меня уволит, — Милена крутила в руках вилку. — Без паспорта я не могу лететь. Всё, это конец.
— Послушай, — Стас решительно отодвинул тарелку. — Я завтра пойду к отцу и скажу, что вместо тебя полечу я. У меня есть все допуски, я в курсе всех деталей проекта. Я решу этот вопрос, а ты пока восстановишь паспорт. Скажем, что потеряла в такси.
— Он не согласится, — покачала она головой. — Он хочет видеть там именно профессионала, который готовил проект.
— Я его сын, Милен. Я совладелец, в конце концов. Он согласится.
Разговор с отцом на следующее утро оказался еще тяжелее, чем Стас ожидал. Дмитрий Владимирович выслушал предложение сына с каменным лицом.
— Значит, паспорт? — медленно произнес он. — Сначала клей, теперь паспорт. Станислав, ты не находишь, что эта девушка — ходячая катастрофа? Или, что вернее, она просто невероятно безответственная особа.
— Папа, это похоже на злой умысел. Кто-то её топит.
— Кто? — отец ударил ладонью по столу. — Ира, которая от меня не отходит ни на шаг? Или Рябова, которая мечтает об отпуске? Кому она нужна, твоя Милена? Послушай меня, сын. Я старый человек, я людей насквозь вижу. Твоя Милена — девочка из другого круга. Она лимита, цель которой — зацепиться в Москве, выйти замуж за наследника фирмы и обеспечить себе красивую жизнь. Она расслабилась. Она считает, что раз она твоя невеста, то ей всё сойдет с рук. Эти её «косяки» — просто признак того, что она достигла цели и больше не хочет напрягаться.
— Это бред! — Стас вскочил. — Она работает как проклятая! Она любит меня, а не твои счета!
— Да неужели? — отец прищурился. — А ты посмотри на Ирочку. Вот кто тебе пара. Скромная, преданная, из хорошей семьи. Она тебя любит по-настоящему, а не за статус.
— Ира встречается с другим парнем, папа! Она сама мне вчера сказала.
Дмитрий Владимирович вдруг странно усмехнулся.
— Да? А мне она сегодня утром призналась, что никого у неё нет. Что она до сих пор ждет, пока ты прозреешь.
В голове у Стаса что-то щелкнуло. Кто-то из них двоих лгал. Либо Ира обманула его вчера, чтобы отвести подозрения, либо она лгала отцу сегодня. Но зачем?
— Я всё равно поеду вместо неё, — твердо сказал Стас. — Это не обсуждается. Я возьму отгулы за свой счет, если надо.
— Езжай, — отец махнул рукой. — Но запомни мои слова: эта девица тебя еще не раз удивит. И не в лучшем смысле.
Перед отъездом Стас решил дать Милене последнее поручение, чтобы она не чувствовала себя совсем уж отстраненной.
— Малыш, — он заехал в офис перед аэропортом. — Мне нужно, чтобы ты съездила к одному нашему клиенту, ООО «Вектор». Нужно забрать у них наличку по закрытому договору. Сумма большая, пять миллионов. Светка должна была поехать, но у неё завал перед отпуском. Я ей сказал, что ты её подменишь. Пакет с документами у неё на столе, забери его и дуй по адресу. Справишься? Только осторожно.
— Конечно, Стас, — Милена заметно оживилась. — Я всё сделаю. Хоть какая-то польза от меня. Не волнуйся, я сразу в банк отвезу.
— Вот и умница. Люблю тебя.
Он улетел с тяжелым сердцем, но надежда на успех командировки немного притупляла тревогу. Однако уже через три часа, когда он только заселился в гостиницу в другом городе, зазвонил телефон. На экране светилось «Милена».
— Стас... — её голос в трубке дрожал и прерывался рыданиями. — Стас, меня ограбили...
— Что?! Где ты? Ты цела?
— У «Вектора»... Я вышла из здания, шла к машине... Какой-то парень подбежал, вырвал сумку... Я упала, он меня толкнул... Стас, там были все деньги! Все пять миллионов!
Стас почувствовал, как мир вокруг него начинает медленно вращаться. Пять миллионов. Прямо из рук. После всех этих странных историй с документами и паспортом.
— Вызывай полицию, Милена! Слышишь? Немедленно вызывай ментов!
— Я уже... они едут... Стас, что теперь будет? Твой отец... он же меня посадит!
— Успокойся, — рявкнул он, хотя сам был на грани паники. — Я сейчас попробую вернуться. Жди там.
Командировка была окончательно похоронена. Стас вернулся следующим же рейсом.
— Пять миллионов, — тихо сказал отец, когда Стас вошел. — Наличными. Которые ты, вопреки всем правилам безопасности, доверил этой... женщине.
— Папа, на неё напали! Есть протокол, есть показания!
— Есть только её слова, Станислав. С камер наблюдения в том районе ничего не видно — парень был в капюшоне и скрылся в подворотнях. Удивительное совпадение, не находишь? Сначала бумаги, потом паспорт, теперь вот — финал.
— Ты хочешь сказать, что она сама это подстроила? Это дикость!
— Дикость — это твоя слепота. В общем так. Я не уволю её только по одной причине — чтобы она не скрылась. Она будет работать здесь. Без зарплаты. Все её доходы будут уходить в счет погашения долга. Пока не вернет всё до копейки. И ты пальцем не пошевелишь, чтобы ей помочь. Это моё последнее условие. Иначе я подаю заявление на неё как на соучастницу.
Стасу казалось, что он попал в какой-то дурной сон. Милена, когда он передал ей слова отца, лишь молча кивнула. Она выглядела изможденной, постаревшей на десять лет за один день.
***
Прошло две недели. Жизнь превратилась в унылое существование. Милена приходила в офис, работала дотемна и возвращалась домой, где они почти не разговаривали. Стас пытался шутить, пытался её подбодрить, но она словно выключилась из жизни.
Однажды вечером Стас задержался в отделе кадров и, проходя мимо кабинета Милены, зашел забрать папку, которую она должна была подготовить. Милены не было — ушла на какое-то совещание. Стас машинально открыл верхний ящик стола в поисках степлера и замер. Там, под стопкой чистой бумаги, лежал паспорт. Тот самый. С ярко-красной обложкой и знакомой фотографией на первой странице.
Стас вытащил его, чувствуя, как внутри всё леденеет. Он медленно перелистнул страницы. Паспорт просто лежал здесь. Всё это время.
Когда Милена вернулась, она застала Стаса сидящим в её кресле. Он крутил паспорт в руках.
— Нашелся? — тихо спросил он.
Она побледнела так, что стали видны синие венки на висках.
— Стас... я... я сама только что его нашла. Представляешь? Видимо, кто-то подбросил обратно. Наверное, испугались полиции.
— Милен, хватит, — он встал, нависая над ней. — Хватит врать. Ты его никуда не теряла. Ты сорвала командировку. Ты врала мне в глаза. Зачем?
— Ты обвиняешь меня? — её голос вдруг стал резким. — Ты стал как твой папочка? Думаешь, я преступница? Да мне этот паспорт подкинули пять минут назад, пока я была на совещании! Кто-то хочет нас рассорить, а ты ведешься!
— Кто, Милена? Кто?! Ира? Света? Или призраки?!
— Не знаю! — она выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью.
Вечером Стас ехал домой с тяжелым чувством. Он купил букет её любимых лилий, решив, что, может быть, он действительно погорячился. Может, её и правда подставили, а он сорвался. Нужно помириться. Нужно верить своей женщине, несмотря ни на что.
Он уже подходил к подъезду, когда увидел в сумерках две фигуры. Милена стояла у входа, а какой-то парень в заношенной куртке грубо тряс её за плечи.
— Ты обещала еще! — долетел до Стаса резкий голос. — Где бабки, Мил? Ты сказала, вопрос решен!
— У меня нет больше! — почти кричала она. — Они всё забрали, я работаю бесплатно! Отстань от меня, Антон!
Парень замахнулся, и Стас больше не раздумывал. Ярость, копившаяся все эти недели, выплеснулась наружу. Он бросился вперед, развернул парня за плечо и с силой впечатал кулак ему в челюсть.
Тот охнул, обмяк и повалился на асфальт, ударившись головой о бордюр.
— Стас! Нет! Что ты наделал?! — Милена рухнула на колени рядом с упавшим. — Антон! Антошка, проснись!
— Ты его знаешь? — Стас тяжело дышал, сжимая кулаки. — Кто это? Твой любовник? За него ты платила пятью миллионами?
— Это мой брат! — закричала она, поднимая на него лицо, искаженное ужасом. — Это мой единственный брат, ты, идиот! Вызывай скорую! Он же не дышит!
Следующие часы слились в один кошмарный поток. Антон лежал в реанимации с тяжелым сотрясением и переломом челюсти. Милена сидела на пластиковом стуле в коридоре, ссутулившись и глядя в одну точку.
— Рассказывай, — Стас сел рядом. — Всё рассказывай. Сейчас же.
И она рассказала. О том, что у неё есть семья в маленьком провинциальном городке. Мать-инвалид и брат, который всегда был «проблемным». О том, как она стыдилась своей бедности перед Мешковыми, как придумала легенду о родителях-ученых в командировке.
— Месяц назад объявился Антон, — шептала она. — Сказал, что влип. Что ему подбросили запрещенку, что его закроют на десять лет, если он не отдаст долг каким-то серьезным людям. Ему угрожали, Стас. Я видела его синяки, видела, как он дрожал.
— И ты решила ограбить отца? — Стас горько усмехнулся. — Клей на документах, «пропавший» паспорт... Это всё было для того, чтобы ты не улетала? Чтобы ты осталась в городе и помогла ему?
— Да... — она закрыла глаза. — Я знала, что если улечу, его прибьют. Я сама испортила бумаги. Паспорт спрятала за обшивку ящика. А ограбление... Стас, я не крала эти деньги. Я отдала их ему. Весь пакет. Думала, это спасет его. Думала, он уедет, начнет новую жизнь...
— И сколько ты ему отдала всего? — Стас почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота.
— Всё... Все пять миллионов. Плюс свои сбережения. Я верила ему, понимаешь? Он же брат...
В этот момент из палаты вышел врач.
— Ваш родственник пришел в себя. Жить будет. Но… Ломает его страшно…
— Ломает? — Милена вскинулась. — О чем вы? У него проблемы с законом, ему угрожали...
— Девушка, — врач вздохнул. — Ему угрожали только дилеры, которым он задолжал за товар. Ваш брат давно употребляет. У него все вены в рубцах. Запрещенку ему никто не подбрасывал — он сам ими живет.
Милена медленно осела обратно на стул.
— Нет... — прошептала она. — Он сказал... он клялся...
— Они все клянутся, — врач сочувственно коснулся её плеча. — Идите домой. Полиция придет утром, будут снимать показания.
Стас смотрел на свою невесту и не узнавал её. Перед ним была женщина, которая ради призрака, ради лживой клятвы зависимого разрушила всё, что они строили. Она предала его доверие, подставила его отца, заставила его сомневаться в собственной адекватности.
Они вышли из больницы в предрассветные сумерки.
— Стас... — она попыталась взять его за руку, но он мягко отстранился. — Стас, я всё верну. Я буду работать всю жизнь. Пожалуйста... не бросай меня. Я так боялась, что ты меня не примешь такую... с такой семьей...
— Знаешь, что самое обидное? — он посмотрел на занимающуюся зарю. — Мне было плевать, кто твои родители. Хоть грузчики, хоть короли. Я тебя любил. А ты... ты предпочла играть в эти шпионские игры вместо того, чтобы просто прийти и сказать: «Стас, у меня беда. Помоги».
— Я боялась!
— Ты не боялась. Ты не доверяла. А без доверия... папа прав, без доверия бизнеса не построишь. И семьи тоже.
Он отвез её в квартиру, помог собрать вещи. Она плакала — тихо, безнадежно. Стас смотрел на это и чувствовал странную пустоту. Обида выгорела, осталась только усталость.
Через два месяца Антон закончил курс первичной реабилитации в клинике, которую оплатил Стас. Это было его последнее «прости» Милене. Дмитрий Владимирович, узнав правду, долго молчал, а потом просто сказал сыну:
— Хорошо, что это случилось до свадьбы.
Стас всё же приехал к родителям Милены. Обычные люди, изможденные бытом и горем за сына. Они плакали, благодарили его, кормили простыми пирогами. Глядя на них, Стас понял, почему Милена так отчаянно пыталась «вырваться». Но он также понял, что цена этого побега была слишком высокой.
Милена осталась в родном городе, устроилась на работу в местную контору. Они иногда переписывались — сухо, по делу. О деньгах, о здоровье матери.
***
Прошел год. Стас стоял у окна своего нового офиса. На столе лежало приглашение на свадьбу Светланы Рябовой — та всё-таки нашла своего избранника. Зашла Ира с чашкой кофе. Она действительно была замужем и выглядела абсолютно счастливой.
— Станислав Дмитриевич, к вам посетитель.
Стас обернулся. В дверях стояла Милена. Она выглядела иначе — проще, без столичного лоска, но в её взгляде появилось что-то новое. Твердость? Или просто честность?
— Привет, — сказала она. — Я привезла первую часть долга. Немного, но... я заработала их сама.
Стас подошел к ней. Он долго смотрел в её глаза, пытаясь найти там ту прежнюю Милену. Но её больше не было.
— Оставь их себе, Милен. Маме нужнее.
— Нет, — она покачала головой. — Я должна это сделать. Для себя.
Они проговорили три часа. Без пафоса, без криков. Просто два человека, которые когда-то очень сильно любили друг друга, но не справились с грузом правды.
— Мы попробуем еще раз? — спросила она на прощание, уже стоя у лифта.
Стас улыбнулся — грустно и спокойно.
— Не знаю, Милен. Но теперь мы хотя бы не врем друг другу. А это уже неплохое начало.
Лифт закрылся, и Стас вернулся в кабинет. А может, и правда попробовать? Все-таки он до сих пор ее любит.
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подисаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.