Свежая макроэкономическая статистика от Росстата преподнесла сюрприз экспертам. В первый месяц 2026 года потребительские цены в России выросли на 1,62%.
Для сравнения: в декабре этот показатель находился на уровне 0,32%, а в ноябре и вовсе составлял 0,42%. Однако главная интрига кроется не в традиционном сезонном подорожании, а в расхождении прогнозов. Финансовые аналитики ожидали увидеть цифру, приближающуюся к 2%, но фактические данные оказались ощутимо скромнее.
В годовом выражении инфляция разогналась до 6%, что несколько выше декабрьского значения в 5,59%. На первый взгляд, ситуация выглядит вполне контролируемой, но при детальном рассмотрении недельных отчётов ведомства возникают закономерные вопросы к методологии подсчётов.
Арифметика, которая не сходится
Если обратиться к опубликованным ранее недельным данным, картина складывается иная. За первую половину января (с 1 по 12 число) цены прибавили 1,26%. Следующие семь дней (13–19 января) добавили к этому росту ещё 0,45%. Третья неделя месяца (20–26 января) зафиксировала подорожание на 0,20%, и столько же пришлось на период с 27 января по 2 февраля.
Простая арифметика подсказывает: если суммировать эти показатели и скорректировать их на два февральских дня, за январь должна была набежать цифра около 2%. Однако официальный итог месяца почти на 0,4% ниже. Казалось бы, мелочь, но к статистическим данным привязаны важнейшие социальные расчёты: индексация пенсионных выплат, пособий и заработных плат бюджетников. Ошибка в десятые доли процента оборачивается миллиардными корректировками бюджета.
Где подорожало больше всего?
Пока статистики спорят о методах подсчёта, простые покупатели столкнулись с реальным ростом ценников. Традиционный лидер января — плодоовощная продукция. Тепличные овощи показали взрывной рост: огурцы прибавили в цене почти треть (32,7%), помидоры подскочили на 18%. Картофель стал тяжелее для кошелька на 9,4%, а виноград — почти на 9%. Морковь, капуста, свёкла и лук подорожали в диапазоне от 5 до 8%. Из продуктовой корзины также выделяется алкоголь: водка стала дороже на 7,2%, коньяк — на 3,3%.
В секторе непродовольственных товаров антирекордсменами стали печатные издания (+5,3% на газеты), цифровые носители (флеш-накопители подорожали на 4,7%) и украшения (+2,5%). Услуги также внесли весомую лепту: оформление завещания у нотариуса выросло в цене почти на 15%, а доверенность — на 11,3%. Транспортная составляющая ударила по карману пассажиров: проезд в поездах дальнего следования стал дороже на 9,4%, в электричках — на 8,7%, а жетон в метро прибавил в стоимости более 10%.
Комментарий эксперта: в поисках объяснений
Ситуацию с расхождением данных прокомментировал Игорь Николаев, занимающий пост главного научного сотрудника в Институте экономики РАН.
— Причина нестыковок кроется в выборке товаров, — поясняет специалист. — Еженедельный мониторинг охватывает примерно сотню позиций, тогда как месячный отчёт базируется на гораздо более широком перечне. Методологически складывать эти показатели некорректно, и Росстат никогда этого не делает. Однако исторически оба индекса демонстрировали минимальное расхождение — в пределах сотых долей процента. Нынешний разрыв в 0,38% — аномалия, которая требует публичных пояснений от ведомства.
Эксперт подчёркивает: методика сбора цен в России строго регламентирована и соответствует международным стандартам. Учитываются географическая репрезентативность, типы торговых точек и перечень товаров. Тем не менее, итоговая цифра за январь вызывает удивление, особенно на фоне того, что именно на этих данных базируется ключевая ставка Центробанка и прогнозы аналитического сообщества.
Инфляционные перспективы: тишина перед бурей?
Отвечая на вопрос о будущем цен, Игорь Николаев выразил несогласие с позицией ЦБ, который считает эффект от повышения НДС (до 22%) исчерпанным в первые недели года.
— Повышение налоговой ставки не работает как одномоментный шок, подобно индексации коммунальных тарифов. Бизнес не спешит перекладывать нагрузку на плечи потребителя: кто-то урезает издержки, кто-то жертвует маржинальностью, пытаясь удержать покупателя. Но рано или поздно возможности для манёвра закончатся, и отложенный ценовой рост проявится в полной мере.
Кроме того, осенью нас ждёт новый виток подорожания коммунальных услуг (в среднем на 9,9%) и введение технологического сбора. Эти факторы с высокой долей вероятности спровоцируют свежую волну инфляции.
Реальны ли цели регулятора?
Прогнозы Банка России на текущий год колеблются в пределах 4,5–5,5% с последующим возвратом к целевому уровню 4% к 2027 году. Однако экспертное сообщество относится к этим ориентирам скептически.
Министерство экономического развития пока сохраняет трёхлетний прогноз на отметке 4%, исходя из которого и вёрстан бюджет, но эти параметры, скорее всего, будут пересмотрены уже к маю. По мнению Игоря Николаева, даже удержание инфляции в однозначном выражении (до 10%) можно будет считать успехом на фоне совокупности текущих экономических вызовов.