Мы с Димой прожили вместе семь лет. Семь лет счастья, любви, доверия. Познакомились в 2016 году на дне рождения подруги, он подошёл ко мне с бокалом шампанского и сказал: «Вы самая красивая женщина в этом зале». Я засмеялась, но внутри всё растаяло. Через год мы поженились.
Дима был идеальным мужем. Внимательным, заботливым, любящим. Он помнил все наши даты, дарил цветы без повода, говорил тёплые слова по утрам. Я думала, что мне повезло. Друзья завидовали, подруги говорили: «Тебе повезло». Я кивала и улыбалась.
У нас была дочка, Света, пять лет. Квартира, машина, дача. Всё как у людей. Я была счастлива.
В 2023 году мы делали ремонт. Решили переклеить обои в спальне, поменять полы, обновить мебель. Я перебирала старые вещи, выкидывала хлам, собирала пакеты для мусора.
На антресолях, в самом углу, стояла коробка. Обычная картонная коробка, перевязанная бечёвкой. Я сняла её, поставила на пол, открыла.
Внутри были фотографии. Много, стопками, старые, пожелтевшие. Я вытащила одну.
На ней был Дима. Молодой, лет двадцати, с длинными волосами, в джинсовой куртке. Рядом с ним — девушка. Она обнимала его, смеялась, смотрела в объектив.
Я смотрела на неё и не верила своим глазам. Это была я. Те же глаза, те же волосы, та же улыбка. Даже родинка над губой — та же.
Я перевернула фото. На обороте было написано: «2008 год. С любимой».
Я похолодела. 2008 год. Мне тогда было пятнадцать лет. Я жила в другом городе, училась в школе, никого не знала. Это не могла быть я.
Я вытащила следующее фото. Снова она. На пляже, в купальнике, счастливая. 2009 год. Ещё одно. 2010-й. 2011-й. 2012-й.
На всех снимках была девушка с моим лицом. Мои глаза, мои волосы, моя улыбка. Даже родинка над губой — точь-в-точь.
Я перерыла всю коробку. Там были десятки фотографий. Они путешествовали, отдыхали, гуляли, целовались. Счастливая пара. И девушка — моя копия.
Я села на пол. В голове было пусто. Сердце колотилось где-то в горле.
В комнату вошёл Дима.
— Катя, что случилось? Ты чего сидишь на полу?
— Кто это?
Я протянула ему фотографию.
Он посмотрел и побледнел. Сильнее, чем кто-либо в моей жизни. Прямо побелел на глазах.
— Откуда это?
— Из коробки на антресолях. Кто это, Дима?
Он молчал.
— Дима, я спрашиваю.
— Это Лена.
— Лена?
— Моя бывшая девушка. Мы встречались до тебя.
— Почему она похожа на меня как две капли воды?
Он молчал.
— Дима.
— Я не знаю. Правда, не знаю. Мы познакомились в 2008-м, встречались пять лет. Потом расстались. Я думал, что забыл её. А потом встретил тебя.
— И я оказалась её копией?
— Ты не копия. Ты другая.
— Но выгляжу так же.
— Да.
— Ты поэтому на мне женился?
— Нет. Я женился, потому что полюбил.
— А если бы я была другой? Если бы не была похожа?
Он молчал.
Я встала, вышла из комнаты. Закрылась в ванной и просидела там час. Плакала, смотрела на себя в зеркало и не узнавала. Кто я? Почему я похожа на ту девушку? Случайность? Или что-то большее?
Через неделю я нашла её в соцсетях. Лена, бывшая девушка Димы. Она жила в другом городе, была замужем, растила детей. Я смотрела на её фото и видела себя. Те же глаза, те же волосы, та же улыбка. Даже родинка над губой.
Я написала ей.
«Здравствуйте, меня зовут Катя. Я жена Димы. Мы могли бы встретиться и поговорить?»
Она ответила через день.
«Здравствуйте. Да, я тоже хотела бы поговорить».
Мы встретились в нейтральном кафе, на полпути между нашими городами. Она вошла, и я снова поразилась сходству. Мы могли быть сёстрами-близнецами.
— Здравствуйте, — сказала она.
— Здравствуйте.
Мы сели, заказали кофе. Молчали.
— Вы знаете, почему мы так похожи? — спросила я.
— Знаю. Я думала, Дима вам рассказал.
— Нет. Он молчал.
Она вздохнула.
— Мы с Димой встречались пять лет. Я очень любила его. А потом узнала, что у меня есть сестра-близнец, которую отдали в детдом при рождении. Я начала искать. Нашла через год. Но было поздно — сестра умерла от болезни. Я очень переживала. Дима не знал, как меня утешить. А потом мы расстались.
— При чём здесь я?
— Ты — её дочь. Твоя мать умерла, когда тебе было три года. Ты попала в детдом. Тебя удочерили в пять лет. Я искала тебя, но не нашла. А Дима… Дима знал.
— Знал?
— Да. Я рассказала ему о сестре, показала фото. Когда он встретил тебя, он сразу понял, кто ты. Но не сказал. Боялся, что ты не поверишь, что испугаешься, что уйдёшь.
Я сидела, сжимая чашку, и не могла пошевелиться. Моя мать — её сестра-близнец. Мы родственницы. А Дима знал всё это время.
— Почему он не сказал?
— Боялся. Он любил тебя. И боялся потерять.
Я вернулась домой, села напротив Димы.
— Ты знал, кто я?
Он побледнел.
— Знал.
— С самого начала?
— Да. Когда увидел тебя в первый раз, я сразу понял. Ты была копией Лены. Я начал искать, узнал твою историю, понял, кто ты. Но не сказал.
— Почему?
— Боялся. Боялся, что ты уйдёшь. Боялся, что будешь искать её, что она тебя заберёт. Боялся, что потеряю тебя.
— Ты врал мне семь лет.
— Я не врал. Я просто молчал.
— Это одно и то же.
Я ушла в спальню, закрыла дверь. Просидела там до утра.
А утром поняла: он любил меня. Все эти годы. Не за сходство, а за меня. И его страх был понятен.
Я вышла, обняла его.
— Прости, — сказала я.
— Ты меня прости.
Сейчас мы живём вместе. Лена иногда приезжает, мы общаемся, дружим. Она — моя тётя. Единственная родственница. У нас много общего, мы смеёмся, говорим о жизни.
Дима до сих пор виновато смотрит, когда речь заходит о прошлом. Я говорю: «Всё хорошо». Потому что это правда.
Иногда я думаю: а что, если бы я не нашла ту коробку? Если бы не увидела те фото? Мы бы жили дальше, как жили. Я бы ничего не знала о своём прошлом, о своей семье, о Лене.
Но я нашла. И теперь у меня есть тётя. Есть правда. Есть любовь.
И этого достаточно.