Конец сентября 1896 года. Вечерний поезд — последний из Брашова в сторону Сибиу на этой неделе.
Над перроном сгущались сумерки. В холодном воздухе тянуло прелыми листьями и дымом от паровоза. За станционными огнями угадывались тёмные очертания карпатских склонов, а в ложбинах уже собирался туман. Паровоз тяжело выдыхал пар. Где-то звякнул станционный колокол. Колёса глухо постукивали, словно отмеряя последние минуты перед отправлением. Вагон освещали газовые лампы — мягкий, дрожащий свет ложился на деревянные панели и усталые лица. В воздухе пахло углём, горячим чаем и сырой шерстью плащей. На перроне стояли люди. Тёмные шинели, серые накидки, дорожные сумки у ног. Кто-то курил, кто-то молча смотрел на рельсы. Среди этой приглушённой массы выделялось красное пальто.
Женщина шла уверенно, держа в руке небольшой чемодан. Она поднялась в вагон одной из первых и заняла место у окна. Следом вошёл торговец с деревянным ящиком яблок. За ним — сельский учитель с потёртой книгой под мышкой. Мол