Коронация Эйгона II произошла не из-за недоразумения. Никто в «Огне и крови» случайно не ослышался в словах Визериса. Никто не подумал, что он имел в виду «Эйгона», когда говорил «Рейниру». Зелёные короновали Эйгона, потому что это было политически выгодно, юридически оправдано в соответствии с вестеросскими традициями, поддерживалось лордами и соответствовало тысячелетней традиции предпочтения мужчин. Ошибки не было. Это был обдуманный выбор и совершенно предсказуемая политическая реакция.
Сюжетная линия с пророчеством — это выдуманная в сериале чепуха. В «Огне и крови» нет никаких указаний на то, что Визерис назвал Рейниру по пророчеству или судьбе. Он назвал её потому, что она была его единственным выжившим ребёнком на тот момент, и он отказывается отменить это решение даже после рождения сыновей. Он ненавидит конфликты, он упрям и глубоко сентиментален. В книге Визерис не хранит какой-то тайный космический замысел. Он просто отказывается изменить своё мнение, даже если это дестабилизирует королевство.
Именно поэтому оправдание пророчеством так плохо, потому что оно сводит на нет весь смысл Танца. Танец — это о человеческой политике, неопределенности престолонаследия, гендерных нормах и патриархальных традициях, фракционности, амбициях, правовой легитимности против народной легитимности, а также о клятвах, сталкивающихся с прагматизмом. Речь идет не о магической тайне или судьбе, требующей определенного результата. Превращение его в глупое недоразумение или пророческую неизбежность разрушает нюансы, которые изначально делают конфликт захватывающим.
Для того чтобы притязания Рейниры были обоснованными, не обязательно наличие пророчества, но они и не являются неопровержимыми. В книге её притязания сильны политически и слабы юридически, поскольку на всём континенте по умолчанию действует принцип преемственности по признаку пола. Именно это противоречие и является источником конфликта. Переосмысление пророчества пытается «исправить» проблему, которой никогда не существовало, и тем самым фактически ослабляет её позицию, а не укрепляет её.
В сериальных версиях сложность обеих сторон сведена к минимуму. Вместо «Визерис сделал политический выбор, который история не может оправдать» мы получаем «ой, Алисента неправильно поняла умирающего человека». Это глупо. Это выставляет «зелёных» в глупом свете, «чёрных» — избранными судьбой/богами, и превращает весь конфликт в молодёжную мелодраму, полную недоразумений.
Пророчество и недоразумение ослабляют сюжет. Они лишают его исторического реализма и политической глубины. «Огонь и кровь» работает потому, что у каждого есть своя точка зрения, а не потому, что так предначертано судьбой или богами.
Дополнение: существует теория, что Алисента спала с королем Джейхерисом. Она вышла замуж за его внука Визериса будучи беременной. Если это правда, то ее сын Эйгон - дядя Рейнис, Визериса и Деймана. Эйгон может оказаться двоюродным дедушкой Рейнире, Эймонду, Хелейне и Дейрону.
Перевод: Она говорит, что ее дочь принадлежит ей - ее дыхание, ее
рот, ее грудь - все это принадлежит ей. А я? Что я такое. Я - Семейный мусор? Чья чертова сперма наполнила ее живот? Чьи мысли создали эту белую кожу, кто хотел, создавал, грезил о ней? Она не ее, она моя. (Джехейрис).
Мне очень-очень интересно, какими были отношения Алисенты с Джейхерисом, потому что их так много. Она была его служанкой в пятнадцать лет. На смертном одре она говорила о нём , не о Визерисе, а о нём. Джехейрис сексуализировал Алисенту и принял её за Саэру, дочь, которую он, скорее всего, изнаси***вал и точно оскорбил, и вёл себя так, будто незамужняя Даэлла в 14 лет — это что-то неестественное. То, что в сериале Джейхериса заменили на Визериса, — это просто безумие, потому что это как будто они сделали это ради удобства или намекают на то, что Джейхерис, вероятно, совращал/издевался над Алисент? Алисент говорит, что Джейхерису нравилось, когда она читала! В книге ходят слухи, что Визерис и Алисент занимались сексом до того, как он женился на ней — правда, клевета или это действительно был Джейхерис?