В конце ХХ в. Пакистан опережал Индию и Бангладеш по показателю валового национального продукта на душу населения. В 1998 г. он у Пакистана был равен 480 долл. у Бангладеш – 350, а у Индии – 430 долл. Интересно, что у Китая (без Гонконга) ВНП на душу составлял всего 750 долл. При этом объем ВНП Пакистана (62 млрд долл.) почти в полтора раза опережал бангладешский, и он находился на 44-м месте в мире по этому показателю. ВНП Индии равнялся 421 млрд (11-е место) и более чем в два раза уступал ВНП Китая (929 млрд.
Пакистан за 2000–2020 гг. в полной мере растерял свои преимущества, отставая по темпам роста агрегатного и душевого валового внутреннего продукта (ВВП) в текущих рыночных ценах от Бангладеш, несколько меньше – от Индии и существенно т+от Китая.
Экономический рост зафиксированный в 2025 году и прогнозируемый в 2026 году ( в пределах 4-5 %) это рост от низкой базы, сформированной в текущее двадцатилетие.
Как следует из таблицы, темпы роста экономики Пакистана составили между 2000 и 2010 г. округленно 222% (среднегодовой прирост 8%) 1, а между 2010 и 2020 г. – 147% (4%). В то же время экономика Бангладеш росла быстрее: в первый период ВВП увеличился на 250% (10%), между 2020 и 2010 г. – на 286% (11%). Рост ВВП Бангладеш, равномерный по десятилетиям, контрастирует с подъемом индийской экономики которая между 2000–2010 гг. увеличилась на 350% (13%) и более и средними темпами (5%) возрастала между 2010–2020 гг. (рост за 10 лет на 163%). Экономика КНР росла также достаточно неравномерно по десятилетиям, превосходя в целом примерно вдвое темпы роста экономики Индии. Между 2000 и 2010 гг. ВВП КНР возрос на 419% (15%), а между 2010 и 2020 г. – н а 243% (9%). Необходимо, конечно, учитывать условность расчетов, базирующихся на данных Азиатского банка развития. В них скрыты инфляция местной валюты, понижение (за исключением Китая) ее обменного курса на американский доллар и девальвация самого доллара (за 20 лет на 50% - 70%).
Один из самых негативных факторов повлиявших на экономику Пакистана явилось участие этой страны в "войне с Террором" по сути вылившееся в поддержку вторжения США в Афганистан. Антиталибская операция в Афганистане стоила американской казне в 2001–2022 гг., по ряду позднейших подсчетов, 2.3 трлн долл. [ист. 6]. Часть средств перепала Пакистану, получившему в 2004 г. статус “главного партнера США вне НАТо”. льготы и дотации способствовали повышению темпов роста экономики, но несли с собой и существенные издержки, прежде всего такие, как увеличение собственных ассигнований на цели безопасности, усиление коррупции среди военных, которые в годы правления президента генерала П. Мушаррафа (1999–2008) заняли ключевые позиции во всех важнейших государственных институтах.
Много средств уходит не только на борьбу с уже не запрещёнными в РФ талибами, как на окраинах своей страны, так и в Афганистане,но и на поддержку террористической по сути, но повстанческой с точки зрения Исламабада активности боевиков в долине Кашмира, “сердцевине” индийского штата Джамму и Кашмир. Война на два фронта отразилась на качестве развития, мешает и мешала созданию основ уверенного роста экономики. Характерно, что не увеличился существенно экспортный потенциал пакистанской промышленности, несмотря на большие квоты по льготному ввозу товаров, предоставленные ему странами ЕС и США.
Не малую долю неприятностей экономике Пакистана добавило противостояние властей с Имран Ханом и "качели" МВФ, то согласившихся предоставить Пакистану кредит в 3 млрд.долларов США то отказывавшихся это делать. В результате кредит был предоставлен.
Интересно, что социальная структура общества в Пакистане построена на архаичных полуфеодальных отношениях, в которых основным маркером принадлежности к элите является владение землёй. К этому стремятся и гос.чиновники и военная элита захватившая большие земельные угодья в ходе чреды военных переворотов.
Также Пакистан тянет вниз громадная сфера черной, теневой экономики. По ряду оценок, доходы, скрываемые от уплаты налогов и получаемые с нарушением уголовного законодательства (преступные), достигают 50–75% ВВП С их учетом неравномерность доходов в Пакистане, оцениваемая по коэффициенту Джини в 30–32%, оказывается на уровне близком к 50, что делает разрыв между богатыми и бедными похожим на тот, что наблюдается в некоторых государствах Тропической Африки. За один 2023 фин. г., по официальным данным, уехали из страны свыше 800 тыс. человек, в четыре раза больше, чем за предыдущий . Число пакистанцев, проживающих за рубежом, быстро увеличивается, составляя, по оценкам, не менее 12–15 млн человек.
Структура управления Пакистаном не соответствует современным реалиям. По сути это военная полуфеодальная диктатура, которая перераспределяет средства в свою пользу и в пользу ВПК, при этом социальная сфера находится в самом нижнем секторе интересов государства. Сложность ситуации заключается в том, что за рычаги влияния на Пакистан идёт постоянная борьба между США и Китаем, в пользу последнего, поскольку США более ориентируются на главного врага Пакистана - Индию.
Несмотря на радужные перспективы (липового) роста рисуемые чиновниками МВФ, экспорт продолжает падать, а сам Пакистан даже не силах обеспечить себя чаем, который приходится экспортировать.