Чугун — материал хрупкий. Он стареет, он ломается. Но есть реставраторы, которые умеют его восстанавливать. На выставке «Россия не продаётся!», которая в настоящее время действует в Государственном историческом музее Южного Урала представлено несколько скульптур, которым была дарована вторая жизнь.
В южноуральским домах каслинское литье предмет обычный. У кого-то Буратино чугунный на полочке стоит, у кого-то — лошадка, кто-то со сцены охоты пыль сдувает. Но чугун — материал хрупкий. Неловкое движение и вот уже отломалась ножка у черного коня, кот, взмахнув хвостом, скульптуру повалил, и Буратино носа лишился.
Старение и удары судьбы
Но в целом за такими предметами, украшающими интерьер квартиры, люди стараются заботиться.
«Другое дело, как он заботится, — говорит Николай Меркулов, реставратор Государственного исторического музея Южного Урала, ставший гостем программы «Факты и Артефакты», которая является совместным проектом музея с Гранада ТВ. — Ведь кто-то может спиртом фигурку протирать, кто-то — тряпками мокрыми, а кто-то — растворителями. Что из вышеназванного, хуже всего? Да всё хуже, всё-всё плохо. Лучше всего просто сухой чисткой ограничиться. Ну и не забывать о температурно-влажностном режиме, не допускать попадания каслинского литья в агрессивную для него среду. Ведь на самом деле, хоть металл и является неодушевлённым материалом, внутри него происходит бурная жизнь, он проживает несколько стадий. Стадию зарождения, когда он из руды превращается собственно в металл. Стадию перехода, когда металл становится каким-либо предметом. Он может стать частью автомобиля, элементом станка или приобрести художественную форму, например, превратившись в каслинское литье. А потом наступает стадия старения. Металл также как и человеческий организм стареет, ведь это естественный процесс».
С каким-то предметом это случается быстрее, особенно если он эксплуатируется в агрессивной среде (вспомните, к примеру, ржавые пороги старых авто), с каким-то — медленнее. Даже если он просто стоит на полочке, его «тело» постепенно делается проблемным. Дряхлеют и столь привычные нам чугунные фигурки, которые кажутся самыми стойкими «солдатиками». Если старение и тем более «удары судьбы» расстраивают даже тогда, когда это происходит с недорогими домашними предметами из каслинского литья, то что уж говорить, если неприятности касаются редких, музейных вещей.
«Помимо коррозийных процессов, которым свойственно запускаться на металле, есть человеческий фактор, — говорит Николай Меркулов. — Каслинское литьё — красивое, и красивое потому что, как правило, композиционно сложное. У лошадей, медведей, собачек, людей, у других подобных фигур в композициях много выступающих частей. Когда человек берет в руки этот металл за такие элементы, возникает рычажное давление, и нередко все эти хвосты, лапы, руки надламывается просто. Чугун — это хрупкий металл, он очень легко колется».
Восполнение утрат
Однако реставраторы научились продлевать жизнь чугунным произведениям. Пример тому можно найти на выставке «Россия не продается!», которая сейчас проходит в стенах Исторического музея в Челябинске. На ней выставлено несколько предметов из коллекции каслинского литья, которые прошли через руки реставраторов. Самая громкая, пожалуй, реставрационная история случилась со скульптурой героини французской истории Жанны д’Арк.
«Эта скульптурная композиция поступила ко мне на реставрацию в 2021 году, — вспоминает Николай Меркулов. — Предмет был из наших фондов, он передан в музей в 1938 году, если я не ошибаюсь. И выглядел как расчленёнка — из семи частей состоял. Был постамент, на нем два фрагмента от копыт лошади. Лошадь отдельно, на ней фигура всадницы. У самой Жанны д’Арк обломлена рука. Отсутствовало знамя, которое должно было быть в правой руке. Не было одной шпоры. Хвост у лошади обломлен. Меч, который задуман на поясе у фигуры, от нее отделен».
Тут нужно отметить, что эту композицию каслинские мастера создавали по модели французского скульптора Антуана Годе. В музее оказалась отливка 1902 года. Скульптура изображает Жанну д’Арк с непокрытой головой, у неё нет шлема, волосы ее коротко обстрижены. На девушке доспехи смешанного типа, вооружение, относящееся к периоду столетней войны. Музейному реставратору перед началом своей работы пришлось перелопатить немало литературы, чтобы не только погрузиться в историю этой скульптуры, но и досконально изучить образ самой французской народной героини. И сейчас Николай Меркулов может с уверенностью сказать, что каслинские мастера достаточно точно передали не только манеру одеваться, но и характер Жанны.
«Если посмотреть эволюцию образа, каслинские мастера максимально приблизились к его наиболее точному описанию. — И это именно была их заслуга. Отливка, конечно, шла по модели скульптора, но чеканка была на наших мастерах. И именно чеканкой создавался микрорельеф. Там если присмотреться, видны даже сухожилия на руках, видно усилия, которые она прикладывает, когда сжимает в руке знамя, прочеканена мускулатура у лошади. Это восхищает».
Работа над реставрацией такой искусной вещи(да, в принципе, любой) руководствуется принципами «не навредить». Как любят повторять специалисты, у реставрации есть основной и важный принцип — обратимость всех используемых как материалов, так и действий.
«Конечно, чугун можно сваривать, но этот эффект будет необратим, — говорит Николай Меркулов. — Если впоследствии вдруг потребуется проводить новые реставрационные работы, его придется уже в этом месте разрезать, а это уже вмешательство. Плюс к тому, нужно понимать, что когда идёт сваривание металла, нагреваются две поверхности — и фрагмент, и основная часть. И от этого возникает несколько рисков. Во-первых, металл в этой области начнет сильнее коррозировать. Во-вторых, он становится более хрупким. Поэтому надо было ограничиться минимальным вмешательством. У реставратора в этот момент работа похоже на труд стоматолога, когда зубы на штифты сажают. То есть просверливались участки, подбирался штифт. Задача была просверлить именно под таким углом, чтобы соединить фрагменты при минимальном давлении в зазоре. Например, ноги лошади изображены в движении, и надо было так сделать, чтобы вся вот эта фактурность совпала между собой. В этом была основная трудность, благо все прошло хорошо».
Отдельная история у челябинского реставратора случилась со знаменем . Напомним, что оно было утрачено. И это не давало покоя мастеру, ведь Жанна, по сути, держала воздух. На Каслинском заводе музейщикам не смогли с этим помочь, но в дело вмешался его величество Случай.
«К конференции, которая проходила в Екатеринбурге в прошлом году, я подготовил доклад по реставрации Жанны д’Арк, — говорит Николай Меркулов. — Во время него рассказал эту историю со знаменем. Меня услышал один из участников этой конференции — Игорь Юрьевич Злизин. Этот прекрасный исследователь Каслинского литья также выступал с докладом. И он сказал, что у меня есть знамя, и я вам его подарю. Оно, конечно, не совсем родное, древко было по диаметру толще. Я чуть-чуть его подсократил, убрал какие-то доли у его диаметра. И вернул знамя на место».
Сейчас Жанна уже встала в свою витрину на выставке. Но она не единственная композиция на ней, которая прошла через руки реставраторов.
«У нас фонд каслинского литья достаточно обширный. Работа с такими предметами всегда есть, — рассказывает Николай Меркулов. — Буквально перед открытием выставки «Россия не продается!» я сделал ещё одну работу. Была отреставрирована чернильница «Драка филина с ястребом». На ней правая лапа ястреба была обломлена. Эту утрату я восполнил».
Автор: Елена Русанова