Глава X

Глава X. Кактус, хозяйка и потерянные $300: Урок аренды во Вьетнаме

Уважаемый читатель, хотите верьте, хотите нет, но переезд в другую страну — это всегда маленькое приключение. А иногда — большое испытание на прочность. О своей второй квартире, той самой, где водились барабашки, а зарядки находились самым мистическим образом, я вам уже рассказывала. Но был в моей вьетнамской эпопее и еще один адрес, который научил меня главному правилу: доверяй, но проверяй, и лучше — лично.

Я уже жила во Вьетнаме, но перебиралась в новый для меня город — Нячанг. И, как человек опытный, но слегка самонадеянный, решила не повторять чужих ошибок, а совершить свою собственную. Естественно, приезжать в большой город без брони — это верный способ поседеть на пару лет раньше срока. Это же нервотрепка: одно дело, когда ты знаешь, что тебя ждут гостиница, апартаменты или уютная квартира, и совсем другое — ехать в никуда, гадая, где придется ночевать.

Поэтому я поступила мудро. У меня есть приятельница Карина, которая к тому моменту прожила в Нячанге уже много лет. Я попросила её снять для меня жильё. Карина согласилась, я перевела аванс — 300 долларов — и со спокойной душой сидела на попе ровно до самого отъезда. Всё схвачено, всё под контролем.

Незадолго до вылета Карина позвонила и обрадовала:

— Я тебе сосватала свою старую квартиру, в которой сама раньше жила. Хозяйка адекватная, всё будет хорошо.

Как потом выяснилось, слово «адекватная» мы с ней понимали по-разному.

И вот я в Нячанге. Карина ведет меня сдавать «трофей». Апартаменты находятся в самом сердце города, прямо напротив отеля «Галина». Переулок вроде бы тихий, место бойкое. Но первое, что я замечаю: лифта нет, а этаж — шестой. Тогда я ещё была полна сил и энтузиазма, думала: «Да шестой этаж — это ерунда!» Но, как оказалось, вьетнамский счет этажей отличается от привычного нам, и бодрый подъем на шестой по факту превратился в подъем на восьмой. Что, согласитесь, радует намного меньше.

Сама квартира — студия. Очень даже симпатичная: с массивной красивой деревянной мебелью и просторным балконом. Прямо картинка. Цена этой картинки была 27 000 рублей, или 9 миллионов донгов в месяц. Немало, но за такие апартаменты в центре, подумала я, наверное, нормально.

Спойлер: это было не нормально. Как выяснилось позже, я переплачивала ровно в два раза. Просто потому, что доверилась «хорошей знакомой».

Деньги таяли, а больших заработков тогда ещё не было, и я попросила хозяйку подыскать мне вариант попроще. Она быстро нашла «решение» — переселила меня в квартиру на первом этаже. Это было помещение без окон. Совсем. Я поначалу даже обрадовалась — подумала, что так прохладнее и уютнее. Но через пару месяцев жизни в каменном мешке я поняла: это не вариант для длительного проживания. Солнце, воздух и хоть какой-то вид за окном всё-таки нужны.

Я прожила в этой «норе» около полугода. Немного освоилась в городе, подкопил а, денег и поняла: пора съезжать. Хозяйка, тем временем, стремительно теряла остатки адекватности и становилась всё более странной. Она следила за всеми жильцами в нашем доме (а там жили и поляки, и немцы, и кто только не был). Кто пришёл, кто ушёл, с кем пришёл — она знала всё. Любопытная вьетнамская мадам.

И вот один случай, который стал для меня показательным. Мне подарили кактус. Маленький, симпатичный, в горшочке. Я принесла его в свою комнату без окна и поставила на стол. Ну много ли кактусу надо? Он и без солнца выживет, неприхотливый.

В тот же день хозяйка влетает ко мне в квартиру (видимо, заметила, как я проходила с «запретным плодом») и тычет пальцем в растение:

— Что это такое?

— Кактус, — говорю.

— Зачем он тебе?

— Ну... разговаривать с ним буду, — пытаюсь отшутиться я.

Её глаза округляются до размера блюдец. Она выдает абсолютно серьёзно:

— Немедленно выброси его! Если духи дома увидят такой красивый цветок в квартире, они обидятся и уйдут из дома насовсем.

Немая пауза. Я смотрю на неё, она на меня, кактус скромно стоит на столе. Переубеждать хозяйку, которая верит в духов дома, я не решилась. Но и выбрасывать живое существо (пусть и колючее) мне было жалко.