Тридцать два года назад, 14 февраля 1994‑го, в Новочеркасской тюрьме прозвучал выстрел, который закрыл одно из самых мрачных дел конца советской эпохи. Приговор Андрею Чикатило — человеку, на счету которого десятки загубленных жизней, — был приведён в исполнение.
Про него, кажется, рассказано всё. Документальные фильмы, сериалы, книги, бесконечные разборы. История разобрана по косточкам. Но стоит оказаться в архиве Ростовского областного суда — и весь этот медийный слой осыпается. Тяжёлая дверь, пыльный стеллаж, увесистые тома с потемневшими корешками. Бумага пожелтела, чернила местами поблекли, но текст всё ещё режет глаз.
Чикатило искали двенадцать лет. Операцию по поимке назвали «Лесополоса» — слово, которое потом судья вынес в приговоре отдельной строкой и крупными буквами. Именно там чаще всего находили тела. Хотя география преступлений шире: парки, рощи, окраины городов. В приговоре перечислены регионы, годы, эпизоды. Сухой язык документа фиксирует то, от чего холодеет внутри.
С 1978 по 1990 год — десятки убийств с особой жестокостью. Сам Чикатило признавался в 55, суд доказал 43. Остальное не выдержало процессуальной проверки. Цифры в тексте идут подряд, как бухгалтерский отчёт, но за каждой — чья‑то оборванная жизнь.
Процесс в 1992‑м стал отдельной драмой. В зале — родственники погибших. Когда зачитывались детали преступлений, люди теряли сознание. Со скамьи подсудимых раздавались выкрики — Чикатило пытался изображать невменяемость, спорил, перебивал. Судья Леонид Акубжанов писал приговор от руки — такова была практика. Два дня звучала официальная формула: «Именем Российской Федерации…» Имя подсудимого в тексте выделено и подчеркнуто. Как будто даже бумага требует акцента.
Финал был коротким: исключительная мера наказания — смертная казнь. В зале аплодировали. В письменной версии приговора словосочетание «смертной казни» вынесено отдельной строкой и подчёркнуто двумя линиями.
Он воспользовался правом на обжалование и подал прошение о помиловании. 4 января 1994 года последовал отказ. В ожидании исполнения приговора Чикатило давал интервью, рассуждал о судьбе и справедливости. Иностранные специалисты обращались с просьбой передать им его мозг для изучения — им отказали.
14 февраля его вывели из камеры. Он был уверен, что едет на обследование, и даже не надел шапку — на улице шёл снег. В комнате уже находились прокурор, врач и исполнитель. Зачитали указ об отказе в помиловании. Дальше — шаг в соседнее помещение. Выстрел. Врач зафиксировал смерть. Чикатило было 57 лет.
В архиве Ростовского областного суда хранится краткая справка о приведении приговора в исполнение. На деле стоит гриф: «Хранить постоянно». Том за томом — тяжёлое документальное свидетельство эпохи, где вместо громких слов остаётся только бумага, подписи и подчёркнутые строки.