Найти в Дзене
История культуры СССР

Скандалы в Кремле. Шокирующие признания бывшего сотрудника ЦК КПСС

Попались мне в руки дневники Анатолия Черняева — помощника по международным вопросам Михаила Горбачёва, а до этого многолетнего сотрудника международного отдела ЦК КПСС. При Брежневе его привлекали для написания речей членам Политбюро, включая самого генерального секретаря. Дневники описывают события 1972—1991 годов.
В записях довольно много неожиданной, конфиденциальной, а местами даже смешной

Попались мне в руки дневники Анатолия Черняева — помощника по международным вопросам Михаила Горбачёва, а до этого многолетнего сотрудника международного отдела ЦК КПСС. При Брежневе его привлекали для написания речей членам Политбюро, включая самого генерального секретаря. Дневники описывают события 1972—1991 годов.

В записях довольно много неожиданной, конфиденциальной, а местами даже смешной информации. К сожалению, книга издана малым тиражом. Для меня очевидно, что её аудитория намного шире. По этой причине поделюсь информацией с читателями своего канала.

Леонид Брежнев / Анатолий Черняев
Леонид Брежнев / Анатолий Черняев

Сегодня речь пойдёт о событиях 1972 года. На этих страницах приведены неожиданные высказывания Андрея Громыко — министра иностранных дел — и Николая Подгорного — председателя Президиума Верховного Совета СССР.

Начнём с конфликта Громыко и Косыгина. Дело в том, что Черняев стал невольным свидетелем телефонного разговора Леонида Брежнева и главы правительства Алексея Косыгина. Дело было в марте 1972 года.

В самом начале собеседники обменялись мнениями о том, как провели 8 марта, затем перешли к делу. Косыгин выразил недовольство тем, что не стоило нам вмешиваться миротворцами в пакистанско-индийскую войну. Он предложил перенести визит президента Пакистана Зульфикара Бхутто, а заодно и президента США Ричарда Никсона. Последний резко усилил бомбардировки дружественного Вьетнама. Нельзя было закрывать на это глаза. Леонид Ильич задумался и пообещал связаться с Андреем Андреевичем Громыко. (Между прочим, диалоги велись на "ты").

Так он и поступил спустя несколько секунд, переключив кнопки селектора. В ответ на предложение Алексея Николаевича отменить приём президента Пакистана министр иностранных дел СССР тяжело вздохнул и ответил:

— У этого Косыгина двадцать мнений за один день.

А. Косыгин / Н.Подгорный / Л. Брежнев
А. Косыгин / Н.Подгорный / Л. Брежнев

Далее министр подробно изложил причины, почему встречу переносить нельзя. Я не стану приводить их, чтобы не утомлять читателей излишними деталями. Скажу только, что в 1979 в Пакистане произойдет государственный переворот и Бхутто-старшего казнят.

Леонид Брежнев прислушался к доводам министра и заметил, что Алексей Николаевич также высказывается против встречи с президентом США Ричардом Никсоном — «бомба, говорит, будет».

Андрей Громыко буквально потерял дар речи. Видимо, эта новость стала для него громом среди ясного неба или бомбой под креслом. Но министр выжил и через секунды выдавил из себя:

— Да он что?!

Невероятно, что Андрей Андреевич воздержался от добавления непечатных выражений. Впрочем, для наших дней это действительно удивляет.

Спустя пятнадцать минут Генеральному Секретарю позвонил председатель Президиума Верховного Совета СССР Николай Подгорный. После обсуждения погоды в Москве и на юге, где отдыхал в тот момент Подгорный, Леонид Ильич поделился неприятностью. Днями у него случился резкий разговор с Дмитрием Устиновым, министром обороны.

Привожу цитату:

«Он мне заявляет, мол, я убеждён и буду настаивать. Ты знаешь этот его характер. Я разошёлся. Только потом опомнился. Целый день ходил сам не свой. Ночью, около двух часов, набрал его номер телефона. Мы вроде бы примирились. Утром он снова позвонил на работу. Как бывает иногда. Ведь мы всегда общаемся по-дружески. Просто нервы расшатаны».
А. Громыко/ А. Косыгин/ Н.Подгорный / Р. Никсон / Л. Брежнев
А. Громыко/ А. Косыгин/ Н.Подгорный / Р. Никсон / Л. Брежнев

Этот конфликт вспыхнул потому, что секретарь ЦК КПСС оборонным вопросам выступал за значительное повышение расходов на военно-промышленный комплекс, тогда как генеральный секретарь приводил контраргументы. Однако именно из этих признаний Брежнева становится ясно, что Генсек обладал редким качеством — отходчивостью. История подтверждает, насколько редко такое встречается у руководителей государств.

Однако формальным руководителем государства был всё-таки Николай Подгорный. Кстати, до переезда в столицу он возглавлял Украину.

При участии Подгорного произошло забавное происшествие на заседании Политбюро. Обсуждался вопрос поставок нефти и газа зарубежным партнёрам.

Привожу дословно выступление Николая Подгорного:

«Недостойно нам влезать в подобные сделки с газом и нефтепроводом. Словно решили всю нашу Сибирь продать оптом, да ещё показываем полную техническую несостоятельность. Может, сами справимся без привлечения иностранного капитала?»

Тогда Леонид Брежнев обратился за комментариями к председателю Госплана Николаю Байбакову. Свою карьеру он начал при Сталине заместителем народного комиссара нефтяной и газовой промышленности.

Байбаков доложил, что валюта поступает в страну только благодаря экспорту древесины и целлюлозы, частично драгоценных металлов, хотя ситуация с золотом оставляет желать лучшего. Зато США и западные страны заинтересованы в приобретении советской нефти и особенно природного газа.

Американские специалисты предложили два варианта транспортировки газа. Один предусматривал прокладку трубы из Тюмени в Мурманск, откуда предполагалось вывозить груз морским путём. Другой — строительство магистрали из Вилюя в Магадан. Второй вариант представляется более выгодным, поскольку окупался примерно за семь лет. Вся необходимая техника и оборудование предоставляются американскими компаниями. Теоретически мы могли бы справиться своими силами, однако у нас нет столько металла на производство трубы, машины и другого оснащения.

Кроме того, японцы выразили готовность вести добычу нефти со дна моря возле Сахалина. Однако наша страна не располагает буровыми установками. Единственный экземпляр буровой находится на Каспийском море и произведён в Голландии.

Подгорный внезапно ошарашил:

«Там же ветер дует на Сахалине постоянно, любые конструкции снесёт!»

 Можно представить себе реакцию Байбакова и остальных участников заседания!

Председатель Госплана нашёл достойный ответ:

«Это верно лишь относительно северной части острова, Николай Викторович, а южнее ветра почти не ощущаются.»

На это "эксперту" Подгорному ответит было нечего.

Получается, что оба высших руководителя — Косыгин и Подгорный — были склонны вмешиваться в дела, в которых ничего не понимали. Первый проявлял активность в международной сфере, второй — в экономике.

Любопытно отметить следующее. Михаил Сергеевич Горбачёв, окружив себя компетентными специалистами по экономике и политическим вопросам, парадоксальным образом привёл государство к краху. Что скажете на это вы, уважаемые читатели?

Статьи по теме:

Леонид Брежнев | История культуры СССР | Дзен