Репортаж из соцгородка, где собирают прошлое по крупинкам.
Соцгородок в Мотовилихе появился в конце двадцатых годов, как символ нового советского быта: именно здесь должны были жить строители утопического мира будущего. На излёте 20-го века кварталы превратились в едва ли не самый опасный район города с разваливающимися зданиями. А в следующем веке соцгородок подвергся реконструкции: теперь наследие архитекторов Баухауса выглядит как удобное и стильное пространство для жизни.
Здесь в подвальчике одного из домов располагается Музей советского быта. Раньше в помещении была мастерская уличного художника Александра Жунёва, а до этого находились прачечные. Основательница музея Нина Костарева так рассказывает о здании: «Когда началась пандемия, мы переехали сюда с Ленина. Нам отдали помещение за процент от месячной выручки. Это были очень комфортные условия, хотя работы предстояло много: здесь был земляной пол и кучка цемента, которую нам вдвоём с мужем пришлось разбивать вручную».
Музей как школьный бизнес-проект
Нина рассказывает, что идея создания музея возникла почти случайно. Сложилось сразу несколько факторов. Её сын Максим в качестве домашнего задания в школе должен был разработать бизнес-проект и доказать его актуальность. Мальчик вспомнил впечатления от недавней поездки в Казань, где он посетил Музей советского быта. Спустя некоторое время в семье случилось несчастье — не стало дальней родственницы, от которой осталось множество вещей советской эпохи, выкидывать «наследство» было жалко, а хранить негде.
«Однажды мы с дочерью гуляли по центру и увидели объявление о том, что сдаётся помещение. Просто из интереса зашли узнать подробности. Вроде бы всё в шутку, а потом раз — и сняли, буквально в тот же день у нас появилась первая площадка на Ленина, 56», — вспоминает женщина.
Вся семья подключилась к авантюре: муж помогал перевозить вещи и делать ремонт в помещении, сын вёл соцсети, а Нина с дочерью разрабатывали проекты по привлечению аудитории. Звали студентов из института культуры в качестве экскурсоводов, приглашали прессу и устраивали мероприятия для классов. За год существования музея им удалось заработать около 50 тыс. рублей. Аренда составляла около тридцати, все расходы оплачивала Нина с мужем с зарплаты на основных работах. На вопрос, почему не бросили невыгодное дело, Нина отвечает: «Мы успокаивали себя тем, что о нас ещё мало кто знает, а стоит „раскрутиться“, и дело пойдёт лучше. Да и жалко было отказываться от уже собранной коллекции редких экспонатов».
«Братья ушли батрачить…»
Сегодня музей представляет собой небольшое помещение с несколькими тематическими зонами: прихожая, ванная, кухня и гостиная. Буквально каждый сантиметр уставлен артефактами разных десятилетий эпохи: плюшевые медведи соседствуют с хрустальным сервизом, а коробочки «Ленинградской пудры» с настольным футболом и виниловыми проигрывателями. По словам создательницы музея, по сей день не существует полного перечня предметов — настолько велико количество экспонатов. Часть объектов хранится в отдельно стоящем складе — небольшом холодном помещении, от пола до потолка уставленном мешками.
Коллекция музея постоянно пополняется: что-то приносят посетители, что-то Нина сама выискивает на барахолках и онлайн-платформах. Владелица музея признаётся, что иногда она совершает вылазки в заброшенные здания, которые вот-вот должны снести — благо в Мотовилихе в них нет недостатка — и подчас находит совершенно неожиданные вещи.
Например, в заброшенном здании на Уральской 110, где сейчас располагается новая школа, она отыскала письма начала двадцатого века. Нина так рассказывает об этой находке: «Я собрала с пола всё, что было: пуговицы какие-то, билетики, фотографии, а уже в музее начала всё разбирать. Среди прочего оказалась связка писем — архив одной семьи, который охватывает период с 1917 по 1935-й годы. По письмам можно восстановить целую эпоху в её бытовом, может быть, самом правдивом, варианте. Например, про неподъёмные налоги, про то, что братья ушли батрачить и зарабатывают совсем мало, про то, что не хватает масла и творога и так далее. Мы провели целое детективное расследование, подключали Госархив Пермского края, Пушечный завод (Ныне — „Мотовилихинские заводы“ — прим. Properm.ru). Нам удалось найти родственников автора писем и получить от них фото участников событий».
Советский Союз, в котором всё было
Два самых устойчивых стереотипа про Советский Союз — там не существовало секса, зато был дефицит. Если с первым всё вроде бы уже выяснили («Резиновое изделие №2» выпускали мало, но регулярно — особенности плановой экономики), то со вторым всё не так однозначно.
Нина рассказывает: «Однажды посетительница принесла большую коробку с тиховаркой. Что это за зверь такой, я не знала. Оказалось, это советский прообраз современной мультиварки, только без использования высоких температур». Среди прочих удивительных вещей создательница музея называет и прибор, который мог запрограммировать запись аудиопередачи или трансляции, а также манёвренную машинку с аккумулятором конца семидесятых годов: «Эти вещи не были широко распространены, зато они отлично показывают, что в СССР умели делать необычные, современные вещи, которые, к сожалению, не всегда доходили до простых людей» — делится Нина.
По словам Нины, она редко проводит экскурсии в музее — больше любит работать с вещами: чинить, отпаривать, зашивать — да и люди приходят сюда, чтобы соприкоснуться со своим прошлым: «Я только начну рассказывать, а люди переключаются на диалог между собой, начинают вспоминать, уносятся далеко в прошлое. Это естественно и нормально, и я рада, что музей может быть такой машиной времени». Часть экспозиции интерактивная, предметы можно не только рассматривать, но и трогать руками.
К Нине часто обращаются съёмочные группы художественных и документальных фильмов. Например, для ленты «Фрау» напрокат брали шахматы, настольный футбол и электронную игру «Ну, погоди!». Также экспонаты музея «засветились» в фильме «Забор» режиссёра Льва Евлампиева, в главных ролях которого снялись артисты Театра-Театра Олег Выходов и Владимир Сырчиков и многих других отечтественных кинолентах. Нина часто выступает консультантом для телевизионщиков: «Подчас, когда люди берут вещи на съёмки, они слабо ориентируются во времени происхождения вещей. Недавно пришла девушка с запросом на девяностые, увидела телевизор на ножке и хотела взять его. А это же семидесятые! Или просила плюшевый ковер, производства шестидесятых. Для нового поколения вся предыдущая история будто смазывается в одно неразличимое пятно».
Клуб «Винтаж»: мода сквозь десятилетия
Для привлечения посетителей Нина придумывала разные форматы мероприятий: устраивала лекции о моде, проводила мастер-классы и фотосессии, организовывала блошиный рынок прямо во дворе соцгородка. О том, как возникла идея «блошки» она рассказывает просто: «У меня на складе скопилось много одежды, которая практически не экспонируется в самом музее, и я придумала устроить „толкучку“ с развлекательной программой, где можно было бы выгулять советские наряды. Написала в группу музея, очень быстро набрала группу из желающих девушек, и мы устроили импровизированный показ».
Позже к команде присоединилась пермский ретро-стилист Ольга Трайнина. С появлением Ольги клуб моделей получил название «Винтаж», и стал колесить по городским культурным площадкам с театрализованными дефиле. В арсенале клуба выступление на автопробеге музея «Ретро гараж», в фестивале «Большая перемена» в библиотеке им. Л. Толстого, дефиле в рамках «Ночи музеев» в пермском «Доме учителя», телевизионные съёмки в КВН и многое другое.
Среди «гардеробных» экспонатов музея встречаются поистине уникальные вещи: дореволюционная шерстяная шаль или платье семидесятых годов, сшитое из почтовых пакетов для выпускного вечера. Такие вещи не участвуют в дефиле, но и не выставляются в открытом доступе, ведь, по словам Нины, для этого не хватает площади.
Музей закрывается?
В начале 2026 года в пермских СМИ вышли заметки о том, что Музей советского быта оказался под угрозой закрытия. Всё началось с поста Нины в соцсети музея ВКонтакте: «Мы работаем без поддержки города. У музея нет спонсоров. Большую часть платежей я оплачивала из своей зарплаты, с основной работы. В этом году зарплата снизилась на четверть, а аренда с октября поднялась. И если не будет выручки, музей придется закрыть».
Нина сетует на постоянную нехватку ресурса — доходы не покрывают аренду, всё свободное время она отдаёт музею, но самое главное — проблемы с помещением. Сейчас нет места ни для свободного размещения экспонатов, ни для хранения коллекции, ни для приёма организованных групп посетителей.
На вопрос, что поддерживает Нину в этой непростой ситуации, она отвечает: «Семья. Муж всегда приходит помочь с ремонтом и другими бытовыми вещами. Ворчит, конечно, мол, зачем это всё нужно? А потом вдруг приносит какой-нибудь найденный дисковый телефон для коллекции — вижу, что и сам проникся».
Нина планирует до последнего биться за судьбу своего детища — в её планах поиск другой площадки, а также новые мероприятия и сотрудничества, которые помогут привлечь внимание горожан к музею.
Дарья Лепенышева для Properm.ru.