Серия заметок-наблюдений написанная админом добровольцем Убежища 8, когда он ещё не был админом, а служил в ВС РФ и собственно непосредственно наблюдал само сражение. Посты охватывают период за октябрь 23-го, апрель 24-го. Можно по ним отследить в динамике некоторые процессы, происходившие тогда, ну и да сам админ тоже менялся, как и его взгляд на происходящее. Ничего не редактировал, не удалял. Фотографии из личного архива автора.
Про бои севернее Авдеевки
17 октября 2023
«К прорыву мы готовились месяц. Это должен был быть именно прорыв с выходом в тыл на коммуникации противника. Пошелонно, перекатами и не по дорогам.
В реальности все пошло не по плану с самого начала: коптеры типа «Баба-яга» пожгли кучу техники ещё на марше. Нашу импровизированную КШМ на базе «Ахмата» сожгли тоже. «Шторм» свою задачу не выполнил* – его потери составили 90 процентов. Следующим эшелоном шла пехота*. А технику продолжали жечь. Ночью нас атаковали «Бабы-яги», днём – ФПВ-дроны. Те танки, что уцелели**, в итоге смогли оттянуть.
На второй день хохлы пошли в контратаку и отбросили наших с уже занятой
лесополосы. Товарищи говорят, что враги работали грамотно, добивая раненых. На третий день наши, наконец, подтянули минометы, но продолжали толкаться в пределах предполья. За три дня штурма роты в батальоне «уполовинились». Свежие роты заходили и через полдня отказывались идти в атаку – настолько происходящее вокруг деморализовало.
На пятый день всё снова перекатилось в позиционку. Коптеры и арта – всё как мы любим. Да, артподготовка была знатная, но вскрыли, как обычно, не всё. Три дня хохлы держались за счёт регулярного ввода на опорники свежей пехоты и интенсивной работы артиллерии кассетами по нашим передвигающимся штурмовым группам, сбросы с дронов тоже прилагались. Часть их ствольной артиллерии накрыли, но не всех. Думается, ещё ничего не закончилось, но муравейник мы разворошили знатный.
Что хочется сказать? У нас проседание в противодроновой борьбе. Кажется, что её просто нет. Волонтеры не могут тянуть полное снабжение фронта – здесь нужен государственный подход. Солдатик с автоматом – не лучшее средство ПВО. Хотя складывается ощущение, что часть командиров так и думала, мол, автоматами порешают. Ага! Дроны стоимостью в миллионы, доработанные модулями Starlink и операторы, у которых месяцы подготовки. А против них любой солдат с автоматом. Если бы всё было так просто…
Хотя, у некоторых получается сбивать и с автомата. Заодно свои положили наши большие птички с хорошими камерами – звук у них похож на «Бабу-ягу», а личный состав стал здесь очень нервным. В общем, наступать без нормальной РЭБ – не вариант. Но могу сказать, что и противник тут тоже не на курорте.
Когда выберусь отсюда – сделаю нормальный большой материал, а пока – мир вашему дому!»
UPD:
«Небольшой кусочек дороги на передовую к cеверу от Авдеевки. Ближайшая точка съемки в 4 километрах от передовой. Из танка сам выгребал остатки наводчика на следующий день после того, как он сгорел. Чтобы потом отправить родным. Экипаж шел в бой в первый раз. Я специально не фотографировал наших 200-х – ни к чему это.
Один из БТРов на фото ушёл – оттащили в ремонт на следующий день. Эти фотографии, чтобы было понятно тут война и у нас потери, противник хорошо подготовлен и ожесточен. Дальше, ближе к передку техники больше, но фотки оттуда выдадут локации наших текущих позиций.
Мы тоже воюем как умеем, и противник тоже прикуривает, но игра не в одни ворота».
*Потери Шторма и пехоты - это результат штурма.
**Не вся подбитая техника сгорает. Все, что можно, эвакуируется для дальнейшего ремонта.
Заметки о двух месяцах битвы за Авдеевку на её северном фасе
13 декабря 2023
С холодами, пришедшими в начале декабря, земля перестала копаться совсем. Впрочем, в ноябре, после заморозков, она уже плохо пробивалась, и оборудование новых позиций было ещё тем цирком с конями. И всё это происходило на фоне постоянной работы FPV и арты противника. В ноябре, в периоды отсутствия заморозков, по колено стояла непролазная грязь.
Поэтому холодная погода не вызывала у личного состава отторжения.
В отличии от мобилизованного админа Vault 8 PRO, автор видел много новых
контрактников – ими теперь наполняют роты. Множество пенсионеров-добровольцев изначально использовали в качестве групп снабжения, но так как их число росло, то вновь прибывающих свели в одну роту, для использования только в закрепах.
После полутора лет войны, пехота из преимущественно мобилизованных, стала приличного уровня: обстрелянная, сплочённая, с небольшим опытом штурмовых действий. Свежие контрактники и добровольцы, кроме в среднем более старшего возраста, уступают нашим «мобикам» ещё и в перечисленных качествах. По дороге на позиции нашей пехоты теперь можно найти не только "лишние" ПГЛ-ки, но даже брошенные пулеметы. С эвакуацией стало хуже из-за снижения качества самой пехоты, но есть надежда на возобновление роста с возвращением в строй тех, кто получил ранения в октябре.
Сырое пополнение и эффект, производимый кассетными снарядами, привели к обилию «пятисотых» в пехоте. В октябре чуть ли не половина подвалов поселка была забита ими, а остальная половина – всякими минометчиками, ПТУР-истами, связистами, коптерщиками и медиками.
Периодически их искали, забирали, но после очередного штурма появлялись новые. В ноябре количество специалистов ближнего тыла в поселке выросло, как следствие подвалов свободных стало меньше. Да и интенсивность штурмов по объективным причинам снизилась. Так что и здесь постепенно пришли к
порядку.
Вы спросите: «А кто же тогда штурмовал вражеские опорники?» А те, кто не
запятисотился, и кому из них повезло не затрехсотиться и задвухсотиться. В общем, героические ребята.
Лесополки в которых происходит все действие, к концу ноября стали похожи скорее на редкий кустарник. Оставшиеся стоять стволы помечены осколками чуть менее, чем полностью.
К середине ноября снизилась интенсивность применения кассет противником.
Очень заметно снизилась. Теперь их кидают, видимо, только по острой необходимости.
Зато с FPV проблем у противника нет, как и с нашим окопным РЭБ. Четыре «камикадзе» на одну «Буханку»? Пожалуйста! Два дрона по одному нашему миномету без расчета и б/к? Распишитесь! Охота за одиночными бойцами – вообще норма жизни.
У нас тоже есть FPV и ими что-то даже подбивают, но количество не то. Обычных коптеров тоже не так уж и много. Все честно нажитые запасы были потрачены в первые две недели. Дальше перебивались возвратом в строй найденных и отремонтированных, вплоть до следующего поступления
гуманитарной помощи.
Зато сами коптеры наконец в полной мере оценены командованием. «Птички» теперь не только заняты разведкой и корректировкой, но сопровождением штурма и обороны опорников. Благо интенсивность боёв позволяет работать имеющимся количеством.
Слабость окопной РЭБ пытаются компенсировать огнем из автоматов, часто по собственной инициативе. Счёт сбитых «камикадзе» идёт на сотни. Сбивают и разведывательные коптеры, правда, половина из сбитых данной категории
«птичек» – свои. Они же ничем не отличаются.
Дружественный огонь – это, наверное, основная статья в потерях наших коптеров. Хотя есть подвижки и с РЭБ. С середины ноября, во время приезда Уралов с припасами, включают что-то серьезное. Как итог: потери от действий
"Бабы-Яги" снизились.
У нас ощущается нехватка, в виду их полного отсутствия, лёгких ПТУРов. Противник наловчился выкатывать Брэдли на прямую наводку и кошмарить опорник. Временами они же работают навесом-веером по путям снабжения. Наши ПТУР носить за несколько километров не вариант, а с далека, в т.ч. из-за посадок не получается эффективно ими работать, по крайней мере у наличных ПТУР-щиков.
Наши танки на прямой наводке не работают из-за обилия FPV у противника.
Считаю, что танк в современном бою без собственного комплекса РЭБ танком признаваться не должен. Конечно, стремление пехоты носить меньше тяжестей тоже выходит ей боком.
Был эпизод, когда Брэдли каталась в 50 метрах от наших позиций, и бойцам с опорника было нечем по ней отработать. Но бывают и ситуации, когда Брэдли может огнем своей пушки прижать опорник, а с соседнего по ней достать нечем. Командование понимает эту проблему, поэтому нашей пехоте стали привозить РПГ-16. Другого условно дальнобойного пехотного противотанкового оружия у нас нет.
Так что порой «коробочки» противника гоняют 120 мм миномётами – от безысходности. Один раз парни даже в танк попали. Тот задымил, и, наверное, от обиды откатился в тыл: «Совсем эти орки обезумели!»
Ещё нам не хватает штатного лёгкого транспорта переднего края. Урал – всё же слишком здоровый и маломаневренный на перепаханной воронками дороге. И на этом фоне отлично показали себя «Буханки», но есть и менее вместительный вариант – это Нива. Были так же замечены мотоциклы с колясками у «Барсиков». Вся эта техника (с риском и потерями) подкатывается на целый километр ближе к передку, чем Уралы и ЗиЛ-ы.
А вот квадроциклы на передке редкость. У нас пара штук в батальоне есть, но на них нужные люди по тылу катаются. А могли бы, например, их нуждающимся ПТУР-щикам дать. Может и проблему с Брэдли бы порешали.
На что не стоит жаловаться, так это на снабжение, продовольствием, водой и боекомплектом. В связи с этим от лица минометных батарей нашего направления хочется выразить огромную благодарность братскому корейскому народу: верным путем идете, товарищи!
Сам автор за два месяца с небольшими перерывами попадал и под атаку FPV-дронов, и находился в машине в момент ее подбития «Бабой-Ягой», и приседал, выйдя с утра до ветру, от близкого прилёта 82-й, и несколько раз валял в грязи свою частично фирменную экипировку, частично от ССО, на секундочку, среди разрывов «Градов», и даже получил осколок от танкового снаряда в свою левую псевдолову.
Все это лишь небольшой отрывок из наиболее врезавшегося в память. Автор при этом на самом передке-то и не был. Так, лазил по ближнему тылу, хоть и довольно часто, в основном, в качестве проводника. Хоть куда-то пристроили коптерщика, оставшегося без коптеров.
Личные заметки о событиях на Авдеевском направлении
8 марта 2024
Период безнадёжных мясных штурмов декабря-января этой зимы автор пропустил, находясь на переподготовке из коптерщика в оператора ФПВ. Время, по словам товарищей, было тяжёлое: пехоту из-за сроков пребывания в батальоне тогда называли "двухдневками" и "трёхдневками". На позиции автор этих строк попал уже только после взятия Авдеевки и закрепления
наших на Коксохиме.
За неделю пребывания на заводе следов стрелковых боёв не было обнаружено, хотя изрядная часть завода была посещена по долгу службы. Противник отступил с АКХЗ достаточно организованно, хоть и поспешно, а потому оставил достаточно трофеев. Боеприпасы оставлены в основном от тяжёлого пехотного оружия: 40 мм гранаты и 12.7 мм патроны в пластиковых рассыпных лентах, ещё были и одноразовые РПГ, но их быстро расхватали. Вещевое имущество в виде спальников, печек и прочего «добра» валялось везде (спасибо волонтерам Запорожстали за обогрев нашего помещения!). Так же спасибо украинским волонтёрам за огромное количество продовольствия (тушёнка, рыбные консервы и концентраты не хуже наших), а то сухпай надоедает.
После падения АКХЗ, переход под наш контроль Тоненького, Орловки, Семеновки и Бердычей стал лишь вопросом времени. Во-первых, высотки завода господствуют над местностью, а значит решаются проблемы со связью, дальностью полета коптеров всех типов, и, естественно, с наблюдением. Можно даже камеры на крыши прикручивать и наблюдать в режиме онлайн за всеми движениями противника. Во-вторых, завод – это множество укрытий, а значит возможности по накоплению резервов и развертыванию эвакопунктов в относительной безопасности. В отсутствии у противника массовых ФАБов с модулем коррекции, крыть нас, по сути, здесь нечем.
Тем не менее освобождённые населенные пункты и квадратные километры полей с лесопосадками даются дорогой ценой. Пехота нашего батальона в очередной, не помню уже какой раз, обнулилась в ходе штурма одной из мелькающих в сводках деревень. Да, остатки смогли закрепиться. Да, сточились за три дня, а не за один, как было раньше. Основные факторы поражения – это дроны всех видов: Мавики со сбросами, ФПВ, Бабы-Яги и кассетные снаряды. Много неприятностей приносят Брэдли: выкатываются, отстреливают БК и тут же сваливают в укрытие.
В конце февраля наши очень удачно смогли заскочить в Бердычи. На эвакуации раненный в тех боях штурмовик рассказывал мне, что заход пехоты на танках в село оказался для противника полной неожиданностью. В Степовом ещё шли бои, и пехота противника в Бердычах находилась в расслабленном состоянии, не ожидая подвоха. Итог? Спешившись, наши штурмовики сходу зачистили дома на южной окраине села, закрепились и даже продвинулись на соседнюю улицу. При зачистках удалось взять целую рацию, в эфире у противника царила паника, некоторые посты его пехоты сдавались без боя. Но не смогла пробиться
вторая наша колонна, заходившая с северо-востока. Поэтому атака захлебнулась, сил на овладение всем селом с ходу не хватило. После ввода в бой следующих очередей резерва удалось захватить половину Бердычей, на чем продвижение и застопорилось. Бои опять превратились в мясорубку. Причем возникали проблемы с дружественным огнем: свежие батальоны соседней бригады чуть не устроили перестрелку с нашими бойцами, чудом удалось объяснить, что свои.
Выявились у нас проблемы и в средствах поражения. Пехота, как обычно, не достает со своих «семёрок», если даже вдруг их дотащит до позиций. ПТУРы, в массе своей, старые. Отсюда вечная проблема: либо не кондиция, либо проволока рвётся. Ну, и опять же ПТУРщики опять новые. Прежние были отправлены в "эваки" - группы эвакуации, "за бесполезностью" и отлеживаются теперь по госпиталям Великой и Необъятной.
Про беду судоплатовских дронов, наверное, не писал только ленивый. Показательно, что первый Абрамс подбили «Упырем», которых был всего десяток на бригаду и то, пришли они, как гуманитарка, в отличии от «Судоплатовцев», которых с завода в день запускается от полусотни. Качество сборки у этих дронов тоже скачет: одно время приходили, будто спаянные пятилетними детьми, и они, как следствие, отваливались в полете. Но крайняя партия пришла уже качественной сборки – мне понравилось.
Ещё одной из проблем сосредоточения большого количества операторов ФПВ, стал взаимный перехват видеосигналов очками, что приводит временами к потере птичек. На этом фоне опять пытаются гонять броню противника артой, но подарки из северной части страны утренней свежести дают большой разлет, хотя в январе расчет нашей минометки всё же упокоил одну Брэдли выстрелом из 120 калибра.
С наблюдением за полем боя, в отличие от поражения противника, ситуация нормальная. Постоянно работают и дроны типа «крыло» и коптеры. Взамен потерянных, новые привозят оперативно. Если осенью освоили выносные антенны окончательно, то за зиму в штабах наконец освоили трансляции, так что картинку с поля боя офицеры теперь получают на экранах телевизоров.
Увы, беда продолжается со средствами РЭБ. Нет, они у нас есть! Недавно, перед штурмом, лично обучал по человеку со взвода из штурмовой роты как пользоваться противодроновыми ружьями. Кстати, это всё были разные модели, но они были в наличии.
Проблема в том, что пехота их сбрасывает в ходе движения – оборудование не штатное, а тут ещё своего нести достаточно. Плюс, есть проблема с зарядкой: на
противодроновые ружья, в основном, есть один комплект аккумуляторов. И что с ним делать дальше? Непонятно. Эффективнее были бы специально выделенные группы «РЭБманов», выставленные на определенных точках по маршруту передвижения пехоты. Кроме того, оснащенные спектро-анализаторами и датчиками обнаружения дронов и возможностью своевременно заряжать «игрушки». Но всё это к вопросу про взводы РЭБ, которые у нас отсутствуют у нас.
На данном этапе оборудование, полученное на народные деньги, просто
выкидывается (в буквальном смысле) на ветер. Про средства РЭР на уровне батальона сказать вообще нечего, так как их нет.
Зато до нашего батальона докатились, наконец, китайские багги. Те самые, что
закупили для армии. Машинка удобная проходимая и крайне полезная. Правда, водитель не успевает менять колеса, а так сильно экономит человеческий ресурс для доставки всего необходимого в полосе обороны от точек выгрузки. Но на самый передний край не ездит, конечно, да и лобовое стекло бы ей.
Остаётся риторическим вопрос: а почему нельзя сделать такое на базе Нивы и выпускать в товарных количествах у себя?
Нам, в отличии от прошлой зимы, стали выдавать химические грелки. Хотя бы в
виде обеспечения, XXI век в нашей армии становится всё ближе. Хочется отметить и новые штатные тактические аптечки с хорошими силиконовыми жгутами, турникетами, ножницами и прочим. Комплектация, конечно, не идеал, но на голову выше того, что выдавалось в первый год войны.
Есть и тактические новшества. В первую очередь, это специально отобранные
группы «эваков», и у каждой роты они свои. Вообще, на этот раз пехоту готовили две-три недели, но по сравнению с отправкой в бой людей ещё вчера буквально подписавшими контракт это уже хоть что-то. Как результат, действия штурмовиков обрели хоть какую-то осмысленность. Тем не менее, как уже говорилось, пехота быстро сточилась практически в нуль. Поэтому снова стали привозить людей на позиции для пополнения остатков пехоты без какой-либо подготовки, сразу после подписания контракта. О их боевой ценности лучше умолчать.
Возвращаясь к вопросу по статистике раненных вернувшихся в строй. В условиях современного, расширившегося в глубину, поля боя, вынос раненных
представляет проблему. Легкораненые выходят сами, а вот тяжёлые, по возможностям «эваков», что бывает далеко не всегда: на некоторых участках нет смысла эвакуировать «тяжёлых», так как группа эвакуации почти гарантированно попадет под раздачу. Противник же любит добивать даже одиночных раненных дронами.
Гарантия, что тебя раненным заберут и доставят в тыл, но не факт, что вовремя, есть только у «специалистов»; такой термин не употребляется, но больше всего подходит для описания. Кто это такие? Это расчеты тяжёлого оружия, коптерщики, операторы ФПВ, связисты, минометчики, водители. У них и условия жизни лучше, чем у бойцов переднего края: доступ к генераторам, нормальному обеспечению продовольствию и воде из-за небольшого, как правило, расстояния от точек выгрузки. В батальонах, участвующих в штурмах, эти категории бойцов практически превратились в постоянный состав, в отличии от пехоты, которая теперь носит исключительно переменный характер. И для нас — это тяжёлый моральный фактор, ведь идентичность с пехотой у
нас одна. Мы же не какие-то там игилоиды, где пехота-смертники — это аборигены- «тапочники», а «специалисты» — выходцы из более культурных стран. Да и попадание в «специалисты» у нас зачастую носит случайный характер. В таких ситуациях говорят: "Повезло".
Потери «специалисты» тоже несут, но не в таких количествах, как пехота. Это позволяет образовывать стабильные коллективы, представляющие на сегодня из себя мешанину из довоенных контрактников-«штатников», добровольцев-«краткосрочников», мобилизованных и, частично, контрактников новых волн. Особняком стоит только взвод связи, укомплектованный преимущественно из «штатников», которые уже на всех остальных смотрят, как на временное явление.
Бои на Авдеевском направлении в апреле
2 мая 2024
Про занятые населенные пункты и километры лесополок смотрите соответствующие ресурсы, а здесь я напишу про атмосферу и обстановку.
Погода этой весной сухая, дождей почти нет, и мы глотаем пыль при движении на технике. «Генерал Грязь» видимо получил очередной долгожданный отпуск. Так что не верьте бьюти-блогерам: никакие «говна» не держат наступательный порыв нашей армии.
Евгений Норин у себя на канале как-то писал про киберпанк в 114 бригаде. Так
вот, он у нас тоже в наличии. «Илонов Масков» стало достаточно, чтобы выдавать их на расчеты разведывательных коптеров в отрыве от КНП. Полетел – включил трансляцию, а возвращаешься – отключил. ППУ бригады видит обстановку на участке сразу с нескольких дронов разных типов. Хотя, если необходимо, то можно и по старинке работать, но с высокоскоростным интернетом, конечно, удобнее.
FPV-расчеты на отдыхе гоняют на тренажёрах в ноутах, сидя в блиндажах, а иногда и на "мобулах" на улице. Люди на костре кулеш варят, блиндажи обустраивают, автоматы чистят, а посреди этого сидит парень в очках и спультом и гоняет свою "муху", смущая окружающих. Прошивка дронов и мелкий – средний ремонт, включая пайку, тоже осваивается на уровне
батальонов.
Другой стороной медали является превращение наших мотострелков в простых стрелков, потому что остатки БТРов в бригаде свели в одну бронегруппу. «Ахматы», конечно, оставили в ротах, но они на передовую не ездят и в штурмах не участвуют – больно уж тяжёлые и не маневренные – там их быстро забьют артой и сбросами.
Зато на позиции теперь катаемся на ЗИЛах времён Афганистана. Уралы минометной батареи, которые до этого обеспечивали снабжение батальона на позициях, за семь месяцев Авдеевской мясорубки почти закончились. Вот так и до нашей бригады добрались ЗИЛы. Первые машины такого типа я видел ещё в ноябре прошлого года в полках мобилизованных, но мы думали, что нас, как регулярную бригаду, это минует.
У свежего пополнения пехоты, в заметных количествах, стали появляться АКМ. Командование, для решения данной проблемы, отправляет партии для сбора оружия на старых позициях. Благо, заметное продвижение наших войск в последние месяцы позволяют это делать. Тем, что найдено можно вооружать полноценные роты.
То же и с горами нашей битой техники, оставшейся на полях ещё с зимы, из-за вражеских FPV. Её пока опасаются вытягивать, но «каннибалят» потихоньку. А вот ближайшие к нам горы натовской битой техники – под Бердычами, где 47-я бригада пробовала в феврале-марте в активную оборону, опираясь на тяжёлую броню.
Упавшие коптеры хорошо искать вокруг наших постов РЭБ – они по-прежнему валят всех, ведь система коридоров до сих пор не выстроена и связь между соседями не налажена, а про опознавание я лучше не буду.
Вражеские «птички», по словам пехоты, остаются главным фактором потерь: FPV, сбросы, Бабы-яги. Арту противник сейчас использует крайне дозированно – только при передвижениях нашей техники, штурмах и в контрбатарейной борьбе. Стреляют они хорошо. Я в прямом эфире видел, как они с третьего прилёта поразили движущийся ЗИЛ, который вез бревна для нового КНП батальона. Это, кстати, вторая машина в батальоне с той же задачей, которую убили за месяц. Причина быстрого выявления противником нашей техники кроется в огромных столбах пыли, которую она оставляет. В том числе поэтому все передвижения грузовиков, кроме особых задач, только по ночам.
Самая жуткая картина при движении открывается на въезде в Авдеевку: пеньки и фундаменты домов. Заметно, что здесь 10 лет была передовая. За одну ночь перед штурмом на грузовиках забросили почти всю пехоту батальона. Затем их вывозили обратно теми же грузовиками в течении двух недель: каждую ночь вывозили по 15 лёгких и стабильных раненых. Тяжёлых отдельно везли «Буханки».
Роты не выводятся с позиций до тех пор, пока не сточатся в ноль, то есть совсем в ноль, когда остаются эвакуационные отряды, управление, и несколько счастливчиков. Даже наш комбат жаловался, мол, хотя бы человек двадцать бы оставляли, чтобы был какой-то костяк. Но командованию, наверное, удобнее, чтобы совсем «в ноль» и потом месяц формировать заново.
Наше продвижение обеспечивают ФАБы. Много ФАБов. Нет ничего прекраснее на рассвете, чем наблюдать прилеты ФАБов в Очертино. Наша артиллерия, конечно, помогает, работает без перерыва 24/7. И пусть пехота на позициях её не особо слышит, зато стоит отойти на километров пять в тыл – канонада становится непрерывной, хоть и не интенсивной.
Свою роль в успехах играет и насыщение наших порядков ФПВ – они тоже собирают обильную жатву. Хотя у них есть проблемы с преодолением РЭБ. Но это наши проблемы технического характера, а не достижение противника.
Штурмовики рассказывают, что пехота противника уже не так упорно цепляется за укрепы, как раньше. Впрочем, иные говорят, что противник такой же
упрямый.
Для борьбы с вражескими ФПВ, пехоте наконец-то стали давать дробовики в заметных количествах, как самозарядные, так и помпы. При подготовке в тылу, мы запускали свои ФПВ над нашей пехотой для тренировки. Так вот когда разрешили стрелять дробовиками на поражение, мотострелки быстро приземлили все три выданных птички. Антидроновые ружья тоже выдают, но,
во-первых, они «давят» разведывательные коптеры с несдвинутыми частотами; во-вторых: не всегда пехоту адекватно учат пользоваться этими ружьями. Так один ротный меня уверял, что у него противодроновые ружья «купольного типа». Долго пришлось переубеждать.
Пейзаж вокруг за апрель стал окончательно зелёным. К тому же освобождённые весной лесополосы ещё не представляют собой одни пеньки, в отличие от районов осенне-зимних боев. Это позволяет мелким группам пехоты более-менее безопасно передвигаться днём. С целью затруднить нашу логистику, противник перешёл к тактике дистанционного минирования наших троп с дронов. Такие мины заметны для пешехода, но багги и УАЗы на них рвутся постоянно.
Кроме мин на полях разбросано много другого не разорвавшегося железа, в основном, с маркировками латиницей. Самой главной достопримечательность
района являлся подбитый Леопард рядом с Коксохимом. Каждый в округе старался заиметь фотку с ним. Почему являлся? Теперь этот танк на Поклонной горе.