Я помню свой третий день рождения. Не по рассказам мамы, не по фотографиям — я помню его сама. Каждую секунду. Каждый звук. Каждый запах.
Мне должно было исполниться три года. Я ждала этот день целую вечность — для трёхлетнего ребёнка это полжизни. Мама обещала торт со свечками. Папа обещал подарить большую куклу, как у соседской девочки. Я верила. Я всегда верила.
Утром я проснулась рано. Лежала в кроватке, прислушивалась к звукам. В квартире было тихо. Слишком тихо. Я позвала маму. Никто не ответил.
Я встала сама, вышла в коридор. Пахло дымом, тухлятиной и чем-то кислым. На полу валялись бутылки. Мама спала на кухне, уронив голову на стол. Папа храпел в комнате, не раздеваясь.
Я подошла к маме, потрогала за руку.
— Мама, сегодня мой день рождения.
Она открыла глаза, посмотрела на меня мутным взглядом.
— А? Что? Который час?
— Мама, сегодня мой день рождения. Ты обещала торт.
Она отмахнулась, перевернулась на другой бок.
— Потом, дочка. Дай поспать.
Я пошла к папе. Тот даже не проснулся.
Я вернулась в свою комнату, села на кроватку и стала ждать. Ждала час, два, три. Никто не приходил.
Днём мама встала, шатаясь, пошла в туалет. Прошла мимо меня, не заметив. Потом вернулась, упала на диван.
— Мама, а торт?
— Какой торт? Отстань.
Я заплакала. Она не слышала.
Вечером начался кошмар. Папа проснулся, начал кричать на маму. Она кричала в ответ. Они ругались, толкались, били посуду. Я сидела в углу своей комнаты, закрыв уши руками, и плакала.
Потом была драка. Потом милиция. Потом скорая. Меня забрали соседи, накормили, уложили спать. Я не понимала, что происходит. Я просто хотела, чтобы этот день закончился.
На следующее утро мама пришла за мной. Трезвая. Запыхавшаяся. Обняла, заплакала.
— Прости, доченька. Прости. Я всё исправлю.
Я поверила. Я всегда верила.
Через неделю всё повторилось. Через месяц — снова. Через год — опять.
Я выросла в этом аду. В постоянном страхе, в постоянном ожидании чуда. Каждый день рождения я загадывала одно и то же желание: чтобы мама проснулась трезвой. Чтобы папа не бил её. Чтобы мы сели за стол все вместе и съели торт со свечками.
Чудо не происходило.
В семь лет я перестала верить в Деда Мороза. В десять — перестала верить в чудеса. В пятнадцать — перестала верить в родителей.
Я уехала из дома в восемнадцать. Поступила в институт в другом городе, работала ночами, училась днём, выживала как могла. Мама звонила иногда, пьяная, говорила, что скучает. Папа не звонил никогда.
Я закончила институт, вышла замуж, родила детей. Построила свою жизнь. Другую. Чистую. Правильную. Где нет места бутылкам, крикам и страху.
Я думала, что прошлое осталось позади. Но оно не отпускало.
В тридцать лет я поехала в родной город. Зачем? Не знаю. Наверное, чтобы поставить точку. Чтобы посмотреть в глаза прошлому и сказать ему: «Я сильнее тебя».
Я нашла наш дом. Он стоял такой же облезлый, как и тридцать лет назад. Те же ободранные обои, те же грязные окна. Я долго стояла у подъезда, не решаясь войти.
Потом поднялась. Позвонила. Дверь открыла незнакомая женщина.
— Вы к кому?
— Здесь раньше жила… — я назвала мамину фамилию.
— А, вы про тех? Они умерли. Давно. Лет пять назад.
— Как?
— Пили. Отец замерз зимой в сугробе. Мать через год не выдержала.
Я кивнула. Поблагодарила. Вышла.
Села в машину и долго сидела, сжимая руль. Не плакала. Не злилась. Просто сидела.
А потом я поехала на кладбище. Нашла их могилы. Два холмика рядом, заросшие травой, без оград, без памятников.
Я стояла и смотрела на них. Думала о том, что они были молоды. Что они любили друг друга когда-то. Что родили меня. Что не справились.
— Я простила вас, — сказала я вслух. — Давно.
Я поставила им памятники. Посадила цветы. Приезжаю каждый год.
Моим детям я рассказываю другую историю. О том, что дедушка и бабушка были хорошими людьми, но рано ушли. О том, что жизнь — это чудо. О том, что чудеса случаются, если верить.
Я вру. Но им так легче.
А себе я говорю правду: чудес не бывает. Бывает только мы сами. И наш выбор. Каждую минуту каждого дня.
Я выбрала жить. Любить. Растить. Строить.
И каждый год, в день своего рождения, я загадываю одно и то же желание: чтобы мои дети никогда не узнали того, что узнала я. Чтобы они просыпались утром и видели чистую комнату, трезвую маму, доброго папу. Чтобы они верили в чудеса.
И пока это желание сбывается. Каждый день.