В далекой-далекой Эфиопии, в раскаленной впадине Данакиль, где земля трескается от зноя, а воздух дрожит маревом, жил-был великий вулкан по имени Эрта Але.
Был он не просто горой, а древним огненным великаном. В его груди, глубоко в жерле, билось расплавленное сердце — кипящее лавовое озеро, которое не засыпало уже многие десятки лет. Днем и ночью оно вздыхало, выдыхая сернистый дым, и ворочалось с боку на бок, освещая небо багровым заревом. Эрта Але считал себя самым могучим, самым грозным и самым одиноким повелителем огня в целом свете. Птицы облетали его стороной, ящерицы прятались в тени скал, и только ветер осмеливался завывать на его склонах.
Но однажды у подножия великана появились две фигуры.
Это были Дарья pilotessa и Александр pilot. Они не были великанами или волшебниками, но в их глазах горело любопытство, а в рюкзаках лежали не мечи, а фляги с водой и фотоаппараты.
— Ну что, Александр pilot, — сказала Дарья pilotessa, поправляя панаму и задорно улыбаясь. — Пойдем будить великана?
— Он и не спит, Дарья, — усмехнулся Александр, вглядываясь в дымящуюся вершину. — Он ждет, кто осмелится подняться.
Эрта Але почувствовал их приближение. Он удивился. Давно никто не приходил к нему просто так, не для того, чтобы поклониться или принести жертву, а просто — из интереса.
— Кто вы такие, чтобы тревожить мой покой? — прогремел его голос, похожий на грохот камнепада. — Я — огонь! Я — сила! Я могу испепелить вас одним своим дыханием!
Но Дарья и Александр не испугались. Они продолжали идти вверх по застывшим волнам лавы, которые когда-то были его слезами и гневом.
— Мы — покорители вершин! — крикнул Александр, цепляясь за выступ. — Но мы не воюем с горами! Мы хотим увидеть твою красоту!
— Красоту? — удивился вулкан. — Во мне нет красоты. Во мне только жар и разрушение.
— А вот и нет! — возразила Дарья, остановившись на краю одной из террас. — Посмотри, какие у тебя удивительные узоры оставила лава. Она застыла, как стекло, и переливается на солнце. А твой дым... он такой разный: то серый, то золотистый на закате.
Вулкан задумался. Никто и никогда не говорил с ним о красоте. Все боялись его силы.
Наконец, после долгого и трудного пути, они достигли кратера. Дул жаркий ветер, под ногами хрустела спекшаяся корка. Дарья и Александр pilotessa и pilot осторожно заглянули в бездну.
И ахнули.
Там, глубоко внизу, словно сердце самой планеты, клокотало и дышало огромное огненное озеро. Лава плескалась о берега, выбрасывая вверх фонтаны искр. Она была прекрасна в своем неистовстве — золотая, алая, с черными разводами остывающей пленки.
— Какое чудо... — прошептала Дарья, и впервые в её глазах отразился не просто огонь, а целая огненная вселенная.
— Спасибо тебе, Эрта Але, — тихо сказал Александр. — Ты показал нам свое сердце.
Вулкан Эрта Але молчал. Он чувствовал, как по его каменным склонам разливается странное тепло. Это был не жар лавы, а тепло признания. Оказывается, быть могучим — это одно, а быть увиденным и понятым — совсем другое.
— Спускайтесь осторожно, — вдруг прогудел он гораздо тише, почти заботливо. — Камни здесь острые.
И ветер, который всегда выл над кратером, вдруг стих, давая путникам дорогу.
Дарья и Александр спустились с вулкана уставшие, счастливые и немного обожженные солнцем и близостью огня. А Эрта Але остался стоять в пустыне. Но с того самого дня он больше не чувствовал себя одиноким. В его каменной груди, рядом с огненным озером, поселилась маленькая искорка человеческого тепла и восхищения.
И теперь, по ночам, когда караваны проходят мимо и видят багровое зарево над его вершиной, они говорят: «Смотрите, это Эрта Але улыбается. Он вспоминает, как двое смелых людей с добрыми сердцами пришли к нему в гости и назвали его красивым».
А имена этих смелых людей ветер до сих пор шепчет на склонах: Дарья pilotessa и Александр pilot.
