8 мая 1942 года началось немецкое наступление. Из-за неумелого командования советские войска потерпели тяжёлое поражение. 13 мая советская оборона была прорвана. В ночь на 14 мая маршал С. М. Будённый разрешил эвакуацию с Керченского полуострова. 15 мая противник ворвался в Керчь. Эвакуация продолжалась по 20 мая. Наши войска были эвакуированы, часть сил попала в окружение и была уничтожена и пленена. Крымский фронт понёс тяжелые потери. После окончания эвакуации директивой Ставки Крымский фронт и Северо-Кавказское направление были ликвидированы. Остатки войск направлялись на формирование нового Северо-Кавказского фронта.
В результате положение на южном фланге советско-германского фронта значительно усложнилось. Противник стал угрожать вторжением на Северный Кавказ через Керченский пролив и Таманский полуостров. Немцы смогли сосредоточить силы и средства для захвата Севастополя. Вскоре после эвакуации с Керченского полуострова пал Севастополь.
Операция «Охота на дроф»
В это время Крымский фронт имел в своем составе: 44-ю армию С. И. Черняка (5 дивизий и 2 отдельных танковых батальона), 47-ю армию К. С. Колганова (5 стрелковых дивизий) и 51-ю армию (5 дивизий). Кроме того, фронту подчинялись стрелковая и кавалерийская дивизии, 3 стрелковые бригады, 1 морская стрелковая бригада, 4 танковые бригады, 2 отдельных танковых батальона и другие части. К началу решающего сражения за Керченский полуостров Крымский фронт (с частью сил Черноморского флота и Азовской флотилии) насчитывал около 250 тыс. человек.
Фронт имел большие силы и средства, однако командование отнеслось к организации обороны без должного внимания. Войска сохраняли боевые порядки, рассчитанные на ведение наступательных операций. Все дивизии располагались в одну линию, их боевые порядки были крайне уплотнены. Дивизии занимали обороны полосы протяженностью в среднем 2 км. Основные силы были сосредоточены в непосредственной близости от линии фронта, не имея достаточной глубины. Командование фронта не приняло серьёзных мер по исправлению ситуация даже тогда, когда стали поступать сведения о подготовке противника к наступлению. Для открытой местности, характерной для Керченского полуострова, нужна была эшелонированная противотанковая и противовоздушная оборона, хорошо оборудованная в инженерном отношении и с сильными резервами, размещёнными вдали от передовой и вблизи узлов дорог. Однако этим требования оборона Крымского фронта не отвечала. Кроме того, большая часть сил Крымского фронта была сосредоточена на севере Парпачского перешейка. Этим и воспользовались немцы.
В начале апреля 1942 г. в армию Манштейна стали поступать подкрепления: впервые с начала наступления на Крым ей была придана 22-я танковая дивизия. По специальному распоряжению Гитлера в Крым был переброшен 8-й воздушный корпус люфтваффе Вольфрама фон Рихтгофена. В начале мая 1942 г. в Крым прибыли 460 самолетов. 11 немецкая армия имела в своём составе три корпуса: 30-й и 42-й армейские корпуса и 7-й румынский корпус (1 танковая, 4 пехотных, 1 егерская дивизии, 2 румынских пехотных дивизии и 1 кавалерийская бригада). Авиационную поддержку 11-й армии оказывал 4-й воздушный флот люфтваффе.
Вопреки распространенному мнению, Крымский фронт не имел серьёзного количественного превосходства над немцами. 11-я армия на 2 мая 1942 г. насчитывала 232 549 (243 760 на 11 мая) военнослужащих в армейских частях и соединениях, около 25 тыс. тыс. человек персонала люфтваффе, 2 тысячи человек из кригсмарине и около 95 тыс. румынских солдат и офицеров. В сумме это давало свыше 350 тысяч человек общей численности армии Манштейна. Помимо этого ей подчинялись несколько тысяч человек персонала имперских железных дорог, СД, организации Тодта в Крыму и более 9 тыс. коллаборационистов, обозначенных в немецком донесении как «татары».
Э. Манштейн вспоминал:
«На южном участке своего фронта — между Чёрным морем и селом Кой-Ассаном — он в основном по-прежнему занимал свой старый, хорошо оборудованный парпачский рубеж, так как все его атаки на этом участке были отбиты. На северном же участке его фронт отклонялся большой дугой на запад до Киета, выходя далеко вперёд за этот рубеж. Этот фронт образовался в то время, когда противник сбил с позиций 18-ю румынскую дивизию. …Наша разведка показала, что противник сосредоточил две трети своих сил на северном участке… На южном участке оборону занимали только три дивизии и ещё две-три дивизии составляли резерв… Эта обстановка и явилась основой, на которой штаб армии разработал план операции «Охота на дроф». Замысел заключался в том, чтобы нанести решающий удар не непосредственно по выдающейся вперёд дуге фронта противника, а на южном участке, вдоль побережья Чёрного моря, то есть в том месте, где противник, по-видимому, меньше всего его ожидал»
Немецкие войска провели серьёзную подготовку к наступлению. Немецкое командование учло все уроки боев января-апреля 1942 г. Немцы с помощью аэрофотосъемки, опроса перебежчиков и пленных смогли оценить советскую оборону и найти её слабые стороны.
Сражение
До начала наземного наступления немецкие бомбардировщики нанесли прицельный удар по заранее разведанным целям. В результате советские штабы, долгое время не менявшие своего расположения, были разрушены: командующий 51-армией генерал-лейтенант В. Н. Львов был убит, а его заместитель генерал-майор К. И. Баранов — тяжело ранен. Связь была нарушена. Это частично дезорганизовало советские войска. Утром 8 мая немцы перешли в наступление. Главный удар они нанесли в полосе действия 44-й армии С. И. Черняка, вдоль побережья Чёрного моря. Одновременно был высажен десант на шлюпках (около двух рот) в районе горы Ас-Чалуле (15 километров северо-восточнее Феодосии) в тылу 63-й горнострелковой дивизии, что вызвало панику. К концу дня вермахт прорвал оборону 44-й советской армии, создав брешь шириной в 5 км и глубиной в 8 км. На остальных участках фронта немцы связали советские войска отдельными атаками силами до батальона.
На направлении главного удара немцев находилась 63-я горнострелковая дивизия, довольно слабая по численности, моральному состоянию и вооружению. В целом 63-я горнострелковая дивизия была одним из слабейших соединений Крымского фронта. Незадолго до немецкого наступления, 29 апреля 1942 г., офицер Генштаба в 44-й армии майор А. Житник в своем докладе начальнику штаба Крымского фронта пророчески написал: «Необходимо либо полностью вывести [дивизию] ...во второй эшелон (и это самое лучшее) или хотя бы по частям. Ее направление — это направление вероятного удара противника, а как только он накопит у себя перебежчиков из этой дивизии и убедится в низком моральном состоянии этой дивизии, он укрепится в решении наносить на этом участке свой удар». Первоначально планом смена дивизии не предусматривалась, лишь ротация полков внутри соединения с выводом на отдых во второй эшелон. Окончательный вариант, утвержденный 3 мая 1942 г., предполагал вывод дивизии во второй эшелон армии 10-11 мая, на два дня позже начала немецкого наступления. Майора Житника услышали, но принятые меры запоздали.
9 мая начала наступление немецкая 22-я танковая дивизия, к 10 мая она прорвалась в глубину обороны Крымского фронта и развернулась на север, выходя на коммуникации 47-й и 51-й армий. Таки 44-й армии попытались остановить вражеский прорыв, но без успеха. Противотанковая оборона наступающих немецких войск оказалась сильнее ожиданий. В первые дни сражения, самые критические для исхода операции, командование Крымского фронта не смогло осуществить никаких решительных мероприятий для стабилизации ситуации и отражения удара врага. Все войска фронта, кроме одной стрелковой и одной кавалерийской дивизии, были связаны боем. Утром 10 мая Ставка приказал отвести войска на позиции Турецкого (Киммерийского) вала и организовать там оборону. Командование фронта не смогло выполнить эту задачу. Лишь в ночь на 11 мая часть войск (без должного управления и организации) начала отходить к Турецкому валу. Не смогло советские командование и организовать действия нашей авиации. Советская авиация даже не попыталась нанести мощные удары по наиболее опасным группам врага и прикрыть отход наших войск, которые подвергались непрерывному воздействию авиации противника. В результате 12 мая Ставка вынуждена была временно подчинить авиацию фронта заместителю командующего авиацией дальнего действия. Бездействовал и наш флот, не используя свои большие возможности. В частности, никакого противодействия морскому десанту со стороны малых кораблей Черноморского флота оказано не было.
Дальнейшие боевые действия развивались ещё более неблагоприятно для Крымского фронта. 12 мая немцы высадили воздушный десант в тылу 44-й армии. Наши войска не смогли закрепиться на Киммерийском валу и стали отходить к Керчи. К исходу 14 мая немцы прорвались к южной и западной окраинам города. В ночь на 14 мая маршал С. М. Будённый разрешил эвакуацию с Керченского полуострова. 15-20 мая наши арьергарды вели упорные бои в районе Керчи, давая возможность основным силам переправиться на Таманский полуостров. Однако провести организованную эвакуацию не удалось. Противник захватил почти всю нашу боевую технику и тяжелое вооружение, и позже использовал их во время штурма Севастополя. Часть советских войск не смогла спастись. После исчерпания возможностей к сопротивлению в городе оставшиеся защитники Керчи ушли в Аджимушкайские каменоломни.
Почти 170 дней продолжалась героическая оборона «Керченского Бреста» — Аджимушкайских каменоломен.