Мы, группа неравнодушных к будущему нашей страны общественных деятелей, в ответ на предложенное президентом Казахстана обстоятельное обсуждение в гражданском секторе, экспертной среде и в действующем Парламенте решений по реформированию парламента, выносимых на конституционный референдум, выдвигаем следующую Платформу.
*
Предметом референдума является отнюдь не техническая корректировка Конституции с переписыванием посвященных Мажилису и Сенату статей. Речь идет о создании волею голосующего Народа такого Основного Закона, который на самом деле имел бы высшую силу и прямое действие на всей территории Республики и стал бы основой для преобразования старого Казахстана в Новый и Справедливый.
*
А для решения столь судьбоносной задачи мы должны без обиняков сказать, что же такое старый Казахстан.
В старом Казахстане народ не имел президента, опирающего на него свою легитимность. Первый президент стал таковым безальтернативно с поста Первого секретаря ЦК Коммунистической партии Казахстана, утвержденного на Политбюро в Москве. Все дальнейшие выборы и перевыборы, подбор «соперников» и результаты «голосований» организовывались самим бессменным правителем.
Конституционной реформой 1995 года несменяемый уже президент ликвидировал Верховный Совет, имевший право принимать к своему рассмотрению любой вопрос, и создал полностью подконтрольный и исполняющий сугубо вспомогательную функцию двухпалатный «парламент». С того момента фактическое персональное всевластие несменяемого президента дополнилось еще и конституционным закреплением такой суперпрезидентской системы.
Под прямым или опосредованным президентским контролем оказались назначения не только по всей исполнительной вертикали, но и такие же назначения в правоохранительной и судебной системе, и в представительной власти тоже. Списки пропускаемых в Мажилис политических партий «согласовываются» в Администрации, там же утверждают и кандидатуры сенаторов. Последующие «голосования» формальны. Аналогичным образом партийные списки и проходных кандидатов в депутаты областных, городских и районных маслихатов подбирают соответствующие акимы.
Вся такая «избирательная» система держится на полной подконтрольности президентско-акимовской вертикали состава ЦИК, территориальных и участковых избирательных комиссий.
В результате в старом Казахстане сформировалась и действует система, в которой ни одни выборы не являются конкурентными и отражающими волеизъявление избирателей, ни один представитель государственной власти в центре и на местах не имеет электоральной легитимности и зависит только от назначившего его руководства. При этом власть президента распространятся только на полтора-два десятка непосредственно назначаемых им должностных лиц, да и то ограничена возможностями их выбора. Ниже президентская вертикаль существует уже в собственной системе родственных, клановых и корпоративных отношений, встроенных в «вывозной» интерес и ориентированных отнюдь не на благополучие страны и народа.
Вынужденная не допускать никакой даже самой малой властной генерации вне собственного контроля, суперпрезидентская вертикаль сама стала заложницей необходимости выхолащивания любого избирательного процесса в принципе. Что наиболее ярко демонстрируется непрерывными уже более четверти века и одинаково безуспешными попытками создания местного самоуправления. В последние годы это вылилось в попытки организовать местное самоуправление через выборы сельских, районных и городских акимов. При том, что и такие акимы входят в государственную бюджетную вертикаль и являются, по Конституции, представителями президента и правительства на вверенных территориях. Такое «самоуправление» в практическом смысле есть «последний гвоздь в крышку гроба» хоть каких-то выборов в Казахстане. А заодно и прямым конфликтом такой практики с нормами Основного закона.
*
Мы должны со всей ответственностью осознать: заранее объявленная вторым президентом конечность его срока является не только шансом для перехода в новый Казахстан, но и несет очень высокие риски. Это риск как политической дестабилизации в стране, так и риск еще большей внешней зависимости самой президентской генерации.
Будем честными перед Историей: произошедшая в 2019 году передача власти от принципиально «несменяемого» первого президента произошла, по всей видимости, не только по его воле. Последующие события, включая Кантар, это продемонстрировали. Факт есть факт: за все годы независимости Казахстан пока не получил главу государства, которого сначала выбрали бы не за границей, а в собственной стране.
Вполне вероятна ситуация, когда при выборах Генерального секретаря ООН в 2026 году Казахстан и наш президент получат почетное предложение, от которого нельзя будет отказаться. И стране придется срочно готовиться к досрочным и не слишком предсказуемым выборам.
И вообще, события в мире стремительно ускоряются, в самом же Казахстане уже сейчас очевидна бесперспективность действующего правительства и его политики, заодно с политикой Национального банка. Необходимость политико-экономической перезагрузки диктует приближение сроков референдума, парламентских и президентских выборов.
Но если даже выборы третьего президента состоятся в 2029 году, далеко не факт, что их удастся провести по прежней схеме: заранее назначенный преемник и исключительно подставные «соперники».
Наоборот, на фоне глобальных пертурбаций фактом является наличие внешних и внутренних сил, делающих ставку на дестабилизацию и замену президентской команды через «честные» выборы. Более того, очень серьезные силы ставят задачу «поджечь» всю Центральную Азию, начиная с Казахстана. Горючего материала в виде кланового соперничества и бизнес-амбиций верхов и социальной неустроенности низов в Казахстане – более чем. Запалом же как раз и могут стать выведенные из-под подготовленного сценария президентские выборы.
*
Инициаторы Платформы призывают быть честными до конца: тот факт, что Казахстан еще не приобрел главу государства, выдвижение и избрание которого опиралось бы на внутренние процедуры и волю народа Казахстана обусловлен и внешним – «вывозным» характером казахстанской экономики.
Экспорт стратегических энергетических и металлургических ресурсов Казахстана осуществляется, в основном, иностранными концессионерами, по промежуточным – трансфертным ценам. Финальные сделки совершаются за пределами национальной таможенной и банковской юрисдикции, с откладыванием там же существенной части валютной выручки. Иностранные концессии на Тенгизе, Карачаганаке и Кашагане завозят оборудование, комплектующие и материалы из своих метрополий, соответствующий импорт съедает большую часть возвращаемой в страну экспортной выручки. Казахстанское содержание играет лишь вспомогательную роль.
Но еще большие дивиденды для внешней эксплуатации богатств недр Казахстана, чем всячески удешевляемый правительством экспорт стратегического сырья, приносит внешнее инвестирование и кредитование. Органом внешнего управления для такой монетарной эксплуатации служит Национальный банк, обеспечивающий блокирование национального промышленного кредита и инвестиций через завышенную базовую ставку и открывающий «зеленый свет» входу-выходу иностранного капитала. А также, в угоду сырьевым экспортерам, проводящий курс на неуклонное ослабление национальной валюты.
Национальный банк вместо роли кредитора первой инстанции на внутреннем казахстанском рынке в тенге является, наоборот, первостатейным заемщиком у банков второго уровня, создавая для них с помощью «печатного станка» безрисковую сверхприбыль, проливающуюся на реальный рынок инфляцией. Еще одним мощным инфляционным фактором является кратно завышенная стоимость местных денег на местном финансовом рынке, оборачивающаяся кратной стоимостью оборотных средств и кредитов для местных производителей и транслируемая на цены товаров и услуг инфляцией издержек.
В свою очередь, в два-три раза больший рост цен в Казахстане по сравнению с импортируемой инфляцией, дает основание Национальному банку поддерживать кратную стоимость местных денег, провоцируя следующий круг роста цен в казахстанской национальной валюте.
Национальный банк, разменяв роль кредитора на роль заемщика во внутренней экономике Казахстана, на внешнем рынке выступает в роли замыкающего «обменника» на валютных торгах. Тем самым заблокированная Нацбанком кредитная эмиссия, способная служить национальному социально-экономическому развитию, заменена на эмиссию обменную, достающуюся сырьевым экспортерам и служащую расширению присутствия иностранных собственников в сырье-добывающих отраслях и консервации экспортно-сырьевой специализации.
В результате подмены национальной кредитной эмиссии обменной тенге превращен в «местный доллар», только напрочь лишенный кредитной и инвестиционной потенции. Большая часть находящихся в экономике Казахстана тенге является, на самом деле, «переодетыми» долларами, евро, юанями и рублями, служащими выносу из страны монетарной и технологической ренты.
Тенге – исключительно внутренняя валюта, лишенная даже начального внешнего суверенитета. Использование тенге даже в торговле Казахстана внутри ЕАЭС составляет обидные 2,4%, вообще же доля собственной валюты в экспорте-импорте Казахстана – ноль процентов.
Закон «О Национальном банке», определяющий его целью якобы стабильность цен и на самом деле направленный на фактическую безответственность и бесконтрольность этого «независимого» органа, является внешне вмененной легендой прикрытия.
В такой схеме Казахстан плотно подсажен на иностранное инвестирование и неуклонное наращивание внешнего долга. В результате внешний платежный баланс нашей страны, при всем гигантском сырьевом экспорте, все равно в хроническом минусе. Этот минус пока удается покрывать переводом Национального фонда из накопительного в расходный режим, привлечением новых иностранных инвестиций и наращиванием внешнего долга. Но «вывозная» экономическая модель уже пережила свои «тучные годы» и идет на спад.
По нисходящей идет и работающая на внутренний рынок Казахстана, - на казахстанского покупателя, экономика. Она находится в остром кредитном и вообще денежном голоде. Больше половины семейных бюджетов уходит только на еду, еще 20 процентов забирают услуги по быстро растущим тарифам и уже более 7 процентов уходит на оплату кредитов. На лекарства, одежду обувь и школьную форму почти ничего не остается. В результате на долги перед банками подсажено практически все население, до трети и без того скудного фонда потребления обеспечивается в кредит.
Попытка правительства поправить бюджет за счет налога на добавленную стоимость демонстрирует глубокую неадекватность правительственных экономистов. НДС – это налог на потребителя, тогда как бюджетный кризис как раз и обусловлен недостаточной платежеспособностью внутреннего рынка.
Относительное благополучие казахстанской экономики, - рост ВВП, объемов строительства, торговли и транспорта поддерживается реализацией на территории Казахстана европейских, китайских и российских энергетических, логистических и промышленных проектов. Казахстан имеет от этого свою долю налогов и дополнительную занятость, но – тоже по «вывозной» схеме.
*
Осталось честно признать, какова же общая основа внешней генерации президентской власти и иностранная эксплуатация казахстанской экономики. Это – персональная встроенность в «вывозную» экономическую модель как самого бывшего Елбасы, так и его родственников, клана и отобранного по принципу личной преданности «ближнего круга».
Уверенно можно предполагать, что значительная часть иностранных «инвесторов», это лица из окружения первого президента, а иностранные инвестиции, банковские кредиты и облигационные займы, - выведенные из нашей же экономики деньги.
Инициаторы Платформы ни в коем случае не осуждают за это бывшего президента: не он разваливал Советский Союз и не он создавал «вывозную» компрадорскую экономическую и политическую систему, - он лишь умело в нее встроился.
Однако результат налицо: Казахстан есть территория «многовекторной» внешней сырьевой и монетарной эксплуатации, находящаяся под властью местной по наполнению, но внешне зависимой и ориентированной на «вывозной» вектор президентской системы.
Общественность Казахстана приучена к беспомощности казахстанского правительства хоть как-то повысить отдачу от иностранных концессий на Тенгизе, Карачаганаке и Кашагане. Даже иски в международные суды мы гарантированно проигрываем. Но кто сказал, что правительство занимается этим всерьез, если сама власть встроена в «вывозной» бизнес и является его частью! Так было в старом Казахстане и остается поныне. Недаром конституционная поправка 2022 года о принадлежности земли и недр народу остается даже без попытки реализации.
Ныне речь идет о гораздо большем: не о клановом переделе внутри остающегося старым Казахстана, а о реализации целеполагания президента Токаева по строительству Казахстана нового – основанного на экологичной, справедливой и эффективной экономике, опирающейся на принадлежность земли и ее недр народу.
Президент Токаев, вышедший из прежней компрадорской системы и фактически остающийся наедине с ней, хотя и в качестве ее главы, объективно не может реализовать ни инициированную им конституционную новацию 2022 года о принадлежности земли и недр народу, ни обещанное в предвыборной программе 2022 года строительство Нового Справедливого Казахстана. Властная система Казахстана, имеющая казахское наполнение, на самом деле имеет внешний генезис, внешнюю мотивацию и, будучи встроенной в «вывозную» экономику, работает против интересов страны и народа, прежде всего – казахского народа.
Остающиеся в окружении президента Токаева силы старого Казахстана наверняка хотят использовать парламентскую реформу в своих интересах. Подобно тому, как замена Верховного Совета на две управляемые палаты в Конституции 1995 года послужила созданию несменяемого и неконтролируемого персонального президентского правления, планируемое объединение палат постараются использовать в качестве резервной площадки для перехода туда отработавшего одинарный срок президента.
Однако старому Казахстану и продолжению безраздельного президентского правления все равно не удержаться. Накапливающиеся внутри Казахстана и во внешнем мире предпосылки диктуют переход к властной системе, реально опирающейся на народ – единственный источник власти.
*
Для превращения формулы о народе – единственном источнике власти в работающую следует идти не от финала – свободного голосования граждан на выборах или на референдуме, а от начала – от процедуры создания тех политических субъектов, – партий и кандидатов, в отношении которых народ-избиратель может осуществлять свой выбор.
Между тем, в действующей Конституции в отношение главной в нем политической фигуры и одновременно властной институции – президента, нет самого главного: процедуры появления кандидатов в президенты. Имеется лишь отсылка к закону «О выборах», в котором право выдвижения кандидатов на президентских выборах предоставлено республиканским общественным объединениям, с последующим сбором подписей в поддержку одним процентом избирателей, в равной мере представляющих не менее двух третей областей, городов республиканского значения и Столицы.
Поскольку таковых организаций в Казахстане несколько тысяч, теоретически возможно столько же и кандидатов, из которых как минимум несколько десятков способный собрать требуемые подписи.
Совершенно очевидно, что «зачистка» Основного закона от самой главной процедуры в избрании главы государства, как и откровенная профанация процедуры выдвижения кандидатов в президенты в избирательном законодательстве, сделаны совершенно целенаправленно, - как вспомогательное и декоративное прикрытие того, как реально генерируется и передается президентская власть в Казахстане.
А именно: внешним и «наследуемым» образом.
Так, Первый президент появился в результате трансформации поста Первого секретаря ЦК Компартии Казахстана, - номенклатуры Политбюро ЦК КПСС, в главу независимой Республики Казахстан – по факту роспуска КПСС и упразднения СССР. Последующие же переизбрания на президентском посту проводились фактически безальтернативно, с подбором декоративных «соперников» в рамках специально размытой процедуры.
Точно также появился второй президент – через назначение его первым президентом, с использованием тоже специально разработанной для такого наследования процедуры – замещения председателем Сената освобождающегося по тем или иным причинам президентского поста. С последующим «избранием» назначенного президента на «всенародных» и «конкурентных» выборах - с тем же самым искусственным подбором «претендентов».
При этом сам ход президентского транзита, равно как и последующего Кантара дает все основания предполагать, что внешняя составляющая играла в вопросах наследования президентской должности не последнюю роль.
Само собой, что отсутствие фактической конкуренции и необходимость обеспечения самой «убедительной» победы безальтернативного главы государства привели к специфическому устройству самой избирательной системы, выводящей необходимую явку избирателей, недосягаемый процент победителя и разгромные результаты «соперников».
И, само собой, внешний генезис президентской власти и целенаправленная зачистка политического поля от любых попыток конкуренции внутри страны транслировались и на остальные «выборы». Жертвой чего стала и сама президентская система, безуспешно пытающаяся экспериментировать с выборами хотя бы на уровне сельских и районных акимов.
А по большому счету, все прочие составляющие «вывозной» экономики: от культивируемых правительством трансфертных цен на экспортируемое сырье и до осуществляемого Нацбанком подавления кредитного и инвестиционного потенциала национальной валюты, есть производные от отсутствия внутри конституционного устройства Республики Казахстан собственной генерации президентской власти.
Есть ли шанс получить такую опирающуюся на народ Казахстана президентскую генерацию при обновлении Конституции?
Шанс не только есть, - он просто обязан быть реализованным, на что и нацелена данная Платформа. Однако не много оснований ожидать такой инициативы от самого государственного аппарата. Напротив, властный вариант, скорее всего, будет выстроен на том же назначении наследника действующим президентом и проведении все тех же декоративных выборов.
Предстоящее объединение палат ничуть не помешает реализации все той же наследственной передачи власти, - достаточно закрепить за председателем Мажилиса все той же функции «запасного» президента.
Более того, как раз радикальное, - из-за объединения палат, обновление Конституции, дает возможность перенести в нее прежние механизмы наследования во всем наборе возможностей: как при досрочном завершении действующим президентом своей каденции, так и в варианте его баллотирования на новый президентский срок по новой Конституции. Должен ли президент опять восстанавливать свою партийность, - для возможности назначения спикера Мажилиса «запасным» наследником, или будут найдены иные механизмы – это всего лишь проблемы технического оформления, не более.
Другой вопрос: удаться ли Ак Орде удержать ту же систему президентского полновластия и передачи полномочий не через выборы, а уже опробованным наследственным путем от посягательств на нее? Нет, не со стороны избирателей, такого политического субъекта в Казахстане просто нет, результаты любых голосований элементарно «дорисовываются» до заданных параметров. Хотя потенциал недовольства своим положением и действиями властей у потенциального электората копится и копится, и может неожиданно «взорваться» на последующих за референдумом парламентских и президентских выборах, - появись на них реальная конкуренция.
Так сможет ли государственный советник, назначенный руководителем рабочей группы по обновлению Конституции, гарантировать президенту сохранение контроля над политическим полем и проведение надежно контролируемых выборов?
Наш ответ: может быть – да, но скорее всего - нет.
Внутренняя соподчиненность аппаратной и бизнес-элиты одной властвующей персоне и одному властному центру президентским транзитом, Кантаром и последующим «возвратом незаконно приобретенных активов» безвозвратно нарушена. Социально-политическая обстановка в стране идет не на улучшение, а вызовы с внешнего контура только множатся. И очень может так сложиться, что используемый для подбора декоративных соперников механизм выдвижения кандидатов неожиданно от властей окажется в руках реальных оппонентов президентской команды из «старого» Казахстана, а то и из нынешнего окружения. Да и из-за рубежа достаточно желающих разыграть карту реальной конкуренции на предстоящих парламентских и президентских выборах.
*
Базовая защита от «раскачивания» ситуации в Казахстане и еще большего усиления, в этом связи, внешней зависимости власти, только одна – перенос исходной президентской генерации на казахстанскую электоральную почву.
При этом следует иметь в виду, что народ, как источник власти, может делегировать свое исходное представительство в наиболее полной мере не одному избираемому из нескольких претендентов президенту, а коллегиальному органу – парламенту. В котором партии и представляют, в своей совокупности, волю народа-избирателя. Что, в свою очередь, требует не стихийного, а точно рассчитанного набора партий и их ориентированных на различные интересы граждан программ.
А уже парламентские партии, выдвигая кандидатов в президенты, вполне способны способствовать наилучшей реализации общей воли избирателей в избранном президенте.
Итак, конституционную формулу «единственным источником власти является народ» следует дополнить такими положениями:
Народ делегирует свою власть президенту через свободные выборы кандидатов, выдвигаемых парламентскими партиями.
Народ делегирует свою власть парламенту через выборы по партийным спискам. В свою очередь парламент реализует данную ему народом власть через законодательную деятельность и через формирование парламентского правительства.
Народ делегирует свою власть органам городского и сельского самоуправления через выборы представительных органов самоуправления жителями городов, поселков и сел-аулов.
Точка опоры для рычага, с помощью которого глава государства мог бы перевернуть мир компрадорского властного интереса в мир интереса самого государства Казахстан и его народа-нации, может быть только снаружи «вывозной» системы. И это даже не точка, это широкое поле, на котором президентская власть вполне может найти опору на общественные организации, на профсоюзы, на работающий на внутренний рынок бизнес и на городское-сельское самоуправление. И в целом на электоральный момент, поскольку институт хоть сколько-то честных и конкурентных выборов в старом Казахстане заменен на полную их имитацию.
Для чего и нужно конституционное переформатирование, прежде всего, президентско-парламентской системы, генерируемой суверенным образом и опирающейся на единственный источник власти – народ Казахстана.
Опора президента на избирающий его народ требует процедуры выдвижения кандидатов, опирающейся на парламент и парламентские партии, иного – не дано. Соответственно, партийное строительство из вспомогательно-декоративной функции в старом Казахстане обязано стать арматурным каркасом, обеспечивающим связанность и устойчивость всей системы государственной власти, включая ее партнера – самоуправление на уровне городов, поселков и сел-аулов.
Выдвинутую президентом Токаевым формулу «сильный президент – влиятельный парламент – подотчетное правительство» следует дополнить второй неотъемлемой половинкой: «сильный парламент – влиятельный президент – подотчетное правительство», а соответствующую статью Конституции изложить в такой формулировке: Республика Казахстан является унитарным государством с президентско-парламентской формой правления.
Поскольку же единственный источник власти – народ, проживает ни где-то на территориях, а в больших и малых городах, поселках, селах и аулах, там, в первую очередь, и должна реализовываться его властная воля. Поэтому формула президентско-парламентского устройства должна быть дополнена местным самоуправлением на уровне городов, поселков и сел-аулов.
Баланс и взаимоувязанность состоят в том, что парламент и формируемое им правительство отвечают за экономику и общее социально-экономическое развитие Казахстана, а глава государства – за внешнюю политику, за конституционную законность, за национальную безопасность, за обеспечение правопорядка, за взаимодействие государства с организациями гражданского общества и с предпринимательским сообществом, за функционирование полноценной профсоюзной системы и обеспечение взаимодействия объединений работодателей и работников при соединительной арбитражной роли государства. А также за взаимодействие органов центральной и местной государственной власти с властями местного самоуправления.
Баланс президентско-парламентской системы поддерживается тем, что избираемый на пять лет парламент выдвигает кандидатов на президентских выборах, проводимых через год после выборов парламентских. При этом роспуск парламента и его досрочные выборы влекут за собой такие же досрочные президентские выборы.
Баланс еще в том, что Президент наделен правом утверждать предлагаемое парламентским большинством правительство, либо отказываться от его утверждения, а также отправлять утвержденное правительство в отставку. При этом отказ президента утвердить парламентское правительство три раза подряд влекут роспуск парламента и досрочные парламентские выборы, а через год – досрочные выборы президента. Парламент вправе по ходу деятельности вносить изменения в состав правительства и ее программу, с последующим утверждением президентом. А вот отправка правительства в отставку влечет за собой роспуск парламента, досрочные парламентские, а через год и президентские выборы.
Ответственность президента перед избравшим его народом реализуется утверждением им своим Указом в процессе инаугурации своей избирательной программы в качестве программы социально экономического развития, внутренней и внешней политики государства на пять лет. Ежегодные послания президента народу основываются на отчете о выполнения президентской программы и предыдущих посланий.
Важнейшей функцией президента, избираемого из выдвигаемых парламентскими партиями кандидатов, становится, по принципу обратной связи, обеспечение главой государства самого партийного строительства. Не стихийным, кланово-корпоративным или олигархическим образом, а на основе двух-трех, максимум – пяти-партийной конструкции, отражающей все основные интересы, ориентации и предпочтения казахстанского избирателя и самого государства Казахстан.
*
Инициаторы Платформы отдают себе отчет в серьезнейших рисках, связанных с внедрением в правящую систему реального электорального момента. Выборы ни в коем случае не должны стать площадкой для борьбы кланов и олигархий, для участия в них внешних и деструктивных сил. «Одномандатники» отвергаются в принципе: любые выборы, это большие деньги, которые кто-то вкладывает, чтобы извлечь свой интерес. Именно партии, и только они, должны стать каркасом всей избирательной системы, опирающимся на целенаправленно выстроенную культуру и практику самых низовых выборов, - в городском и сельском самоуправлениях. Более того, переводу в электоральное поле городской власти должна предшествовать отработка культуры выборов на уровне городских многоэтажек-кондоминиумов.
Соответственно, партийное строительство и партийная деятельность тоже должны быть отделены от частных «инвестиций» и «спонсоров». Парламентские партии и партийные фракции в маслихатах получают бюджетное финансирование пропорциональное числу мандатов. Плюс, президент формирует государственный заказ на партийную деятельность и работу с населением по всем основным направлениям государственной экологической, экономической, социальной и культурной политики, распределяемый на конкурсной основе. Заказ формируется и распределяется среди партий с целью их оптимального структурирования и охвата спектра основных интересов, ориентаций и предпочтений народа Казахстана, как избирателя. Формирование президентского заказа рассчитано также на обеспечение общей консолидации Мажилиса и маслихатов в раках государственной политики, при реальной конкуренции партийных фракций внутри представительных органов.
Требует реконструкции система избирательных комиссий, находящаяся под полным контролем президентско-акимовской вертикали и настроенная в старом Казахстане на выведение заданных результатов явки избирателей и результатов голосований вне реального электорального процесса.
Блокирование фальсификаций предлагается опереть на участие в избирательных комиссиях представителей кандидатов на президентских выборах, и представителей партий, участвующих в выборах Парламента, маслихатов и органов МСУ.
Двух членов ЦИК и председателя, как и ныне, назначает президент, но с тем дополнением, что председатель назначается из числа представителей парламентских фракций, не входящих в правительственную коалицию.
Парламент назначает членов ЦИК из расчета представленности всех партийных фракций.
Территориальные избирательные комиссии состоят из председателя и секретаря, работающих на постоянной основе и членов, делегированных для проведения данных выборов участниками этих выборов: кандидатами в президенты или представителями участвующих в выборах партий.
Участковые избирательные комиссии формируются на время выборов и состоят из председателя и секретаря, назначаемых территориальными комиссиями и членов, делегированных участвующими в выборах кандидатами или партиями.
Всю систему выборов, включая местное самоуправление, предлагается опереть на партии.
*
Допустимым и желательным по мнению Инициаторов является ситуация, когда парламентские партии выдвигают единого кандидата на президентских выборах. В результате глава государства, представляющий Казахстана на международной арене и олицетворяющий единство власти и народа внутри страны, соответствует такой своей роли. Конкуренция на выборах в Парламент и в деятельности Парламента между партийными фракциями, но партийная консолидация на президентских выборах – наилучшая формула.
Оптимальное структурирование парламентской многопартийности предлагается выстроить таким образом.
Парламент состоит из ста двадцати депутатов, избираемых по спискам партий. В Парламент проходят партии, получившие не менее 10 процентов голосов избирателей, но не более пяти партий.
В избирательных списках партий и в составе партийных фракций в Парламенте должно присутствовать не менее половины представителей регионов, в том числе не менее четверти представителей малых городов, поселков, и сел-аулов. Законодательством могут устанавливать квоты по гендерному и возрастному составу партийных фракций, а также представительству граждан с ограниченными возможностями.
Ни одна парламентская партия не может иметь более восьмидесяти мандатов. Набранные сверх такого ограничения голоса пропорционально распределяются между другими прошедшими в Парламент партиями.
Инициаторы полагают наилучшим вариантом выстраивание сильного парламента с опорой на три основные политические силы: партию Евразийской интеграции, Национальную партию, отстаивающую ценности независимости и балансирующую оба фланга Центристскую партию.
*
Самостоятельную и важную роль в поддержании баланса президентской и парламентской власти призван играть Конституционный Суд. Для чего целесообразно сделать членство в нем пожизненным.
Предлагаемая формула: Конституционный суд состоит из одиннадцати судей, включая Председателя, полномочия которых длятся до достижения 75 лет. Члены Конституционного суда назначаются на должность президентом из кандидатур, предложенных парламентскими партиями.
Соответственно, правом обращения в Конституционный суд наделяются также политическое партии, а перечень поводов для обращения расширяется выборами в маслихат.
То есть, Конституционный Суд по обращению Президента Республики Казахстан, Председателя Парламента, политической партии, Премьер-Министра решает в случае спора вопрос о правильности проведения выборов Президента Республики, депутатов Парламента, депутатов маслихатов, отказа от утверждения или отставки правительства и проведения республиканского референдума.
*
В обновленной Конституция должно найти отражение участие Казахстана в Таможенном и Евразийском экономическом союзе. В действующей редакции сказано только, что международные договоры, ратифицированные Республикой, имеют приоритет перед ее законами. И установлен порядок: президент ведет переговоры и подписывает международные договоры, а парламент в раздельном заседании палат их ратифицирует и денонсирует.
Между тем, в случае ЕАЭС речь идет не о принятии Казахстаном каких-либо международных обязательств, исполняемых предусмотренными Конституцией государственными органами, а о надгосударственных исполнительных, судебных и иных органах, возможно и представительных, формируемых с участием Республики Казахстан и с участием в них представителей Казахстана. При том, что принимаемые такими наднациональными органами решения имеют силу наравне с национальным законодательством.
Так, Высший Евразийский экономический совет, Евразийский межправительственный совет, Евразийская экономическая комиссия и Суд ЕАЭС действуют вне норм, прописанных в Конституции Казахстана. Соответственно, президент, глава правительства и другие должностные лица, участвующие в их образовании и деятельности, выходят за рамки своих конституционных полномочий.
Равным образом это касается ОДКБ.
Кроме того, на 2027 год назначено создание общего рынка энергоресурсов, ГСМ и электроэнергии ЕАЭС, что потребует создания целого ряда новых межгосударственных органов, институтов и биржевых площадок, решения которых будут обязательными для всех.
Предлагается дополнить Конституцию: Республика Казахстан участвует в межгосударственных интеграционных объединениях с образованием наднациональных исполнительных, судебных, представительных и иных органов. Порядок формирования интеграционных органов, участия в них представителей Казахстана, порядок вступления в силу и действия на территории Республики их решений определяется Законом.
*
Первоочередная по важности конституционная задача: дополнить новацию 2022 года о принадлежности земли и ее недр народу механизмами прямого действия. А именно тем, что добыча, переработка и реализация принадлежащих народу богатств недр, а также пользование земельными и водными ресурсами осуществляется по принятому для реализации этого положения Закону.
Законом определяется номенклатура стратегического сырья и продуктов его переработки, экспорт которых осуществляется через Единого закупщика-экспортера. Экспортные сделки совершаются в национальной валюте и в пределах национальной юрисдикции.
*
Это что касается недр. Но судьба и дух народа – это Земля. Поэтому предлагается такая важнейшая конституционная новелла:
Государство обеспечивает оптимальное использование земельных и водных ресурсов в сельскохозяйственных целях в интересах народа через учреждение вокруг городов и сельских поселений аграрных кооперативов. Участие в кооперативе добровольное, но государственная поддержка производства, переработки и реализации сельскохозяйственной продукции осуществляется только через аграрные кооперативы.
Государственной долей являются земельные и водные ресурсы, а также государственные инвестиции в виде частично невозвратных кредитов и прямого финансирования. Кооперативы создаются в пригородных зонах городов, поселков и крупных сельских поселений, из расчета охвата всех пригодных для сельского хозяйства земель и водных ресурсов. Количество и специализация кооперативов определяется на основе сельскохозяйственной науки.
Кооперативы получают кредитную и целевую инвестиционную государственную поддержку в соответствии с планами социально-экономического развития. Планы каждого кооператива разрабатываются в направлении решения трех задач:
А) оптимальное использование земельных и водных ресурсов на выделенной территории;
Б) обеспечение рабочими местами всего населения на данной территории, с опережающим их ростом;
В) наиболее эффективные методы растениеводства и животноводства, устройства хранилищ и перерабатывающих предприятий, доставки и фирменной реализации в городах и на экспорт;
Г) Создание сельской социальной и бытовой инфраструктуры, делающей жизнь на Земле более привлекательной, чем в городе.
В обосновании этого предложения Инициаторы считают нужным сказать, что в природно-климатических условиях Казахстана оптимальными могут быть только крупно-товарные сельскохозяйственные комплексы. Ликвидация колхозно-совхозного строя была вменена внешним образом и преследовала цель не повышения эффективности сельхозпроизводства, а разрушения социально-политической основы сельской жизни. При переходе от старого Казахстана к новому государство обязано искупить свой грех перед селом-аулом. И выступить организатором такой производственной и социальной инфраструктуры, которая втянула бы в пригородные вертикально интегрированные аграрные кооперативы, складские и перерабатывающие предприятия и городские торговые площадки убежавшую из села и не нашедшую себя в города молодежь.
И еще: навязанная нам извне политика урбанизации – непригодна для Казахстана. Наоборот, большие, средние и малые города, поселки и хорошо устроенные, в производственном и социальном отношении, села и аулы, это именно те «заклепки», которыми исконная казахская земля может быть прикреплена к народу и его бытованию, защищена от каких бы то ни было посягательств.
Индустриализация и цифровизация в первую очередь должны быть направлены на село, на малые города и поселки. А также на создание самой современной дорожной сети, не только для международного транзита, но и для внутренней связанности поселений. Как казах раньше садился на коня, чтобы преодолевать гигантские расстояния, так он должен садиться в сделанный в Казахстане автомобиль и мчатся по отличной дороге!
Вдоль скоростных межрайонных дорог – лесополосы, за ними – орошаемые выпасы для скота с водопоями, обеспечиваемыми солнечно-ветровыми подъемными насосами из подземных горизонтов. Вот самая правильная Экосистема для Казахстана!
*
Принципиальному пересмотру подлежит роль Национального банка и Национального фонда, а также статус национальной валюты.
Переход к Единому экспортеру позволяет сделать надежно положительным внешний платежный баланс, обеспечить наполнение бюджета и исключить «плавание» курса национальной валюты. Курс тенге по отношению к валютам внешнеэкономических операций поддерживается постоянной величиной, его значение может корректироваться, но по заранее известному алгоритму. Ответственным за поддержание курса становится правительство в лице Министерства финансов.
Одновременно Единый экспортер становится и Стратегическим импортером – осуществляет закупки экономически и социально значимых товаров и услуг на внешнем рынке в номенклатуре и объемах, утверждаемых в составе государственного бюджета.
Национальный фонд включается в состав государственного бюджета, планируется и исполняется в его составе, с выделением резервной не расходуемой части.
Национальный банк освобождается от функции валютного обменника - замыкающего игрока на валютной бирже, и возвращается к своей прямой обязанности: планированию и осуществлению кредитной и инвестиционной эмиссии в целях национального социально-экономического развития.
Соответственно, Национальный банк включается в состав Правительства и отвечает за денежное обеспечение его программы.
*
Следующее важное положение: относящиеся к сфере естественной монополии объекты национальной энергосистемы, железнодорожной, трубопроводной, транспортной, коммунальной, коммуникационной инфраструктуры находятся исключительно в государственной собственности.
ФНБ «Самрук-Казына» упраздняется, входящие в него национальные компании передаются соответствующим профильным министерствам. Правопреемником долговых и прочих обязательств Фонда становится правительство.
Инфраструктура городского, поселкового и сельского значения передается местному самоуправлению.
Извлечение средств из объектов естественной монополии в виде частной прибыли, акционерных дивидендов, банковского процента или иным образом не допускается.
Тарифы естественных монополий утверждаются из расчета обеспечения нормальной эксплуатации, включая в необходимых случаях реновацию действующих мощностей.
Инвестиции в модернизацию и расширение инфраструктуры осуществляются вне-тарифным, не коммерческим и невозвратным образом. Гарантом инфраструктурных инвестиций выступает государство, а для инфраструктуры городов и сельских поселений – местное самоуправление.
Государство обеспечивает долгосрочную стабильность инфраструктурных тарифов, как ценовых «якорей» на рынке.
Сюда же верстается и роль государства, как организатора инвестирования инфраструктуры с использованием свободных накоплений граждан, системы медицинского и социального страхования и накопительной пенсионной системы.
В нынешней экономической модели государство попросту не имеет средств для обновления и развития достигшей критического износа и дефицита мощностей электроэнергетики и ЖКХ. И руководствуется убийственной для самой инфраструктуры, самоубийственной для экономики, социальной и политической стабильности формулой «тариф в обмен на инвестиции». К тому же инвестиции иностранные.
Далеко не все, но все же значительная часть граждан имеет накопления, в сумме тоже достаточные для инфраструктурного инвестирования. Однако хранящиеся в частных банках, под их коммерческий интерес, реализуемый вне кредитования экономики. В то же время практически все взрослое население обременено кредитной зависимостью от тех же частных банков, извлекающих прибыль из фактической нужды казахстанских семей.
Так почему бы социальному по Конституции государству Казахстан не отодвинуть финансовых спекулянтов от накопительной пенсионной системы, а также предоставить народу – единственному источнику власти – такую социальную услугу, как выгодное сбережение его накоплений и кредитование по социально значимым потребностям граждан при одновременном стимулировании казахстанского производителя. Предлагается дополнить Конституцию следующими положениями.
Государство обеспечивает гражданам накопительное социальное страхование по болезни, беременности и по возрасту, с обязательной компонентой и возможностью добровольных вложений. По желанию вкладчиков, в накопительную систему переводятся их депозиты в коммерческих банках, а также выкупаются их кредиты. Вкладчики имеют право брать кредиты на утвержденные цели, под залог их накоплений.
Средства накопительной системы сверх текущих затрат медицинского страхования и выплат пенсионерам инвестируются в национальную инфраструктуру. А также используются на предусмотренные государственным бюджетом инвестиционные цели. Вложения предусматриваются на бессрочной основе, их возврат осуществляется в объеме и по необходимости осуществления текущих страховых и пенсионных выплат из накопительной системы.
*
Не включаемой в Конституцию, но практически ключевой для реализации сразу по ходу запуска Платформы мерой оздоровления бюджета при одновременном решении проблемы инвестирования инфраструктуры становится «сдутие» искусственно устроенного Национальным банком «пузыря» на межбанковском и финансовом рынке. В ЕНПФ собрано уже более 25 триллионов тенге, и еще столько же находятся на банковских депозитах физических лиц. Этих денег более чем достаточно для инвестирования, но они «отравлены» искусственно завышенной стоимостью, что и держит их в финансовом «пузыре». Возврат этих денег в реальную экономику чреват инфляционным шоком. Но это – живые и принадлежащие народу деньги, их надо спасать, аккуратно выводя из спекулятивного пузыря.
Сразу по запуску Платформы предлагается провести перезапуск действий правительства и Национального банка, исходя из следующего.
Халык банк национализируется за 1 тенге и объединяется с ЕНПФ в Народный банк инфраструктурного инвестирования и социального страхования.
«Инвестирование» накоплений ЕНПФ в заемные бумаги Минфина прекращается. Погашение ранее выпущенных облигаций и выплата доходов по ним из бюджета замораживается. Параллельно создается конвейер инвестирования пенсионных накоплений в инфраструктуру.
Национальный банк осуществляет последовательное снижение базовой ставки до уровня ниже 4-6 процентов. По такой ставке начинается целевое кредитование приоритетных промышленных и аграрных объектов.
Национальный банк прекращает аукционы по продаже своих нот и привлечению депозитов коммерческих банков. По уже выпущенным нотам и привлеченным депозитам объявляется мораторий на выплату доходов. Коммерческим банкам предлагается инвестировать излишки ликвидности в инфраструктуру или осуществить их списание.
Одновременно для коммерческих банков разрабатываются проекты подключения их к целевому кредитования приоритетных промышленных и социальных объектов.
На выдачу потребительских кредитов коммерческими банками вводится мораторий. Одновременно потребительское кредитование переводится в Народный ЕНПФ-банк.
*
Следующий ключевой момент: взаимодействие в треугольнике «государство – бизнес – общество».
Ныне наиболее известные и авторитетные НПО, много лет занимающие ключевые ниши: экология, права человека, свобода слова, были созданы и до сих пор действуют на заграничном финансировании. В то же время масса местных НПО «пилит» бюджетные гранты в стороне от реальных общественных проблем.
Так и НПП «Атамекен» бывшая «министерством предпринимательства» в старом Казахстане, категорически потеряла себя и не может найти своего нового места.
В совершенно убогом состоянии находятся профсоюзы. В старом Казахстане аффилированная с «вывозным» бизнесом властная верхушка сама была фактическим работодателем, всячески гнобившим и подминающим под себя профсоюзную организацию трудящихся.
Равноправное, основанное на договорных отношениях партнерство государства с неправительственными организациями, с предпринимательскими и профсоюзными организациями тоже должно стать одной из конституционных основ нового Казахстана. Предлагаются дополнить Конституцию следующим образом.
Правительство, местные исполнительные органы осуществляют партнерское взаимодействие с неправительственными организациями через выдачу на конкурсной основе социальных заказов. Заказы составляются по направлениям принятия государственными органами решений, касающихся интересов граждан: экологической и тарифной политике, социальному обеспечению, образованию и здравоохранению в части бюджетного финансирования. Выполняемые по социальному заказу доклады и рекомендации подлежат обязательному рассмотрению выдавшим заказ органом, с принятием по ним решения.
Правительство, местные исполнительные органы осуществляют партнерское взаимодействие с объединениями предпринимателей через выдачу заказов на мониторинг, составление докладов и рекомендаций по налоговой, тарифной, регуляторной, лицензионной и иной касающейся интересов предпринимателей политике. Доклады и рекомендации стороны бизнеса обязательны к рассмотрению и принятию по ним решения.
Государство поддерживает организацию трудящихся в профсоюзы и выступает их гарантом. Трудовым Кодексом предусматривается наличие профсоюзных организаций в государственных и иных учреждениях, на крупных и средних предприятиях, а также организацию профсоюзов по территориальному принципу, представляющих права отдельных работников, включая самозанятых. Наличие коллективного договора на предприятиях и организациях, а также типовых коллективных договоров для территориальных профсоюзов обязательно.
Профсоюзы получают государственный заказ на мониторинг условий труда и уровня жизни трудящихся, выработку рекомендаций по потребительской корзине, минимальной зарплате и минимальной пенсии. Наличие рекомендаций профсоюзов при формировании и утверждении бюджета обязательно.
Президент формирует государственный заказ для политических партий и образует общественную комиссию для их конкурсного распределения. Заказы охватывают основные направления внешней и внутренней, экономической, социальной и культурной политики, и предусматривают участие получивший заказ партии в ее осуществлении в работе с населением, выработке предложений и рекомендаций.
Заказы формируются и распределяются с учетом партийных программ и политических позиций партий, с целью их структурирования для наиболее полного представления интересов избирателей при сохранении общей парламентской консолидации.
Кроме того, пора определить собственное место Ассамблеи народа Казахстана, - через включение и ее в президентский заказ. Президент формирует государственный заказ для Ассамблеи народа Казахстана на составление ежегодного Доклада о состоянии межнациональной, языковой и культурной политики в стране, принимает такой Доклад и организует его публичное обсуждение.
*
Далее: по структуре Конституции, последним в ней является раздел «Местное государственное управление и местное самоуправление». Инициаторы Платформы, также располагая эту часть своих предложений почти в конце, особо подчеркивают их далеко не последнюю, а ключевую роль.
В основе принципа формирования самостоятельных властей на уровне городов, поселков, сел и аулов лежит тот факт, что во всяком государстве, включая такое унитарное, как Казахстана, в любом поселении, от мегаполиса и до небольшого аула, возникает набор задач жизнеобеспечения и управления, возникающих по самому факту наличия данного поселения, и характерный только для него конкретно. Причем такой индивидуальный для каждого города, поселка, села, аула набор проблем жизнеобеспечения и соответствующих управленческих задач на самом деле универсален для всей совокупности больших и малых поселений, - он присутствует в любом из них. И при этом весь такой набор отсутствует в государстве Казахстан в целом. К примеру, в каждом городе-селе есть системы водоснабжения и канализации, каждая со своими проблемами. Включая и такую проблему, как отсутствие водопровода или должной канализации. Между тем, в государстве Казахстан нет ни водопровода, ни канализации, соответственно, на уровне государства нет и такой управленческой задачи.
Таким образом, на уровне городов и меньших поселений государство своей властью создает себе партнера: власть местного самоуправления. Государство делегирует такой партнерской власти часть своих полномочий, - для удобства жителей, получающих государственные услуги от избираемых ими властей самоуправления, закрепляет за МСУ часть налогов и сборов и наделяет необходимой властной, - во всем объеме местной проблематики, компетенцией.
Предлагается следующее.
Маслихаты действуют на территориях областей и районов;
Акимы действуют на территориях областей, районов и сельских округов.
Местное самоуправление осуществляется населением на территориях городов, включая города республиканского значения и столицу, поселков, сел и аулов.
Жители городов и поселков избирают представительный орган местного самоуправления – городской, поселковый Совет-Кенес. Советы-Кенесы формируют исполнительные органы – городской, поселковый исполком, избирают или назначают его главу – мэра-акима.
Жители сел-аулов избирают главу местного самоуправления – акима-старосту. Глава местного самоуправления формирует исполнительный аппарат.
Выборы в органы местного самоуправления осуществляются по спискам партий.
Государство закрепляет за местным самоуправлением установленную Законом долю налогов и сборов.
Государство делегирует местному самоуправлению свои полномочия на территориях городов, включая города республиканского значения и столицу, поселков, сел и аулов.
*
Наконец, в заключительной части Инициаторы предлагают, по сути, самое главное: конституционное упорядочение вопроса о языках и межнациональных отношениях в Республике Казахстан.
Объясняемся начистоту: вопрос, какая в Казахстане нация: казахская или казахстанская, какая часть граждан относится к государствообразующей, а какая нет, каков принцип строительства национальной государственности в Казахстане: этнический или гражданский, - остается без внятного ответа, существует на двусмысленностях и недомолвках. И еще на том, что в части языковой и межнациональной политики Конституция подмята под себя принятым якобы во исполнение ее законом «О языках».
Так, в разделе «Заключительные и переходные положения» имеется статья 93, гласящая:
«В целях реализации статьи 7 Конституции Правительство, местные представительные и исполнительные органы обязаны создать все необходимые организационные, материальные и технические условия для свободного и бесплатного овладения государственным языком всеми гражданами Республики Казахстан в соответствии со специальным законом».
Однако принятый закон оказался действительно «специальным»: он посвящен вовсе не реализации прямо сформулированного конституционного поручения, а для искажения и обратной трактовки самой Конституции.
Вместо регламентации процедуры создания условий для овладения государственным языком, закрепления за соответствующими органами компетенций и обязанностей, в законе о языках конституционное поручение просто пересказано. Да еще зачем-то в вольной трактовке. Зато в статье 4 записано прямо противоположное: «Долгом каждого гражданина Республики Казахстан является овладение государственным языком, являющимся важнейшим фактором консолидации народа Казахстана».
Совершена прямая подмена: записанный в Конституции долг государства обеспечить гражданам свободное и бесплатное овладение государственным языком подменено догом самих граждан!
Заодно опровергнута и статья 19 Конституции о свободном выборе гражданами языка общения.
А коль скоро стоящая в переходных положениях статья 93 Конституции так прямо и начинается: «В целях реализации статьи 7 …», то оставивший ее без реализации закон «О языках» заодно оставил без реализации и статью 7: переход к введению ее в действие не произошел.
Выход из этого устроенного законом «О языках» антиконституционного тупика имеется, его подсказывает Постановление Конституционного совета, посвященное правильному пониманию статьи 7. Наверное это разъяснение принималось не для того, чтобы остаться в архивах уже отсутствующего КС, а чтобы войти в состав действующего конституционного права. Прежде всего – в закон «О языках».
Вот разъяснение Конституционного совета:
«Законодательство, регулирующее общественные отношения, связанные с осуществлением государственными организациями и органами местного самоуправления своих полномочий, должно предусматривать механизмы реализации конституционных прав каждого в сфере функционирования языков, в том числе обеспечивать возможность физическим и юридическим лицам обращаться в государственные органы и органы местного самоуправления и получать информацию от них с соблюдением пункта 2 статьи 7 Конституции - в равной степени на казахском или русском статьи языках, вне зависимости от языка, на котором ведется делопроизводство. Равенство в употреблении казахского и русского языков означает также равную юридическую значимость текстов нормативных правовых актов на казахском и русском языках.
Конституционная норма о том, что в государственных организациях и органах местного самоуправления наравне с казахским официально употребляется русский язык не означает наделение последнего статусом второго государственного языка. Из конституционного закрепления казахского языка в качестве государственного следует, что казахский язык является одним из определяющих факторов государственности Казахстана, символизирует его суверенитет и является элементом конституционно-правового статуса Республики, выражающим единство народа Казахстана. Высший политико-правовой статус государственного языка подтверждается закреплением Конституцией и возможностью установления законами исключительности либо приоритетности его функционирования в публично-правовой сфере: обязательное свободное владение государственным языком Президентом Республики и председателями Палат Парламента; употребление исключительно казахского языка в государственных символах; наименование государственных органов на казахском языке в печатях и штампах, в государственных знаках, определяющих суверенитет государства(пограничных столбах, таможенных атрибутах и т.д.); приоритетность казахского языка при размещении текстов правовых актов и иных официальных документов государственных организаций и органов местного самоуправления на бумажных и иных носителях; в публичных выступлениях официальных лиц государственных организаций и органов местного самоуправления; на официальных бланках и в изданиях государственных органов и органов местного самоуправления; в национальной валюте и иных государственных ценных бумагах; в документах, удостоверяющих личность гражданина Республики, в иных документах, выдаваемых от имени государства, а также в других сферах, связанных с деятельностью государственных организаций и органов местного самоуправления».
Таким образом, статью 7 предлагается дополнить: «Государство обеспечивает возможность физическим и юридическим лицам обращаться в государственные органы и органы местного самоуправления и получать информацию от них в равной степени на казахском или русском языках». А остальной текст включить в принципиально переработанный закон «О языках».
Далее предлагается упорядочить понятие «нация», для чего определиться с дальнейшим существованием Конституционного закона «О государственной независимости Республики Казахстан» от 16 декабря 1991 года. Это закон считается действующим, хотя действующими, согласно Конституции, являются только соответствующие ей законы. Почему при принятии Конституций 1993 и 1995 годов в них не был интегрирован Конституционный закон от 1991 года, - вопрос. В принципе, все его содержание было учтено, за исключением самого деликатного момента: что такое «нация».
В провозглашающем еще только наступившую государственную независимость Казахстана Законе сказано: «Граждане Республики всех национальностей, объединенные общностью исторической судьбы с казахской нацией, составляют вместе с ней единый народ Казахстана».
Совершенно ясно, что имел тогда ввиду Законодатель, но формулировка неудачная: попытка постулировать единство народа и нации, гражданского и казахского начала с использованием разъединительной терминологии привела к тому, что граждане всех национальностей, оказывается, образуют народ Казахстана только вместе с казахской нацией. В которой, в свою очередь, нет ни граждан, ни национальностей, то есть одна пустота.
Но там же есть и такой пассаж: «… укрепление национального достоинства казахской нации и представителей других национальностей, проживающих в Казахстане». Здесь уже прямым текстом: есть «казахская нация» и «представители других национальностей». Все они граждане, конечно, но зачем-то разделены даже на конституционном уровне.
Поэтому предлагается включить в Конституцию такое дополнение:
«Граждане республики всех национальностей, объединенные общей исторической судьбой, составляют народ Казахстана, казахскую или казахстанскую нацию. Определения «народ Казахстана», «казахская нация» и «казахстанская нация» тождественны».
Наконец, следует поставить точку в ненужных и неосуществимых попытках перехода на латиницу и дописать в Конституцию: «В Республике Казахстан государственным является казахский язык, с кириллическим алфавитом».
А закон о государственной независимости вывести из состава конституционного права и отнести к историческим артефактам.
*
На основании всего вышеизложенного мы инициируем свой вариант пакета конституционных изменений и дополнений и выносим его на обсуждение.
Наши оппоненты скажут: слишком радикально и слишком много, не стоит разбавлять Конституцию второстепенным содержанием.
Мы ответим: да, радикально! И, нет, это не второстепенные дополнения!
Речь идет о том, что в остающееся до выборов нового президента время наша страна должна успеть провести самые решительные преобразования для перевода президентской власти с внешней опоры на внутреннюю и всей экономической системы с «вывозного» интереса на национальный.
Вмененный Казахстану примат «независимости» для государства со всего 20-миллионным населением и с не просто громадной территорией, а расположенной как раз соединительным «мостом» между сразу несколькими формирующимися макрорегионами и цивилизациями, это гарантия сохранения нашего многовекторного неоколониального положения, ресурсной периферии сразу России и Китая.
Речь не о спорах сторонников этнической или гражданской государственности, не о выборе между углублением Евразийской интеграции или выходе из ЕАЭС и ОДКБ. Речь о выстраивании такой самодостаточной политической и экономической системы, о таком партнерстве власти, бизнеса и общества, на базе которых Казахстан обретет способность самостоятельно определять свою судьбу и достойно участвовать в любых интеграционных проектах.
Мы, ответственные за будущее нашей общей Родины, поднимаем планку конституционной реформы, да, на предельную, но необходимую в условиях глобального переформатирования высоту. Не одолеем такую высоту мы все вместе, не будет нам ни Нового и Справедливого Казахстана, ни вообще своего места в новом мире!
Приложения:
1. Проект выносимых на референдум изменений и дополнений в Конституцию
2. Список инициаторов и участников Платформы