Я всегда считала, что в истории сражений есть что-то живое, когда смотришь на них глазами тех, кто проиграл. Полтавская битва в 1709 году, та самая, где шведы под Карлом XII столкнулись с русскими Петра Великого, кажется такой далекой, но если копнуть в мемуары выживших солдат, все оживает. Эти ребята из шведской армии, их воспоминания собрал историк Петер Энглунд, и они рисуют картину полного хаоса, где планы рушатся на ходу.
Осаду Полтавы шведы начали в апреле, но все шло вяло, запасы таяли, а дух падал. А тут еще русская армия подтянулась, в разы больше по численности, и начала изматывать шведов мелкими стычками. Представь, сидишь в лагере, а вокруг постоянные вылазки, не дающие вздохнуть. Русские построили эти редуты в форме буквы "Т", хитрая штука, которая вынуждала шведов либо лезть в лоб, либо подставляться под фланговый огонь. Карл, с его смелостью, решил обойти "ногу" и прорваться через "перекладину" на рассвете, рассчитывая на скорость и внезапность. Ведь восемь лет назад под Нарвой они русских разбили в пух и прах, так почему не повторить?
Но ночь выдалась темной, и все пошло наперекосяк. Пехота, восемь тысяч двести человек в четырех колоннах, двинулась вовремя, а кавалерия, почти восемь тысяч в шести колоннах, заплутала. К утру их нашли, но уже рассвело, русские заметили движение и открыли огонь из редутов. Шведы даже не взяли артиллерию или лестницы для штурма, думали проскочить наскоком. Фельдмаршал Реншильд просто сказал: "С Божьей помощью продолжим", и погнали вперед.
Хаос нарастал мгновенно. Часть войск рванула к главным редутам, другие влезли в бой с "ножными" укреплениями. Первые два редута взяли быстро, но третий встал как кость в горле – без пушек и фашин солдаты увязли, потери росли. А те, кто прорывался дальше, растянулись, потеряли строй. Русские же держались плотно, их кавалерия вышла на встречу, шведы контратаковали, заставили отступить – Петр даже приказал Меншикову отходить. Шведы прорвались через "перекладину" и подошли к лагерю, но тут выяснилось, что треть пехоты под Роосом пропала, застряв в редутах.
Пока шведы искали своих, русские уже выстроились в поле. Десять шведских батальонов против сорока двух русских – шансы мизерные, но они пошли в атаку, надеясь на штыки и рукопашную. Под градом картечи волосы дыбом вставали, как вспоминал один солдат. Левый фланг русских дрогнул, но правый, с гвардией, сломал шведов. Отступление переросло в панику, солдаты бросали оружие, армия превратилась в толпу. Капеллан отметил, что шведы хороши в ярости боя, но в бегстве их не остановить. Потери огромные: из девятнадцати тысяч семьсот убитыми шесть тысяч девятьсот, плюс раненые и пленные – больше половины.
А вот что меня всегда поражало в таких историях – как один просчет меняет все. Карл XII был ранен за несколько дней до битвы, пуля в ногу, и это ослабило командование, он лежал в носилках, не мог лично вести. Вспоминаю, как в похожей ситуации Наполеон под Ватерлоо из-за болезни не успел с кавалерией, и союзники его добили. Или взять современные конфликты, вроде тех, где дроны меняют тактику, – там тоже внезапность решает, но без поддержки все рушится. Шведы полагались на опыт Нарвы, но Петр за эти годы перестроил армию, ввел регулярные полки, артиллерию усилил. Это как в бизнесе: если не адаптируешься к изменениям противника, проиграешь.
Интересно, что после Полтавы Швеция потеряла статус великой державы, а Россия вышла на авансцену. Один выживший солдат писал, как они ждали погони, но русские вместо этого праздновали, собирали трофеи. Может, Петр понимал, что сломленный враг уже не встанет. А представь альтернативу: если бы кавалерия не заплутала, шведы могли прорвать лагерь до рассвета. Но история не терпит сослагательного, хотя в мемуарах Энглунда есть намеки, что внутренние разногласия в шведском командовании сыграли роль – Реншильд и Левенhaupt спорили о тактике, что замедлило все.
Я думаю, такие битвы учат, что смелость хороша, но без подготовки она слепа. Вспоминаю свой опыт путешествий по Швеции, где в музеях до сих пор чтут Карла как героя, несмотря на поражение. Тамошние гиды рассказывают, как это сражение сформировало национальный характер – стойкость в неудачах. А в России Полтава стала символом подъема, празднуют ее до сих пор. Связь с сегодняшним днем очевидна: в мире, где стратегии решают исход, уроки Полтавы напоминают, что численное превосходство плюс хитрость бьют дерзость.