Если произнести "Великая княгиня Елизавета Федоровна", то первое, что приходит на ум, это то, что она была старшей сестрой последней императрицы Александры Федоровны, сестрой, поспособствовавшей её браку с будущим императором Николаем II.
Второе, что вспоминают, это то, что великая княгиня Елизавета Федоровна основательница Марфо-Мариинской обители в Москве, прославлена в лике святых Русской православной церкви.
Всё это верно. Но мне было интересно, всегда ли она была такой сдержанной, ответственной?
"Сдержанной" - такой вывод я сделала, читая воспоминания великой княжны Марии Павловны, которая после потери матери и высылки из России отца великого князя Павла Александровича, была отдана на воспитание в семью великого князя Сергея Александровича супруга Елизаветы Федоровны.
Пока мы без умолку трещали, пытаясь рассказать дяде Сергею все сразу, появлялась тетя Элла и холодно обнимала нас, а мы, взяв ее руки, целовали их.
В этот момент мы радовались и встрече с ней тоже, поскольку не сомневались, что здесь мы как у себя дома. Дядя очень хотел, чтобы так и было, и тетя со временем свыклась с этим.
Детство мы, по сути, провели рядом с дядей: тетя Элла не проявляла никакого интереса ни к нам, ни к тому, что нас касалось.
Казалось, ее раздражает наше присутствие в доме и то, что дядя к нам так привязан. Порой она говорила вещи, которые задевали меня.
Каким было детство немецкой принцессы Елизаветы Александры Луизы Алисы Гессен-Дармштадтской, которую в семье называли Эллой?
Потеря матери в раннем возрасте была той самой чертой, которая разделила её жизнь на "До" и "После".
Думаю, что именно тогда сформировался её характер. Но какой она была, когда её мать Алиса Великобританская - дочь британской королевы Виктории, была еще жива?
Элла второй ребенк в семье великого герцога Гессен-Дармштадтского Людвига IV и принцессы Алисы.
Конечно же, ждали мальчика, ведь первенцем в этой семье была девочка.
Но это разочарование, если можно так сказать, было минутным. Девочка стала радостью для родителей, о чем её мать упоминала в своих письмах к королеве Виктории, бабушке Эллы.
Элла уже некоторое время говорит «папа» и «мама» и называет себя сама, ползает везде, очень энергичная и веселая, прямая противоположность Виктории, которая так бледна, белокура и теперь худая, а у Эллы глаза темно-голубые и волосы роскошного каштанового цвета, так что про этих двух крошек никогда не скажешь, что они сестры.
Они очень милы друг с другом, им нравится быть вместе, они приносят нам много радости. Ни за что не променяла бы их на мальчиков!
Это такие милые сестрички, и они могут стать хорошими подругами.
Если бы их мать знала, насколько верно она определила их судьбу!
Именно Виктории (старшей дочери) придется 2 года вести переговоры, чтобы забрать мощи младшей сестры Елизаветы после событий в Алапаевске, после её гибели.
Виктория, пренебрегая опасностями, выполнит свой сестринский долг.
Игумен Серафим так описывает эти события:
Когда принцесса Виктория Федоровна узнала о кончине своей августейшей сестры, великой княгини Елисаветы Феодоровны, то пожелала перевезти её тело вместе с гробом послушницы Варвары в Иерусалим. Виктория Федоровна просила меня сопровождать гробы.
Оставшиеся в Пекине 6 гробов при акте я сдал начальнику Миссии епископу Иннокентию под его непосредственное наблюдение и вручил ему ключи от склепа. Помимо сего лично просил китайского президента иметь попечение о них, который дал свое согласие.
Но вернусь к детству Эллы.
Она была обычным жизнерадостным ребенком, причем не тихоней, а резвой девочкой. Как описывала её мать:
Элла здорова и совсем не хочет расставаться со мной, когда я прихожу к ним в комнату. Она постоянно меня целует и обвивает своими пухлыми ручками мою шею. Каждый раз, когда я ухожу, происходит «сцена». Она такая ласковая...
Милая толстушка Элла очень сильная и отнюдь не тихая. Элла пишет тебе сама. Ей уже восемь лет! Она еще прелестнее, чем прежде, и очень милый ребенок.
Но уже тогда были видны задатки строгого воспитания в семье Гессенских.
Во время завтрака со мной, Элла увидела, как я обмакнула печенье в кофе и сказала:
«О, мама, так нельзя! Разве так можно делать?» — потому что я не позволяю так делать.
Она такая смешная, и с ней не так – то просто управляться — прямая противоположность Виктории, которая очень послушна.
У Эллы настоящий талант к шитью, и она шьет, как только у нее появляется свободное время, совершенно одна и без ошибок».
Всё изменилось в 1878 году, когда в гессенском дворе разразилась дифтерия.
Первой заболела старшая дочь Виктория с которой мать постоянно сравнивала Эллу, та самая слабенькая тихая девочка.
Потом заболели все дети, кроме Эллы, которую, как только поняли, что она здорова, отправили к бабушке - матери отца.
Вместе с детьми заболел и отец великий герцог Гессен-Дармштадтский Людвиг IV. Пока здорова была только мать, которая ухаживала за больными.
Первой скончалась младшая дочь Гессенских Мария.
Мать долго не решалась сказать об этом детям, а вот когда сказала сыну, то в порыве жалости к рыдающему мальчику, обняла его и поцеловала. Как позже говорили, именно тогда онп заразилась от своего сына.
Великая герцогиня Гессенская - Алиса не смогла побороть дифтерию и через месяц после кончины дочери Марии, не стало и её.
Элла и Аликс после этого были отправлены на воспитание к бабушке королеве Виктории, жили они в поместье Осборн-хаус на острове Уайт.
Их мать великая герцогиня Гессенская Алиса когда-то сказала:
Важно, чтобы принцы и принцессы знали, что они ничуть не лучше и не выше остальных и что своей добротой и скромностью им следует всем подавать пример.
Надеюсь, что именно такими вырастут мои дети.
Её желание сбылось, она успела заложить в дочерях те самые добродетели.
Надо добавить еще об отношениях маленькой великой княжны Марии Павловны, которой великая княжна Александра Федоровна приходилось тётей и у которой она воспитывалась.
Та самая холодность, о которой я говорила выше, была не чем иным как маской, воспитанием принцессы, которая не имеет права показывать свои чувству и Мария это поймет позже, став уже взрослой.
Только однажды, в раннем возрасте я случайно узнала, что она бывает иной, непохожей на себя обычную. Заболев в Ильинском дифтеритом, я лежала в жару, и надежд на улучшение не было. Я погрузилась в странный мир фантазий, отвлекавший меня от страданий и похожий на удивительную книгу сказок.
Однажды, заслышав звук шагов, я взглянула из под ресниц и увидела склонившуюся надо мной тетю. Выражение ее лица изумило меня, она смотрела на меня с любопытством и тревогой.
Она была такой размягченной, естественной.
Мне стало неловко, словно я подглядела что то недозволенное. Я пошевелилась.
Ее лицо тут же приобрело прежнее выражение.
И прошли годы, прежде чем мне снова довелось увидеть ее без привычной маски.
У меня несколько рассказов о великой княгине Елизавете Федоровне. Есть и небольшое видео из Марфо-Мариинской Обители милосердия в Москве, где мне посчастливилось однажды побывать.
1️⃣ В Телеграме мой канал СофьяПетербургиЯ.