#чувства #потеря #депрессия #психологическаяпроза #сныиреальность #прошлое #отношения #конфликт #внутреннийконфликт #одиночество #невысказанныевопросы #внутренниймонолог #прошлое
— Привет, — услышала я негромкий голос того, чьё имя прошептала в пустоту всего несколько секунд назад. Это не было совпадением, это просто было. Но почему именно сейчас, когда я так отчаянно нуждалась в нём? Почувствовал что-то? Вряд ли. Холодный ветер ударил в лицо, как будто пытался таким образом привести меня в чувство.
— Привет, — ответила я, не сводя глаз с ч.ё.р.т.о.в.о.й розы. Всего лишь невинный цветок — символ любви… который стали так часто приносить на похороны, чтобы красиво выразить свою скорбь. Красивые цветы для красивой м.ё.р.т.в.о.й девушки.
— Как ты? — спросил Денис. Его голос звучал бледно и невыразительно, точно таким же был сегодняшний день — бесцветный, скомканный и холодный. Да, холода в голосе Дениса было достаточно, и даже немного больше. Я подумала, что он злится, но пытается скрыть это от меня. Нет, не так: я почувствовала, что он злится. Ч.ё.р.т.о.в.а роза мешала сосредоточиться, но я продолжала смотреть на неё, испытывая одновременно страх и злость. Личные границы были нарушены, я снова не ориентировалась в происходящем и вынуждена была принять чьи-то правила игры.
— Я нормально, — ответила я.
— Да? А что с голосом?
— Нормально всё с голосом.
— Плакала?
— Нет.
— Врёшь, — жёстко сказал Денис, — разговаривала с ним, да? Расстроена?
— С кем? — уточнила я. Незнакомец в тумане ещё беспокоил меня, но уже не так сильно.
Потому что я начала злиться. Один стоит под окнами моей комнаты, второй предъявляет необоснованные претензии, допрашивает — не так я себе представляла жизнь в этом городке.
— Не притворяйся. Я рискую лишиться телефона до конца смены, чтобы выслушивать твоё враньё?
— Тон смени.
— Звонила ему, да?
Тон он не сменил.
— Кому? — закричала я.
— Ему.
— Пошёл ты, — прошептала я, злясь на него, на себя, на весь мир. Всё было просто; я должна была прервать этот бессмысленный разговор, но почему же в таком случае продолжала огрызаться? Потому что соскучилась по его злости, которую он прятал за равнодушием. Потому что мне не хватало его голоса и его спокойной уверенности. Потому что без него было холодно и одиноко.
— Ему хватило смелости сказать правду? — поинтересовался Денис, — или он по-прежнему надеется п.е.р.е.с.п.а.т.ь с тобой, поэтому продолжает врать? А ты продолжаешь убеждать себя, что…
— Ты вообще нормальный? — устало спросила я, — почему ты решил, что можешь разговаривать со мной таким тоном? Денис?
— Потому что…
— С чего ты взял, что имеешь право лезть в мои дела? — перебила я его, — даже если я и звонила ему, то что?
— Значит, звонила.
— Даже если, то что?
— Ничего, — голос Дениса сорвался до хриплого шёпота. Нельзя было привлекать к себе внимание участников, вожатых и воспитателей, потому что он опять нарушал правила. Папа говорил, что сотовые телефоны были запрещены. Пользоваться ими разрешали только в в строго отведённое для этого время, а оно ещё явно не наступило.
— Просто признайся, что он для тебя важнее… — Денис запнулся, — …всех.
И вот сейчас в голосе Дениса звучала неприкрытая боль. Он не пытался её скрыть, не пытался сделать вид, что ему всё равно. Он просто был самим собой — пятнадцатилетним подростком, который слишком рано повзрослел и теперь не знал, что с этим делать.
Возможно, он считал, что родители избавились от него, и это причиняло дополнительную боль.
— Важнее всех? — повторила я негромко, — и даже важнее тебя?
— Важнее меня? — повторил он едва слышно.
— Ты реально думаешь, что дело в нём?
Кто-то позвал Дениса по фамилии, он ответил, что сейчас подойдёт и попросил дать ему ещё пару минут.
— Если не в нём, то в чём? — спросил Денис, — или в ком? Почему ты постоянно уходишь от ответов?
— Потому что ты сам не знаешь, чего хочешь. То ты ведёшь себя так, как будто… как будто ближе меня… как будто ты реально дорожишь нашими отношениями, то вообще меня не замечаешь. Я как должна на это реагировать? Как мне понять, какой ты… какой ты настоящий? Как мне разобраться в тебе?
— А мне в тебе как разобраться? Ты постоянно прячешься от меня за своими проблемами. Постоянно думаешь об этом… п.р.и.д.у.р.к.е.
— Это ты о нём постоянно думаешь.
— А ты нет?
— А ты да.
— Потому что меня бесит вся эта ситуация.
— Нет, Денис, нет, — ответила я, и взгляд снова зацепился за розу. М.ё.р.т.в.а.я, но невероятно красивая, она насмехалась над нами. Бордовое пятно бутона выглядело вызывающе ярким на фоне пасмурной черноты.
— Ты просто боишься. Боишься ещё сильнее, чем я.
Денис молчал, а я продолжала смотреть на розу. Из динамика на заднем фоне слышались возбуждённые крики и ритмичные удары мяча. Кто-то снова позвал Дениса, но он никак на это не отреагировал.
— Да, я боюсь, — наконец сказал он, — извини, перегнул. Да отстань ты! — раздраженно огрызнулся он с кем-то, — сказал, сейчас подойду.
Через пару секунд он вернулся ко мне.
— Просто когда я думаю о вас с ним… теряю контроль над собой.
— Нет нас с ним… он просто бывший. А ты… ты другое.
— Что «другое»? — тихо спросил Денис.
— Всё «другое».
Я посмотрела на розу. Нет, она не была м.ё.р.т.в.о.й. Это состояние было слишком нелепым и унылым для такой красоты. Слишком скучным.
Лепестки розы казались невероятно хрупкими и нежными, как будто они были сплетены из тончайших паутинок предрассветного тумана. В изгибах лепестков таилось нечто древнее, какая-то тёмная таинственная сущность, пропитанная тишиной заброшенных склепов и шёпотом увядших молитв. Сущность, которой поклонялись, потому что неповиновение означало с.м.е.р.т.ь — долгую и мучительную.
В мутном дневном свете я чётко увидела склонённый над розой тёмный силуэт. Лепестки роз тянулись к нему, как будто хотели обнять или задушить.
Положи розу на её м.о.г.и.л.у, — шепнул незнакомец.
Я почувствовала жуткий холод, перед глазами поплыло.
— Я боюсь, — услышала я собственный голос но не узнала его, — Денис мне страшно. Утром был странный туман. И там кто-то был. В тумане. Я думала, мне показалось, но он оставил розу. Бордовую розу. Что это значит?
— Ты говорила кому-то об этом? — спросил Денис.
— Нет. Ещё нет. Не успела.
Он помолчал.
— Я что-нибудь обязательно придумаю, слышишь меня?
— Да.
— Это не просто слова, веришь мне?
— Да.
— Не выходи сегодня из дома, хорошо?
— Хорошо.
— Я перезвоню.
— Хорошо.
— Я… я должен быть сейчас с тобой, какого же ч.ё.р.т.а я делаю здесь, — с надрывом прошептал Денис и отключился.
Я вернулась в дом. Роза осталась лежать на мокрой земле под деревом.
положи розу на её могилу
Но ведь никто не умер… ещё.
(продолжение👇)
ССЫЛКА на подборку «Пин на доске «Дождливая осень»