Mazda снова дразнит поклонников роторных двигателей. В начале 2025 года один из топ-менеджеров компании публично заявил: внутри Mazda существует мощное лобби энтузиастов, мечтающих довести концепт Iconic SP до серийного конвейера. Звучит вдохновляюще – но ровно до тех пор, пока не вспомнишь, что подобные заявления из Хиросимы звучат с завидной регулярностью на протяжении последних полутора десятилетий. С момента снятия RX-8 с производства в 2012 году прошло уже тринадцать лет, а полноценной замены так и не появилось.
Зато появилось целое созвездие концептов. Ослепительный RX-Vision, дерзкий Iconic SP, трагически погибший в огне Furai – каждый из них разжигал надежду и тут же гасил её. Но среди этого парада роторных фантазий одна машина неизменно остаётся в тени. Её имя – Mazda Taiki. И сейчас, когда внимание автомобильного мира вновь обращено к роторным амбициям японского бренда, самое время вспомнить об этом незаслуженно забытом шедевре.
Атмосфера в металле: что представлял собой концепт
Mazda Taiki впервые предстала перед публикой на Токийском автосалоне в октябре 2007 года. Само название – «Тайки» – переводится с японского как «атмосфера», и это слово оказалось удивительно точным описанием того, что увидели посетители выставки. Перед ними стоял не просто автомобиль, а скорее скульптурная фантазия на тему воздушных потоков, застывших в алюминии и композитных материалах.
Taiki стала четвёртым концептом в экспериментальной серии Nagare – своеобразной творческой лаборатории, где дизайнеры Mazda получили полную свободу раздвигать границы формы.
Кузов буквально усыпан плавными, перетекающими друг в друга линиями, создающими иллюзию движения даже когда машина стоит на месте. Задние колёса полностью скрыты обтекаемыми панелями, а коэффициент аэродинамического сопротивления составляет впечатляющие 0,25 – показатель, которому позавидуют многие современные электромобили, проектируемые с одержимостью аэродинамикой.
Крыша Taiki выполнена в виде прозрачного купола, открывающего панорамный вид на небо и создающего ощущение невесомого пространства внутри. Доступ в салон обеспечивают двери типа «бабочка» – элемент, недвусмысленно намекающий на суперкаровские амбиции. Спустя почти двадцать лет этот дизайн по-прежнему выглядит футуристично, что само по себе является лучшей похвалой работе дизайнерской команды.
Салон двух философий
Интерьер Taiki заслуживает отдельного разговора, потому что в нём столкнулись две азиатские культурные традиции – и результат получился неожиданно гармоничным.
Общая стилистика салона черпает вдохновение из «койнобори» – традиционных японских ветряных украшений в форме и с изображением карпов, которые развеваются над домами во время празднования Дня детей. Эта тема проявляется в органических, словно надутых ветром формах сидений и приборной панели. Изгибы кузова перетекают внутрь, стирая границу между экстерьером и интерьером.
Но главная интрига скрывается в цветовом решении. Водительская сторона выполнена в чёрном цвете, пассажирская – в белом. Это прямая отсылка к китайскому символу Инь и Ян, олицетворяющему единство противоположностей. Такое смешение японской и китайской философий в одном автомобиле – смелый жест, показывающий, что дизайнеры Mazda мыслили категориями не национальной, а общечеловеческой культуры.
Nagare: красивая, но недолгая эпоха
Чтобы понять контекст появления Taiki, необходимо разобраться в философии Nagare – дизайнерского языка, который Mazda представила в 2006 году. «Нагарэ» в переводе с японского означает «поток», и это слово определяло всю визуальную эстетику серии: преимущественно изогнутые линии, практически полное отсутствие острых углов, ощущение ткани, развевающейся на ветру. По признанию самих дизайнеров, одним из источников вдохновения послужили струящиеся мантии.
Серия стартовала с одноимённого концепта Nagare на автосалоне в Лос-Анджелесе в 2006 году. В 2007-м последовал настоящий залп: сразу четыре концепта, включая Taiki. Среди её «сестёр» – Ryuga с универсальным топливным двигателем на бензине и E85, кроссовер Hakaze с камерами вместо боковых зеркал (идея, опередившая время на полтора десятилетия) и легендарный гоночный Furai, трагически уничтоженный пожаром во время журнальной фотосессии для Top Gear. В 2008 году серию замкнули Kazamai с лёгким алюминиевым кузовом и Kiyora с системой фильтрации дождевой воды и прозрачной крышей.
Однако за пределами выставочных залов Nagare практически не прижился. Лишь первое поколение Mazda5 (она же Premacy) полностью воплотило этот язык в серийном дизайне. Отдельные элементы проскользнули в Mazda3 и Mazda6, но полноценной революции не случилось. А затем на сцену вышел Kodo – «Душа движения» – и безоговорочно захватил всё дизайнерское пространство бренда, определив облик Mazda на следующее десятилетие.
Сердце Ванкеля нового поколения
Если дизайн Taiki представлял собой художественный эксперимент, то её силовая установка была серьёзной инженерной заявкой. В отличие от ряда других концептов Nagare, которые существовали исключительно как дизайнерские макеты, Taiki несла под своим обтекаемым кузовом полноценный двигатель – и не какой-нибудь, а роторный агрегат нового поколения.
Речь о 1,6-литровом моторе под кодовым обозначением 16X, также известном как Renesis II. Этот агрегат задумывался как ответ на два главных упрёка, которые десятилетиями преследовали двигатели Ванкеля: прожорливость и недостаток крутящего момента на низких оборотах. Инженеры Mazda применили алюминиевые боковые корпуса, снизив массу мотора, и внедрили систему непосредственного впрыска топлива. Результат выглядел многообещающе: около 300 лошадиных сил при улучшенной термической эффективности. Трансмиссией служила 7-ступенчатая автоматическая коробка с двойным сцеплением – решение, подчёркивавшее спортивный характер концепта.
Судьба самого двигателя 16X оказалась не менее драматичной, чем судьба Taiki. Спустя шестнадцать лет после дебюта концепта этот мотор всплыл в другом обличье – в концепте Iconic SP 2023 года, где он выполнял роль расширителя запаса хода для электрической трансмиссии. Примерно в тот же период Mazda применила аналогичный принцип в серийном кроссовере MX-30 R-EV, однако коммерческий успех этой модели оказался весьма скромным: в Европе её сняли с производства спустя всего два года, а до американского рынка она так и не добралась.
Почему мечта осталась на бумаге
Причины, по которым Taiki не превратилась в серийный автомобиль, складываются в целую мозаику обстоятельств – технических, рыночных и стратегических.
Во-первых, сам дизайнерский язык Nagare оказался слишком радикальным для массового производства. Закрытые колёсные арки, экстремальная обтекаемость, двери-бабочки – всё это великолепно смотрелось на подиуме автосалона, но представляло серьёзные проблемы с точки зрения практичности, безопасности и стоимости производства.
Во-вторых, конец 2000-х ознаменовался глобальным финансовым кризисом, который ударил по автоиндустрии с особой жестокостью. Mazda, будучи относительно небольшим производителем, была вынуждена сосредоточить ресурсы на выживании, а не на авангардных экспериментах. Компания сделала ставку на растущий сегмент кроссоверов: модели CX-7 и CX-9, появившиеся примерно в одно время с Taiki, определили коммерческий вектор развития бренда.
В-третьих, все инженерные силы были брошены на создание семейства двигателей и трансмиссий Skyactiv – технологию, которая в итоге стала визитной карточкой Mazda и обеспечила ей репутацию производителя эффективных и приятных в управлении автомобилей. На доведение роторного 16X до серийных стандартов попросту не хватало ни бюджета, ни инженерных мощностей.
Эпилог, который ещё не написан
Mazda Taiki выполнила свою миссию – пусть и не ту, о которой мечтали фанаты. Она продемонстрировала смелость мышления, показала потенциал роторной технологии нового поколения и доказала, что маленькая японская компания способна на дизайнерские высказывания мирового уровня. Но она также стала символом вечной маздовской дилеммы: разрыва между масштабом мечты и масштабом ресурсов.
Сегодня, когда руководство Mazda в очередной раз намекает на возможный серийный спортивный автомобиль с роторным мотором, стоит помнить о Taiki. Не для того, чтобы подпитывать скептицизм, а чтобы оценить, какой долгий путь проделала идея – от атмосферного концепта 2007 года до гибридного Iconic SP.
Роторная мечта Mazda жива, хотя и потрёпана годами ожидания. Вопрос лишь в том, хватит ли у компании решимости наконец превратить вдохновение в серийный продукт – или мир получит ещё один прекрасный концепт, обречённый на музейную витрину и постепенное забвение.