Когда в условленное время я вошла в дом Александра Балажинского, он сидел за столом – крепкий, серьезный мужчина с сосредоточенным лицом.
Из телефона, лежащего перед ним, лилась песня – гитарный перебор, негромкий мужской голос. В глазах Александра Александровича, смотрящих куда-то вдаль, стояли слезы. А еще в них было что-то такое, от чего у меня комок подкатил к горлу.
– Об Афганистане? – поинтересовалась я, кивнув в сторону источника музыки.– Да. Слушаю вот иногда, – выходя из состояния задумчивости, ответил он. Нажал на паузу, украдкой смахнул влагу с век.
По дороге на войну
...Родился и вырос Александр Александрович в Копыле. После окончания сельхозтехникума, в июне 1986 года, вместе с другими парнями-земляками был призван Копыльским РВК на службу. Их путь сначала лежал в Туркменистан.
– Там у нас полгода была учебка. 45 градусов жары, воды нет – живи как хочешь. Первый месяц никто не трогал – проходили акклиматизацию. А уже после учебы и получения звания младшего сержанта меня отправили, как у нас говорили, "за речку" – в Афганистан, – вспоминает ветеран.
Ехали туда, откуда в начале года уже пришла страшная весть о гибели копылянина-ровесника Калевича Дмитрия.
Перед самой отправкой был еще один своеобразный психологический рубеж: именно тогда узнали, что от поездки "за речку" есть вариант увильнуть.
– Начали у нас поговаривать: можно откупиться, чтобы не ехать. Я отказался, – говорит мужчина.– А многие так делали? – интересуюсь.– Хватало.
Но судьба порой была насмешлива.
– Из тех, кто откупился, все равно три человека вслед за мной приехали – через полгода, – разводит руками ветеран.
"Не боятся только дураки"
То, что едут на войну, полностью не осознавали. Однако четкое понимание того, куда попали, пришло в первую же ночь нахождения в Афганистане, в землянке под Кабулом: на соседней с Александром Александровичем койке убило молодого солдата.
– То ли шальная пуля, то ли что… Мы так и не поняли… Туда больше никто спать не пришел, – неподвижно смотря в одну точку, тихо говорит мой собеседник.
Так началась его война. Это потом уже постепенно приспособились, привыкли к постоянной стрельбе и к тому, что каждую секунду нужно быть начеку.
– Страшно было вначале? – осторожно спрашиваю, чтобы не разбередить старые раны (хотя понимаю, что этого все равно не избежать).– Страшно было всегда. Не боятся только дураки. Но никто не показывал свой страх, – отвечает мужчина.
Копылянин служил в подразделении, отвечавшем за охрану и снабжение генштаба. Караул, доставка продуктов, боеприпасов, подвоз топлива… Казалось бы, не передовая. Но, как говорит сам Александр Александрович, редко когда доезжали до места назначения, не попав под обстрел.
Подробнее читайте в газете
Афганская история копылянина Александра Балажинского: о "вареных" патронах и шрамах на душе
