Вот несколько фактов об «Истории Средиземья», которые не всем могут понравиться:
В «Истории Средиземья» вы не найдёте никакого нового и законченного материала. Это не серия романов с законченным сюжетом, а собрание и анализ черновиков, рукописей, эссе и заметок. Часть из этих текстов существует в доработанном и опубликованном виде, другая часть – нет, при этом в многотомнике наличествуют художественные сюжеты разной степени "законченности", которые более нигде не встречаются.
Обсуждение и анализ различных текстов, рассказывающих одну и ту же историю, является стандартным явлением в этих томах. Вы, в теории, можете пропустить анализ, заметки и комментарии Кристофера Толкина, если вас не интересует его текстологический анализ, но возможно, что временами вы будете теряться, когда дело дойдёт до актуальности того или иного текста по отношению к изданному материалу или к отвергнутым или принятым концепциям.
Прочитав «Валаквенту» в пяти разных версиях, или несколько разных версий первых глав «Властелина колец», вы, конечно же, встретите множество повторений, которые не каждому придутся по душе. Но как и с историей о Детях Хурина, детали в этих историях имеют различия.
Для Толкина вымышленные языки являются неотъемлемой частью того, как появилось Средиземье. О чём он много где писал, но эти заметки и эссе о языках не легко прочесть и понять. Нужна как минимум заинтересованность.
Один из томов в основном состоит исключительно только из стихотворений и песен. Даже если вы очень любите читать стихи, прочитать более трёхсот страниц (включая анализ) не каждому будет просто.
Читать описания того, как создавались карты, генеалогические древа и календари – возможно, тоже не всем придётся по душе.
Толкин — мастер построения мира, отчасти потому, что он продумал множество деталей для него: о сотворении мира, о его месте во Вселенной, о том, как появились солнце, луна и звёзды… Для тех, кто не особо интересуется астрономией, это также может быть неинтересно.
В целом, «История Средиземья» может показаться неинтересной работой, и вряд ли вас заинтересует всё, что может предложить данный текст. Но, несмотря на все трудности, чтение этой работы также может быть очень полезным делом. И вот почему:
Вы узнаете про разные этапы развития историй: то, что обычно известно как «Квента Сильмариллион», «Акаллабет» и, конечно же, «Властелин колец», были совсем иными, прежде чем достичь более-менее окончательной версии.
Многие из эссе Толкина на различные темы Средиземья дают увлекательное представление о мире, который он создал. Их чтение может расширить ваше понимание о флоре и фауне, населяющих Средиземье народах, а также помогут расширить ваши знания о языках.
Некоторые персонажи раскрыты более широко, нежели в окончательном варианте их историй. Также вы познакомитесь с такими персонажами, как Пенголод и Эльфвине, которые отсутствуют в других опубликованных при жизни автора работах.
Если же раскрывать тему подробнее, то следует разобрать два примера подхода душеприказчика Кристофера Толкина, младшего сына Профессора, к работе над рукописями отца.
Первый пример всем известен — Сильмариллион. К сожалению, многие фанаты, полагаю, по незнанию всех важных нюансов, считают "Сильм" непогрешимым "каноном", даже если и допускают первостепенную актуальность прижизненных работ. К сожалению или к счастью, всё не так просто. Это произведение 1977 года выхода представляет собой компиляцию рукописей Профессора совершенно разных годов написания, и Кристофер, в изначальной попытке создать цельное повествовательное полотно (по сути, "пересобрав" Сильм и издав его, как когда-то и хотел отец), создал противоречивое произведение, сшитое белыми нитками, где рукописи одних годов конфликтуют с рукописями других годов на уровне концепций. Более того, в Сильмариллионе наличествует большое количество тех или иных фактов и тезисов, которые Профессором в тот или иной момент работы над мифологией были отвергнуты (тут важно правильно выстраивать хронологию в голове, ведь не нужно сравнивать год публикации Сильма-77 и года написания конкретных рукописей), т.е. являются неактуальными в рамках авторского мира. Кристофер в дальнейшем писал, что эта работа вышла неудачной, то есть признавал неудачность этой компиляции, этого подхода. Ведь, по сути, получился эдакий монстр Франкенштейна. Действительно, литературные душеприказчики частенько не могут удержаться от шалости, оставляют в работе свой небольшой след. Но, какие бы желания подобного рода ни посещали К.Р.Толкина, он с размахом "сбросил пар" именно при публикации «Сильмариллиона» 1977 года. Но не далее.
Далее Кристофер избрал другой подход. Наиболее подходящий с литературоведской точки зрения к тому, что из себя представляло толкиновское литературное наследие, но при этом уже не полноценно художественный.
Этот новый подход вылился в сборник "Неоконченные Предания Нуменора и Средиземья" и многотомник "История Средиземья" (12 томов за вычетом тома-индекса). Многотомник представлял собой полную эволюционную градацию толкиновского мифопоэтического творчества, от самых ранних обликов мифологии (с мореходом Эриолом/Эльфвине, где миф удивительно архаичен и прямо вытекает в предания английских легенд, ведь тесно связан с предками англичан (там даже присутствуют норманны, римляне и пр.) в лице соответствующих рукописей до "средних" и, закономерно", наиболее поздних. Здесь уже Кристофер ничего не добавлял художественно от себя, а лишь связал все это в правильном порядке и снабдил подробными пояснительными комментариями. По сути, получился эдакий палимпсест, где на каждом срезе получался разный рисунок, в одном векторе авторского развития мифа. Сборник же "Неоконченных Преданий" — тоже различные рукописи разной степени актуальности, которые дополняют "Сильмариллион" и "Властелин Колец".
Подобный подход многие исследователи находят наиболее плодотворным для изучения толкиновского творчества, ибо именно с такого распластанного мифа проще избирать срезы и узнавать "актуальное" (под актуальным зачастую можно подразумевать те концепции и тексты, которые: а) Профессор ни разу не отвергал; б) Профессор не переписывал; в) которые не противоречат прочему актуальному).
Иными словами, актуальной вполне себе может быть какая-нибудь концепция или текст из условных 50-60-х годов (то есть хронологически не поздняя), если она не была отвергнута, не переписывалась и не противоречит прочему (вполне очевидно, что Профессор просто физически не мог на каждой итерации его легендариума воспроизводить абсолютно все рукописи, сюжеты и концепции, а потому ничего странного в том, что какая-то актуальная концепция сначала фигурирует, потом в следующих версиях сюжета пропадает (но не теряет актуальности по тем трем пунктам) и затем вновь появляется в последующих итерациях (как в случае с высокими технологии Нуменора в лице небоскрёбов из стали и стекла, мануфактур, стальных кораблей без парусов, дирижаблей)). Отсутствие подробностей из прежних версий в последующих более сжатых изложениях далеко не всегда означает отвержение подробностей прочих версий. Например, это касается крайне подробного раннего предания "Падение Гондолина", которое в Сильмариллионе приведено лишь в кратком изложении. Это не значит, что все те подробности отвергнуты.
Впрочем, даже отвергнутые рукописи не теряют в ценности окончательно, потому что они так или иначе продолжают работать в творчестве Профессора. К примеру, мы имеем представление по "Сильмариллиону" о создании Солнца и Луны из плодов Дерев, а об Арде знаем то, что до катаклизма она была плоской. Вот только в поздний этап работы над своим мифотворчеством Профессор отошел от этой концепции и переработал космологию, сделав ее более "реальной" (держим в уме мысль, что, по позиции автора, это мифотворчество — не иной мир, а вымышленное прошлое нашего мира): так, например, Солнце и Луна как привычные нам космические объекты существовали уже задолго до пробуждения эльфов, а Имбар ("Земля") всегда был круглым, когда как Арда — буквально "Солнечная Система". Не всем это может прийти по душе, но такова эволюция авторского видения.
Вот только Профессор не выкинул прошлую концепцию, а перенёс её на "иной уровень" в своём творчестве, сделав людскими мифами и легендами о создании светил и о плоскости Земли, их "искажённым" представлением о космологии. Это "миф внутри мифа", как его порой называют, дополнительный слой ви без того многослойном творчестве. Конечно, Кристофер в силу все той же озвученной цели создать цельное сюжетное полотно (а с прошлой версией это было проще), включил туда именно старую, неактуальную космологию, но концепции автора есть концепции автора. К тому же, внутриповествовательно "Сильмариллион" — это "Переводы с эльфийского" Бильбо, написанные им в Ривенделле на основе эльфийских и гондорских летописей. Чем не "внутренняя" первопричина частичной неактуальности "Сильмариллиона"?
И таких примеров множество. Вполне можно назвать это даже своего рода "квазиисторическим подходом", только в рамках того, что все неактуальные черновики в рамках творчества просто воспринимаются как разные "итерации" и "интерпретации" одних и тех же преданий (просто в рамках толкиновского мифа "ошибочные", не отражающие истину), как будто после множественных передач из уст в уста либо при переписывании, как происходило с реальными преданиями. Такая вот многогранность мифопоэтического творчества.
В конечном счёте, после подобного разбора каждый сможет сам для себя решить, интересно ли ему изучение этого кладезя или нет.
Авторы статьи - Elvenstar и Aerion. Публикация статьи на Дзене одобрена авторами. Оригинальный материал - здесь.
Вступайте в группу ВКонтакте и канал в Телеграме - самый масштабный информационный ресурс о мифологии Толкина в СНГ!