Европейское единство трещит по швам из-за разногласий по ключевым внешнеполитическим вопросам. Среди них — отношения с Россией, украинский конфликт, обострение противостояния с США, а также миграционный и энергетический кризисы. Не способствует нормализации и личный конфликт между главным дипломатом ЕС Каей Каллас и председателем Еврокомиссии Урсулой фон дер Ляйен. Как далеко могут зайти страны и к чему это может в итоге привести — в материале «Известий».
Ускорение распада
Скорый распад ЕС предрекли журналисты итальянской газеты La Repubblica. Авторы публикации называют несколько причин. Одна из них — возникшее недоверие между Германией и Францией. Канцлер ФРГ Фридрих Мерц оказался очень недоволен неудачной попыткой экспроприации активов РФ, вместо которой европейским странам пришлось в итоге согласовать ассигнования для Киева в размере €90 млрд. По его мнению, в такую ловушку его загнали президент Франции Эммануэль Макрон и глава Совета ЕС Антониу Кошта.
Французский лидер узнал о недовольстве немецкого коллеги и направил в Берлин ноту. В ней он подчеркнул, что заранее предупреждал Мерца о том, что было бы бессмысленным рассчитывать на успех в попытках экспроприировать российские активы. Но это лишь еще больше накалило ситуацию.
Позиции Берлина и Парижа также расходятся в вопросе использования еврооблигаций: Германия хотела бы приостановить их дальнейший выпуск и заключения соглашения ЕС со странами Южноамериканского общего рынка (MERCOSUR). Макрон выступил против ратификации документа «для стабилизации внутренней обстановки».
В ответ Мерц предложил создать систему европейской обороны, основанную на отдельных армиях стран ЕС. Эта идея в целом отражает стремление Берлина перераспределить власть внутри Евросоюза в пользу национальных правительств.
В результате в Европейском союзе из-за разногласий по этому вопросу начинают условно формироваться два лагеря: один — во главе с Германией, которую поддерживают премьер-министр Италии Джорджа Меони, а также председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, второй возглавляет Франция, нашедшая поддержку у премьер-министра Испании Педро Санчеса и лидеров ряда восточноевропейских стран. Но есть и другие проблемы, из-за которых государства не могут договориться.
Не по нраву Каролю
Недовольство действиями Германии накануне выразил и президент Польши Кароль Навроцкий. Он предположил, что Берлин в рамках реализации программы милитаризации ЕС SAFE может попытаться нажиться на Варшаве.
«Мы все заинтересованы в том, чтобы программа SAFE не стала поддержкой для переживающей кризис экономики нашего западного соседа», — подчеркнул он. Польский лидер обратил внимание на то, что, в отличие от Польши, Германия не стала пользоваться программой военных кредитов SAFE. Навроцкий потребовал, чтобы ему предоставили данные о том, на что Берлин собирается потратить эти средства.
В сентябре прошлого года Европейская комиссия объявила о распределении финансирования в виде низкопроцентных кредитов из фонда милитаризации ЕС SAFE, размер которого составляет €150 млрд. О масштабной милитаризации в Брюсселе договорились весной 2025 года, для этого впоследствии утвердили создание фонда как часть долгосрочной программы военного строительства до 2030 года.
Президент Макрон предложил совместные заимствования стран ЕС для инвестиций в конкурентоспособность Европы. Мерц выступил против. Германия традиционно не поддерживает совместный долг, соглашаясь на это лишь в исключительных случаях. Франция, у которой большой госдолг, наоборот, обычно заинтересована во введении евробондов.
Украина и все-все-все
Еще одно противоречие в отношениях стран ЕС — внезапное усиление Вооруженных сил Германии. Стремление ФРГ стать новой военной державой ЕС сильно беспокоит Францию. Париж опасается, что это обстоятельство изменит политический баланс сил, ведь раньше существовал негласный консенсус: за финансы в ЕС отвечает Германия, за военные вопросы — Франция.
А теперь ФРГ планирует к 2029 году тратить на оборону около 3,5% ВВП — €153 млрд. При этом страна стремится не допустить передачи Еврокомиссии более широких полномочий в вопросах закупки оружия, планируя опираться только на национальный ВПК. В распоряжении издания Politico оказались документы госзакупок, в которых сообщается о планах Германии до конца 2026 года провести через бундестаг оборонные контракты на сумму €83 млрд. Долгосрочный немецкий план включает в себя свыше 320 программ вооружений на сумму €377 млрд.
Но всё же набольшие разногласия внутри Евросоюза касаются украинского конфликта. Всё больше стран, ориентирующихся на прагматичный внешнеполитический подход, высказываются в пользу переговоров с Россией. Возглавляют эту группу государств Венгрия и Словакия, более сдержанно в пользу переговоров начинают высказываться и другие страны ЕС.
Камнем преткновения стал и вопрос предоставления Киеву нового пакета финансовой помощи. Изначально большинство стран ЕС выступало за выделение средств. Но коррупционные скандалы на Украине пошатнули эту уверенность. Отдельные страны, прежде всего Венгрия и Словакия, выражают несогласие с масштабами и формами поддержки. Они отмечают нагрузку на национальные бюджеты и риски затягивания конфликта.
Помимо этого, глубокий раскол в ЕС вызывает миграционный кризис из-за несогласия стран по вопросам распределения беженцев. Расположенные на юге Европы страны, включая Италию и Грецию, требуют обязательных квот для принятия мигрантов, против этого выступают восточноевропейские государства. Всё это вынуждает страны восстанавливать пограничный контроль, ослабляя тем самым Шенген.
Разногласия касаются и вопросов энергетической безопасности. В то время как совет ЕС окончательно утвердил полный запрет на импорт российского газа (СПГ — с 1 января 2027 года, а трубопроводного — с 30 сентября 2027 года), Словакия и Венгрия выступили против, назвав это энергетическим самоубийством. Страны пообещали бороться в суде за изменение этого решения.
Усугубляют ситуацию внутри Евросоюза и серьезные трения с США на фоне угроз американского президента Дональда Трампа аннексировать Гренландию и ввести тарифы против европейских государств. Давление со стороны Вашингтона нанесло ущерб трансатлантическим отношениям и заставило ЕС пересмотреть прежние представления о США как о безусловном союзнике. Пока одни страны призывают сохранять бдительность и быть готовыми к ответным мерам в случае новых угроз, другие подтверждают свое стремление сохранить США в роли ключевого союзника.
Разница в подходах к произошедшему в Венесуэле также продемонстрировала разобщенность в рядах европейцев. Франция и Испания осудили американскую операцию, посчитав ее нарушением международного права, Германия и Австрия выразили обеспокоенность легитимностью вмешательства, а Италия, Греция и Швеция поддержали прекращение диктатуры и «переход к демократии в Венесуэле».
Американская гегемония всему виной
Замдиректора ЦКЕМИ НИУ ВШЭ Дмитрий Суслов в беседе с «Известиями» подтвердил, что между европейскими странами существует большое количество противоречий и разногласий по вопросам безопасности.
— Первое — они касаются отношений с Россией и оценки РФ как потенциальной угрозы, как угрозы или же как потенциального партнера для европейских стран, — пояснил политолог.
По его словам, страны Скандинавии и Прибалтики, а также Польша и Германия оценивают Россию как угрозу. Для государств Южной Европы и некоторых стран Восточной Европы, равно как и для Франции, Россия такой экзистенциальной угрозой не является.
— И отсюда, соответственно, разные модели помощи Украине: разный уровень военных расходов, разная готовность помогать Киеву военным путем и т. д. Некоторые страны выступают за диалог с Россией, некоторые категорически против, — рассказал эксперт.
Он считает, что второе противоречие внутри ЕС — это различное отношение к Соединенным Штатам, к трансатлантическим отношениям, к роли США в Европе и к зависимости от Вашингтона.
— Это связано частично с первым противоречием по России. А страны, которые в наибольшей степени подвержены русофобии и истерии в отношении России, они как раз в большей степени готовы принимать американскую гегемонию, они в большей степени выступают за широкомасштабное участие США в европейских делах и в области европейской безопасности, — уверен специалист.
Он отмечает, что те страны, которые менее боятся Россию, в меньшей степени готовы терпеть унижение от США и в большей степени выступают за европейскую автономию в области безопасности.
— Третье — это исторические противоречия между европейскими странами, связанные с историей, глубинные страхи перед Германией, глубинные антагонизмы, которые существовали и латентно продолжают существовать между европейскими странами. И они сейчас снова вылезают на поверхность, — пояснил аналитик.
Суслов считает, что эти глубинные противоречия и фобии до поры сдерживались американской гегемонией. Однако сегодня американская гегемония в отношении Европы слабеет, а США открыто говорят о своем стремлении сократить участие в европейских делах.
— То есть условно поляки и немцы, немцы и французы терпели друг друга и сглаживали свои противоречия, когда над ними довлели американцы. А когда степень американской гегемонии снижается, исторические фобии и противоречия тут же снова вылезают на поверхность, — уверен собеседник.
Политолог считает, что еще одно противоречие между европейскими странами — это экономические разногласия, связанные с амбициями и возможностями развития европейского ВПК. Страны с традиционно сильными, развитыми национальными ВПК, такие, как Франция, хотят, чтобы европейские деньги шли на развитие их национальных военно-промышленных комплексов, они выступают против финансирования американского ВПК.
— Государства с менее развитыми национальными ВПК выступают за то, чтобы значительная часть денег шла в США, поскольку они готовы закупать американские вооружения, — добавил специалист.
По его словам, есть и еще один фактор: многие страны, включая саму Германию, опасаются непосредственно национального германского лидерства в Европе по историческим причинам, для них более приемлемо или американское лидерство, или тесная связка с США.
— Происходит вот такое растворение германского фактора в американской гегемонии, подытожил аналитик.
Доктор политологии Университета Зальцбурга Камран Гасанов в беседе с «Известиями» отметил, что саммит ЕС в бельгийском замке Альден-Бизен также обернулся разладом из-за закрытой встречи правых лидеров — канцлера Германии Фридриха Мерца, итальянского премьера Джорджи Мелони и бельгийского премьера Барта Де Вевера перед основным заседанием, посвященным миграционной политике.
— Они координировали позиции без участия восьми стран — Испании, Португалии, Ирландии, Словении, Мальты, трех балтийских государств — и председателя Антониу Кошты. Испания, которая считается четвертой экономикой ЕС, выразила протест Риму, заявив, что такой формат «отдаляет ЕС от решений», — пояснил специалист.
Эксперт также обратил внимание на то, как страны ЕС хотят выстраивать контакты с Москвой. По его мнению, сейчас в ЕС существует общественный запрос на диалог с Россией.
— За диалог с Россией выступают Франция, Италия, Германия, Литва, Кипр и главный дипломат ЕС Кая Каллас. Чтобы этот процесс стал трендовым, остается поддержка Великобритании, но и это не за горами, — резюмировал аналитик.