- Слушаю Вас, Дмитрий… - Елена немного замялась, вспоминая, знает или нет его отчество, но от волнения ничего на ум не приходило, хорошо гость оказался быстро соображающим.
- Просто Дмитрий, – кивнул он и присел на указанное Еленой кресло перед её рабочим столом.
- И что же Вас привело в нашу фирму, Дмитрий? – Елена очень старалась, чтобы её голос прозвучал весело и непринуждённо, но сама почувствовала в нём некоторую фальшь и испуганно замолчала, подумав, что и Дима услышал то же самое.
- Исключительно личный вопрос, Елена Викторовна, - слегка склонив на бок голову, тихо проговорил он и, следуя своей обычной немногословности, сразу же перешёл к существу дела, - точнее я к Вам с просьбой… станьте моей моделью, пожалуйста!
- Что? – Елена застыла в ступоре. – Кем-кем? – после внутренней команды «отомри» грубовато спросила она.
- Простите, я непонятно выразился, понимаю… Дело в том, что я подал заявку на участие в городском фотоконкурсе «Портрет на фоне города» и намерен выиграть его, поэтому мне нужна хорошая фотография!
- Моя? – неожиданно громко прозвучал голос Елены.
- Да! – отрывисто выдохнул он, и, считав с её лица недоверчивое изумление, пояснил: - Ваше лицо самое фотогеничное в моём распоряжении…
- В Вашем… где, простите?
- Извините, я вновь выразился некорректно, но, поверьте, ни в коем случае не хотел Вас обидеть или задеть… А хотел сказать, что Вас на самом деле очень любит фотокамера, Вы удивительно фотогеничны… Я никого не смогу найти лучше Вас для конкурсной фотографии, понимаете? - разволновавшись, немного эмоционально пояснял он.
- Не может быть, чтобы в таком большом городе любимицей Вашей фотокамеры оказалась лишь я одна… - уже спокойно сказала Елена, понимая, что была излишне резка, хотя и оправдывала свою реакцию неожиданностью как самого визита Шарова-младшего, так и его предложения.
- Но это так, поверьте мне! – воскликнул Дмитрий и повернул к ней лицо, глядя прямо в глаза. - Вы идеальна… в этом смысле…
- Угу, жаль, что только в этом, - пробормотала она едва слышно, повернув голову в сторону, чтобы он не разобрал её слов, а повернувшись назад, уже более внятно ответила: - Я очень… польщена, Дмитрий, но это всё не для меня!
- Но почему же, Елена Викторовна! – его голос прозвучал негромким выкриком.
- Потому что у меня совершенно нет времени на эту… - она хотела сказать «глупость», но в последний момент прикусила язык, ведь для него этот конкурс и фотография очень важны, как для любого увлечённого любимым делом человека, и Ленино заявление выглядело бы обидным и даже грубым, поэтому она закончила фразу гораздо мягче: - на эту фотосессию… А знаете, выберите для своего городского портрета какую-нибудь модель, они тоже обычно фотогеничны… – очень убедительно заявила Елена, отведя от него взгляд и, не в силах скрыть нервозность, начала перебирать папки на столе.
Повисла небольшая пауза, которую Дмитрий прервал вдруг решительно и убедительно громко. Он говорил о том, что модели никогда не будут выглядеть так естественно, как она. Что съёмка не будет какой-то постановочной и займёт от силы пару часов её субботнего или воскресного времени. Что в ближайшие выходные ожидается подарочно благоприятный прогноз погоды и с одиннадцати часов свет будет идеальный для съёмки на улице. Он говорил и говорил, заставив Лену застыть в смятении, слушая его.
- Вам не нужно как-то специально позировать, даже смотреть в объектив не обязательно, будете просто гулять в сквере, думать о чём хотите, всё остальное я сделаю, не побеспокоив Вас! – на одном дыхании закончил он свой монолог и резко замолчал, глядя на неё в ожидании решения, которое она примет.
- В субботу говорите… Погулять пару часов…
- Максимум три, - вставил он и, увидев брошенный на него взгляд, тут же согласился: - ладно, два! – и уже не сводил с неё глаз, в которых она уловила что-то умоляюще искреннее.
- В одиннадцать?
- Можно в одиннадцать тридцать…
- Ладно, - кивнула она, но тут же подняла руку, стирая этим жестом лёгкую улыбку, успевшую родиться на его губах, - но при условии: Вы согласуете со мной фотографию, которую выберете для фотовыставки, и если она мне не понравится, вернее, если не понравлюсь я на ней сама себе… ну, Вы поняли меня, так ведь? Так вот, если вдруг так случится, то Вы не станете её отправлять на конкурс, хорошо? – выпалила она и замерла, подумав, не слишком ли надменно прозвучала её фраза.
- Да, конечно, - не очень решительно произнёс Дмитрий, что насторожило Елену, но он сразу же поторопился сказать гораздо убедительнее: - Ваше мнение будет решающим, обещаю! Я заеду за Вами в субботу в одиннадцать! – и будто опасаясь, что она передумает, быстро встал, сияя довольной улыбкой.
- Пришлите точное место, которое выберете, и я приеду туда сама, - твёрдо возразила она, почему-то испугавшись необходимости ехать с ним в одной машине.
- Договорились, - кивнул он и направился к выходу.
- Зачем я согласилась… - пробормотала Лена, как только за ним закрылась дверь, и сделала тяжёлый вздох, откидываясь на спинку кресла.
Она почти не переставала думать о приближающейся субботе и предстоящей встрече с Дмитрием. Что бы не делала, как бы не гнала эти мысли прочь, они с завидным упрямством кружили в её голове, как заведённые.
«Почему я так на него реагирую… мне совсем не нравится, что я чувствую при виде этого мужчины… И зачем только он появился вновь… такой… брутально привлекательный, харизматичный, серьёзный… не то что его дядя. Тот болтает без умолку, а этот только по делу… Но что-то в нём есть такое… в его взгляде… тоска или потерянность… даже когда он улыбается, его улыбка не выглядит весёлой, как будто бы сквозь боль… - думала она, чувствуя в этот момент необъяснимую теплоту к Дмитрию, но как только её сознания достигла умиротворённость, Лена тут же разозлилась и на себя, и на Дмитрия, и на то, что не перестаёт о нём думать, и постаралась резко сменить направление мыслей: - Может, он так пытается демонстрировать какую-то дистанцию… да не пытается, а указывает мне на неё, будто я собираюсь её нарушить! – фыркнула она и продолжила себя накручивать, отчего вскоре в ней уже кипело негодование.
Так от жалости до почти ненависти, от рассуждений к утверждениям, от спокойствия к раздражительности суетились её мысли до самого утра субботы, когда она проснулась по обыкновению ранним утром и… решила никуда не ехать.
Она приняла душ, позавтракала, ответила на Женино сообщение, пожелав им с Вячеславом хорошего пути, потому что этим вечером они возвращались домой, и взяв с полки книгу любимой Джейн Остин, забралась с ногами на диван, собравшись насладиться одним из трогательных романов о любви, перечитанных ею уже не один раз.
Но в этот раз строчки не торопились складываться в романтическую прозу о танцах, чувствах и мыслях обо всём этом. Представляя изящных, умных и не совсем таковых женщин, Лена вдруг осознала, что всё время пытается ловить своё отражение в зеркале, чтобы убедиться, что выглядит она вполне достойно для женщины, специально не готовившейся для того, чтобы произвести на кого-то особое впечатление, и это её радовало. Но минут через двадцать она рассердилась на себя за то, что специально уселась в оптическом прицеле зеркала и с активной периодичностью заглядывает туда. Её сердитость и недовольство собой взвились ещё выше, когда прозвучал телефонный звонок, и она увидела на экране имя звонившего.
- Доброе утро, Елена Викторовна! Простите за беспокойство, но я никак не могу вас увидеть, Вы на какой-то другой аллейке находитесь? – раздался спокойный и вежливый голос Дмитрия.
- Я не на аллейке… я дома, - ответила Лена и вмиг почувствовала стыд от того, что она так спонтанно решила не ехать на эту фотосессию и трусливо не сообщила об этом Дмитрию.
«Какой-то глупый… детский совсем поступок! – мысленно отругала она себя, не зная, как ей сейчас поступить. – Можно же было хотя бы сообщение прислать… и телефон отключить, чтобы не отвечать потом на его вопросы, - пронеслась мысль, которая разозлила её ещё больше, – ну да, а это как будто не по-детски… Ох, Лена-Лена… ну выкручивайся теперь!» - нервничала она, слушая молчавший телефон.
- Как дома… У Вас всё в порядке, надеюсь… Ничего же не случилось, правда? – в его голосе, нарушившем тишину, были слышны заботливые нотки и Лена поморщилась, не зная, как справляться с удушливо накрывшим её стыдом. – Если необходима помощь, скажите, я в Вашем распоряжении…
«Вот влипла, а ещё взрослая тётка!» – молча обругала себя Лена и, зажмурившись на секунду, неслышно выдохнула и произнесла:
- Нет, спасибо, уже всё в порядке… извините, я Вас подвела, с моей стороны невежливо было не сообщить, что не приеду, простите…
- Но если всё в порядке, то давайте я сейчас подъеду, чтобы Вам машину не греть, - предложил он, - какой у Вас адрес?
- На самом деле мой дом недалеко от сквера, но как же свет… он же уйдёт, наверное, уже?
- Нет-нет, мы успеем, я еду! – Елена была уверена, что он улыбается.
Она начала метаться по квартире, думая, что надеть, одновременно стараясь отделаться от чувства провинившейся девочки, которую вместо того, чтобы отругать за неблаговидный поступок, похвалили, целиком исключив её вину.
Минут через десять она вышла из подъезда в белом зимнем пуховом костюме, приобретённым ею для горнолыжного курорта, но так и не выгулянным до сих пор ни на одной курортной горе. Увидев Дмитрия, она невольно опустила глаза и с трудом удерживала на лице вежливую улыбку. Его автомобиль стоял возле подъезда, а сам он находился возле задней двери, спиной закрывая боковое окно.
- Вы извините, Елена Викторовна, я не согласовал с Вами присутствие моего друга! – улыбаясь сказал он.
Елена почувствовала себя совсем нехорошо, услышав про какого-то там друга, и остановилась, намереваясь уже повернуть назад, но Дмитрий, заметив промелькнувшую на её лице тревожность, постарался предупредить рвущееся наружу возмущение и открыл заднюю дверцу. Оттуда сразу же показалась лохматая голова подросшего сенбернара. Пёсик посмотрел на оторопевшую Лену, которая вдруг усмехнулась, а потом и вовсе рассмеялась, хотя и немного нервно.
- Ой, и кто это? – воскликнула она.
- Кузя! – просто ответил Дима, довольный произведённым эффектом. – Вы не станете возражать против того, чтобы он с нами прогулялся? – и он протянул руку, чтобы потрепать щенка по голове.
- Нет, конечно, он такой милашка! – сказала она, забыв про свои переживания, и шагнула к машине, быстро юркнув на заднее сиденье автомобиля, сев рядом с Кузей.
- Но я… - только и сказал, успевший открыть ей переднюю дверь Дмитрий, но Елена, широко улыбаясь, уже тискала мордочку щенка, что-то нежно говоря ему, и Дима, кивнув головой, только и произнёс: - Понял!
Вскоре они уже шли по дорожке сквера, немного запущенного и поэтому обычно немноголюдного, ведя на поводке грузно ступающего сенбернара. Елена раскраснелась от приятного возбуждения и играла с Кузей, который охотно отвечал ей, оглядываясь каждый раз, если не слышал её голоса. Наконец они замедлили шаг, оказавшись возле небольшой полянки. Она была укрыта толстым слоем снега, который сверкал мириадами искр под лучами низкого зимнего солнца.
- Это здесь… - сказал Дмитрий, окинул взглядом пространство и остался довольным увиденным, потом взял в руки фотокамеру, висевшую у него на шее, и, не глядя на Лену, проговорил: - Мне нужно немного времени, совсем чуть-чуть… наслаждайтесь пока прекрасным пейзажем, - кивнул он в сторону небольших зелёных ёлок, горделиво зеленеющих среди голых берёз и клёнов.
Это был самый дальний угол сквера и сейчас здесь никого не было, поэтому Дима отпустил Кузю с поводка, и тот сразу же помчался по никем не тронутой снежной целине. Не ожидая, что под лапами окажется нетвёрдая поверхность, он, пролетев по инерции некоторое расстояние, остановился, провалившись в снег и повернул голову назад. Елена пошла за ним, весело рассмеявшись его реакции на передвижение по пушистому покрову.
Щенок, увидев, что она приближается к нему, оттолкнулся задними лапами и, прыгнув вперёд, оказался погружённым с головой в сугроб. Выскочив оттуда, он поднял целый вихрь снега, заигравшего на солнце драгоценным алмазным блеском. Тряхнув своей белой от снега мордочкой и увильнув в сторону от Лены, он помчался дальше, радостно лая на всю округу.
Довольный пёс бегал и прыгал, то ныряя в снег, то выскакивая из сугроба и резко меняя траекторию, мчался дальше. Когда замечал, что убежал далеко от Лены, возвращался к ней, лаем возвещая о своём появлении. Она бросалась к щенку, падая на колени, и тискала его умильную мордаху. Не совладав с Кузиной силой, если он наскакивал на неё, Лена падала вместе с ним в сугроб и тогда слышался её звонкий смех и радостное порыкивание собаки. Кузе как никому удалось заставить её забыть на некоторое время о статусе и возрасте, о том, что она всегда на виду и должна «соответствовать». Она словно вернулась в детство, где спокойно и весело, где все проблемы за тебя решает кто-то другой, а перед тобой – весь благодатный мир.
Устав от снежных игр с милым пёсиком, но получив от этого колоссальное релаксирующее удовольствие, Лена поднялась и огляделась. Дмитрий стоял на дорожке и рассматривал что-то на дисплее фотокамеры. Кузя, тоже, очевидно, устав носиться по снежному полю, сидел и, наклонив голову на бок, смотрел на Лену, ожидая, что она будет делать дальше.
- Пойдём, Кузенька, к твоему хозяину, - позвала его Лена, - мы и забыли, зачем сюда приехали, скоро солнце уже будет прятаться и фотографии не получатся, - объясняла она щенку, а он внимательно её слушал, будто понимал, но продолжал сидеть, правда, когда она двинулась в сторону Дмитрия, сразу же поплёлся за ней.
- Простите, Дмитрий, мы с Кузей увлеклись немного… - сказала она, выйдя на дорожку, и принялась стряхивать снег с брюк и куртки, а потом потопала ногами, очищая тёплые замшевые ботинки.
- Можно попросить Вас пройти во-о-он туда, - попросил Дима, указывая на невысокий мостик через небольшой ров, пролегающий в этом месте, ничего не ответив на её извинения, словно и не слышал их, хотя он был так увлечён созерцанием того, что видел на дисплее своей камеры, что, возможно, так и было.
Лена кивнула и пошла вперёд. К ней тут же подбежал щенок и она наклонилась, чтобы погладить его.
- Пройдите, пожалуйста по этому мостику, - попросил Дима и начал щёлкать затвором, когда она, подчиняясь его просьбе, пошла вперёд.
Кузя чего-то испугался и у самого основания моста остановился, а потом и вовсе вернулся и сел возле Димы, который молчал, не отрывая глаз от видоискателя, и всё время фотографировал. Елена дошла до конца моста и, не услышав никаких указаний Дмитрия, развернулась и медленно пошла назад. Почти пройдя весь обратный путь, остановилась и, облокотившись на перила, посмотрела вниз, ища глазами что-то, что привлекло её внимание. Ничего не заметив, она выпрямилась и сразу же наткнулась на внимательный взгляд Дмитрия.
От неожиданности Лена улыбнулась, и Дмитрий замер, запутавшись в её растерянной и невероятно трогательной улыбке, автоматически нажимая на кнопку, которая навсегда запечатлела прямой и доверчивый взгляд лучистых глаз, выбившуюся из-под шапочки прядь тёмных волос и естественную нежность полуоткрытых губ.
Наступила тишина, отдающаяся в ушах обоих только громким стуком собственного сердца, длящаяся целую вечность – секунд пять, а потом Дима слишком рьяно, чтобы это казалось естественным, схватил камеру и, сжав её двумя руками, уставился в видоискатель, поймав в нём Лену и невольно отметив про себя, как она красива. Красива и уязвима, потому что настоящая, не притворная…
Убедив себя, что эта картинка легко может исчезнуть, если он сместит точку обзора, Дмитрий ощутил некое спокойствие, будто нашёл необходимое решение важной задачи.
***
Авторское право данного произведения подтверждено на портале Проза.ру
_________________________________
Продолжение следует...
___________________________________