Глава 1. Прощание у леса
Она уходила.
Лютобор смотрел, как её фигура тает среди серых стволов, и чувствовал, как внутри разрывается что-то важное. Он рванулся следом — и наткнулся на невидимую стену. Лес не пускал.
— Велия!
Она обернулась. Лицо её было спокойным, только глаза — слишком влажные для ведьмы, которая не знает слёз.
— Не надо, — сказала она тихо. — Так правильно.
— Я не могу с тобой! — Он ударил кулаком по воздуху, и ладонь обожгло холодом. — Почему?!
— Потому что я ещё ведьма. Лес держит тебя, пока я та, кто я есть. — Она сделала шаг назад. — Когда силы не станет, ты сможешь уйти. А пока… жди.
— Я буду ждать. — Он прижал ладонь к груди, туда, где под рёбрами тихо пульсировала частица железного дерева. — Я всегда буду тебя ждать. Только… вернись.
Она не ответила. Только кивнула и скрылась за деревьями.
Лес вздохнул. Ветви сомкнулись за её спиной, и Лютобор остался один.
Он простоял на границе до темноты. Потом вернулся в избушку, лёг на её постель, вдыхал запах трав, который остался на подушке, и смотрел в потолок.
— Вернись, — шептал он в пустоту. — Пожалуйста.
Но лес молчал.
Глава 2. Обряд
Дорога к людям заняла три дня. Велия шла, не чувствуя усталости, хотя тело давно просило отдыха. Внутри горело что-то другое — злость? отчаяние? любовь? Она не знала. Знала только, что должна успеть.
На четвёртый день она вышла к селению, которого почти не существовало.
Трупы лежали прямо на улицах. Запах смерти висел в воздухе так густо, что его можно было резать ножом. Живые — те, кто ещё держался на ногах, — бродили между телами с пустыми глазами.
Велия остановилась на околице.
— Зачем ты пришла, девка? — прокаркала старуха, сидевшая у забора. — Тут мор. Все помрём. Уходи, пока жива.
— Я затем и пришла, — ответила Велия. — Чтобы вы не мерли.
Она не знала, откуда в ней эта уверенность. Знала только: есть обряд. Древний. Страшный. Тот, что вытянет всю силу до капли.
Она нашла старейшину — точнее, того, кто им ещё оставался: седого мужика с ввалившимися глазами.
— Собирай всех, кто может стоять, — велела Велия. — И тех, кто уже не встанет, тоже снесите в одно место.
— Ты кто такая? — спросил он без надежды.
— Ведьма, — ответила она просто.
Впервые она назвала себя так вслух. И почувствовала, как внутри что-то отозвалось — то ли гордость, то ли горечь.
---
Обряд длился всю ночь.
Велия стояла в центре круга из умирающих и здоровых, перемешанных, как зерно с плевелами. Она не знала слов — они сами приходили на ум, древние, тягучие, на языке, которого она никогда не слышала.
Сила уходила из неё толчками. С каждым произнесённым словом она чувствовала, как лес внутри неё бледнеет, как затихает шёпот листвы, как гаснут светлячки, которые жили в груди с детства.
Под утро она упала.
Люди вокруг зашевелились, заговорили, запричитали. Кто-то подхватил её, понёс в избу. Она не видела лиц, не слышала голосов. Только чувствовала, как внутри становится пусто.
Совсем пусто.
Как в той избушке, где она когда-то жила со старухой. Как в лесу после смерти той, кто нашёл её под дубом.
— Ты будешь сильнее меня, — шептал голос старухи в памяти. — В тебе кровь… особая.
Какая теперь кровь? Какая сила? Внутри не осталось ничего.
Велия провалилась в темноту.
---
Очнулась она через три дня.
— Жива, — склонилась над ней та самая старуха с околицы. — Чудо какое… Мор отступил, девонька. Все, кто жив остался — дышат. А те, кто уже… ну, тех не воротишь. Но ты спасла нас.
Велия попыталась встать — и едва не упала обратно. Тело было чужим, тяжёлым, непослушным. Раньше она чувствовала каждую травинку за версту, а теперь не слышала даже собственных пальцев.
— Я… пойду, — прошептала она.
— Куда ж ты пойдёшь? — всплеснула руками старуха. — Лежи, сил набирайся.
Но Велия уже знала: ей надо обратно. К лесу. К нему.
Она поднялась, опираясь на стену, и вышла во двор.
Люди смотрели на неё с удивлением и страхом. Кто-то крестился, кто-то кланялся. Она прошла сквозь них, не замечая.
— Постой, — окликнул её старейшина. — Как звать-то тебя? Мы помнить будем. Век не забудем.
— Не надо, — ответила она. — Забудьте.
И ушла.
Глава 3. Тишина
Лютобор проснулся оттого, что внутри что-то изменилось.
Он сел на постели, прижал руку к груди. Частица железного дерева, которая всё это время тихо пульсировала в такт лесу, вдруг… замерла.
Не исчезла. Просто перестала звать, перестала тянуть, перестала напоминать о себе.
Он понял.
— Нет, — выдохнул он. — Нет, нет, нет…
Он выскочил из избушки и побежал к границе леса. Та самая невидимая стена, что не пускала его раньше, — исчезла.
Он перешагнул черту и оказался по ту сторону Лога.
Свободен.
Но вместо радости — холод. Если он свободен, значит, её силы больше нет. Значит, она теперь… где она? Жива ли?
Он побежал по знакомой тропе, той самой, по которой она уходила. Сердце колотилось где-то в горле. Частица молчала — ни намёка, ни знака.
— Велия! — крикнул он в пустоту.
Лес молчал.
Он бежал, пока не выдохся. Остановился, упёршись руками в колени, и вдруг услышал за спиной голоса.
— Стой! Кто идёт?
Он обернулся. Из-за деревьев выходили люди — в кольчугах, с мечами. Княжьи дружинники.
— Лютобор? — узнал его один из них. — Ты ли это? Живой? Мы тебя по всему лесу ищем уж который день! Князь велел вернуть, дело есть.
Лютобор выпрямился.
— Я не могу, — сказал он хрипло. — Мне надо… она там…
— Кто «она»? — переглянулись дружинники. — Ты один тут. Пошли, не дури. Князь ждать не любит.
— Пустите! — рванулся он, но двое схватили его за руки.
— Окстись, Лютобор. Тут лес глухой, никого нет. Пойдём, говорю. Дома поговорим.
Его повели. Он обернулся назад, туда, где за деревьями осталась избушка, лес, её следы.
Частица в груди молчала.
— Велия, — шепнул он одними губами. — Я вернусь. Я найду тебя.
Но лес не ответил.
Глава 4. Пустота
Она шла обратно три дня, а может, четыре. Счёт времени потерялся.
Ноги подкашивались, в голове гудело, но она упрямо двигалась вперёд, туда, где за Клыковым Логом стояла их избушка. Та, что стала домом. Где он ждал её.
Она думала о нём всю дорогу. О его руках — мозолистых, тёплых, которые так осторожно касались её лица. О его глазах — серых, как небо перед грозой, которые смотрели на неё так, будто она была самым ценным в мире. О его голосе, хрипловатом, когда он говорил: «Я останусь с тобой».
Она сжимала эти воспоминания в груди, как единственное, что у неё осталось. Лес молчал. Птицы не садились на плечо. Деревья не шептали. Внутри было пусто, как в высохшем колодце.
Но она шла. К нему.
---
Когда она вышла к избушке, уже смеркалось.
Огонь в окошке не горел. Дверь была приоткрыта.
— Лютобор? — позвала она тихо.
Никто не ответил.
Она толкнула дверь, вошла. Внутри было холодно и пусто. Очаг давно остыл. На столе лежал его нож — тот, с которым он никогда не расставался. Она подошла, взяла в руки, провела пальцем по лезвию.
— Ты где? — прошептала она.
Никто не ответил.
Она вышла на крыльцо, вглядываясь в темноту. Лес стоял тихий, равнодушный, чужой. Она позвала его — сначала тихо, потом громче, потом криком, срывая голос:
— Лютобор! Лютобор!!!
Тишина.
Она сползла по косяку на землю, обхватила колени руками и замерла.
Впервые в жизни она не знала, что делать дальше.
---
Она ждала три дня.
На четвёртый день поняла: он не вернётся. Не потому, что не хотел — потому что не мог. Что-то случилось. Кто-то забрал его.
Она осталась одна.
Голод грыз изнутри. В избушке кончились припасы. Лес больше не кормил её — он молчал, не откликался, будто её больше не существовало для него.
— Прости, — шепнула она старухе, той, что когда-то нашла её под дубом. — Я не справилась.
И пошла прочь от избушки. Прочь от леса. Туда, где за Клыковым Логом дымили трубы деревни.
Вместо эпилога
Она шла по дороге, не разбирая пути. В голове было пусто, в груди — тоже. Только ноги сами несли её вперёд, к людям, которых она всю жизнь избегала.
Вдали показались избы. Залаяли собаки. Кто-то окликнул её, но она не ответила.
Она вошла в деревню — грязная, худая, с глазами, полными той самой пустоты, которая остаётся после того, как у тебя забрали всё.
— Ты кто? — спросила баба у колодца.
— Я… — Велия запнулась. Кем она была теперь? Ведьмой без силы? Девушкой без любимого? Никем? — Мне бы работу какую… Я всё умею.
Баба оглядела её с головы до ног, поджала губы.
— Иди вон к старосте. Спросишь там.
Велия кивнула и пошла дальше, оставляя за спиной лес, который больше не был её домом.
Частица железного дерева в груди Лютобора, уводимого дружинниками далеко отсюда, дрогнула на миг — и снова замерла.
Они были в двух шагах друг от друга. Но дороги их разошлись, чтобы когда-нибудь сойтись снова.
Спасибо, что дочитала рассказ до конца ❤️
Если тебе отозвалась эта история — буду рада лайку и подписке. Так ты точно не пропустить продолжение😉