Цитата, которая всё объясняет
Глава государственной жилищной инспекции Владимирской области, комментируя ситуацию с отключение отопления в десятках МКД (Карабаново, Ковров), заявила:
«За каждый градус снижения идёт перерасчёт — 0,15 % от той суммы, которая должна быть выставлена в квитанции. Но за каждый градус. Должны быть акты, которые зафиксировали температурный режим в жилом помещении».
И добавила:
«По каждому обращению проведут проверку. Если выявят нарушения — ресурсникам выдадут предписания, а жителям сделают перерасчёт» .
Формально чиновница права: именно так работает Постановление Правительства РФ № 354.
Но именно здесь начинается главная подмена.
Что говорили люди: хроника замёрзшего города
Утро 10 февраля 2026 года стало испытанием для жителей нескольких кварталов Коврова. Из-за аварии на теплосетях котельной на улице Блинова без отопления и горячей воды остались 25 многоквартирных домов на улицах Строителей, Комсомольской, Еловой и Преображенской .
Ремонтные бригады выехали на место, процесс осложнялся необходимостью откачки большого объёма воды из повреждённого участка . Но главное началось потом.
11 февраля, когда, по официальным данным, аварию уже устранили, жители продолжали мёрзнуть. В социальных сетях и городских пабликах появились десятки сообщений:
«На ряде улиц до сих пор нет тепла. Жалобы поступали с улиц Грибоедова, Моховой, Еловой, Маяковского. По словам ковровчан, в домах до сих пор холодно, так что многие вторые сутки остаются без отопления» .
Вторые сутки. В феврале. Без тепла.
Люди писали, что температура в квартирах не поднимается, батареи еле тёплые или полностью холодные. Ресурсники обещали прокомментировать ситуацию, но молчали .
Глава города Сергей Сидорин вынужден был лично выезжать на адреса — на улицы Зои Космодемьянской, Моховой, Грибоедова, чтобы проверить, как подаётся тепло. Он поручил управляющим компаниям ежечасно информировать жителей через домовые чаты . Но информация о нагреве теплоносителя — это не тепло в батареях. Масса воды в системе оказалась настолько велика, что процесс обогрева занял много времени: на входе в дома вода приходила температурой всего 27–30 градусов .
Но проблема была заметна задолго до февраля
Ковровчане били тревогу ещё за месяц до аварии.
В середине января жители дома 2А на улице Моховой рассказывали об аварийном состоянии теплотрассы, проходящей через весь двор. Трубы, обеспечивающие теплом несколько домов, сильно изношены. Из-за этого грунт над коммуникациями проседал, образуя ямы, а зимой снег во дворе таял, превращаясь в лужи. Земля под ногами была постоянно сырой, что приводило к подтоплению фундамента .
«В комментариях в соцсетях другие ковровчане подтверждают, что подобные старые и неутеплённые сети — причина слабого отопления в квартирах», — писало местное издание .
Жители резюмировали: ответственные службы в курсе ситуации, но реальных действий по замене ветхих коммуникаций не предпринимают .
И вот спустя месяц — авария. И люди снова мёрзнут.
Вместо компенсации — перерасчёт. Это не одно и то же
Когда в квартире несколько дней держится температура +10–12 °C, люди не просто «недополучают услугу». Они:
- живут в условиях, опасных для здоровья;
- рискуют получить обострение сердечно-сосудистых и лёгочных заболеваний;
- вынуждены покупать обогреватели и платить за электричество втридорога;
- тратят деньги на лекарства, если кто-то в семье всё-таки заболел.
Это не «сбой в квитанции». Это вред, причинённый жизни, здоровью и имуществу.
Перерасчёт — это возврат платы за то, чего не дали. Если отопление стоило 2000 рублей в месяц, а его не было неделю, перерасчёт составит около 500 рублей. Даже с учётом 0,15 % за каждый градус — это копейки.
А счета за электроэнергию от работающих круглосуточно обогревателей могут быть в разы больше.
Проблема первая. Массовую аварию превращают в индивидуальный квест
Система устроена так, что даже при очевидном факте аварии (котельная встала, тепла нет во всём районе) каждый житель должен доказывать это лично.
Нужно:
- подать заявление в УК;
- допустить комиссию в квартиру;
- зафиксировать температуру;
- получить акт.
Если ты не подал заявление — ты не мёрз? Нет, ты мёрз точно так же, но перерасчёта не получишь.
Один акт на дом не работает. Общедомовой прибор учёта, который показывает отсутствие теплопотребления, — не считается. Данные аварийной службы о времени отключения — тоже.
Каждый должен пройти процедуру сам. Или не пройти.
Проблема вторая. Обогреватель лишает права на перерасчёт
Самая циничная часть системы.
Правила требуют замерить фактическую температуру воздуха. Если вы включили обогреватель — комиссия зафиксирует +20 °C и уйдёт с чистой совестью.
Формально услуга оказана. Перерасчёта не будет.
Выбор ставится так:
- либо мёрзнуть и ждать комиссию;
- либо греть себя за свой счёт и потерять право на компенсацию.
Человек, который не дал замёрзнуть своим детям, автоматически становится «виноватым» в том, что ему не вернули деньги за отсутствие тепла.
Проблема третья. Закон не видит разницы между «недопоставкой» и «вредом»
В действующем законодательстве вообще нет понятия «компенсация за проживание в неотапливаемом помещении».
Есть только:
- перерасчёт платы за коммунальную услугу (постановление 354);
- и крайне редко применяемые нормы Гражданского кодекса о возмещении вреда.
Но чтобы взыскать вред по ГК, нужно:
- доказать, что вы заболели именно из-за отсутствия тепла;
- собрать справки, чеки на лекарства;
- нанять юриста;
- судиться с ресурсниками, у которых штат своих юристов.
Для обычной семьи это неподъёмно.
Что должно быть на самом деле
Система должна быть перевёрнута с ног на голову. Или — поставлена с головы на ноги.
Первое. Факт аварии, подтверждённый ресурсоснабжающей организацией или муниципалитетом, должен автоматически запускать механизм компенсационных выплат всем жителям подключённых домов.
Размер компенсации должен рассчитываться не от тарифа на отопление, а исходя из:
- количества дней без тепла;
- среднесуточной температуры наружного воздуха;
- и фиксированной суммы за каждый день, как это работает, например, при задержке зарплаты или при срыве авиарейса.
Второе. Должен быть признан сам факт вреда. Жизнь в холодной квартире — это не «дискомфорт», это нарушение базовых прав человека. И оно должно компенсироваться независимо от того, заболел конкретный житель или ему повезло.
Третье. Необходимо ввести ответственность ресурсников за срыв теплоснабжения в виде прямых штрафов в пользу жителей, а не в бюджет. Пока штрафы платятся государству, компаниям выгоднее платить их, чем вкладываться в профилактику аварий.
Цинизм системы — в деталях
Обратите внимание: когда глава города лично выезжал на адреса, он говорил о постепенном восстановлении температурных показателей . Когда ресурсники отчитывались, они сообщали о завершении сварочных работ и запуске котла .
Но никто — ни мэр, ни «Владимиртеплогаз» — не сказал главного: люди имеют право на компенсацию за то, что они пережили.
Вместо этого жителям предлагают «акты» и «перерасчёт».
Фраза «нет акта — нет перерасчёта» в этой логике означает: нет документа — значит, ты не пострадал.
Но пострадал весь город.
Резюме
Проблема не в том, что глава ГЖИ неправа формально. Она права — ровно в той степени, в какой 354-е постановление позволяет считать копейки вместо того, чтобы защищать людей.
Проблема в том, что сама постановка вопроса «будет ли перерасчёт» — это уже поражение.
Вопрос должен звучать иначе:
Кто и как компенсирует жителям тот факт, что они несколько дней жили в нечеловеческих условиях?
Пока ответа на этот вопрос нет. И пока общество не начнёт требовать ответа, система будет и дальше отделываться скидками в 0,15 % за каждый градус, а люди — мёрзнуть и писать гневные посты в соцсетях, которые ни к чему не обязывают ресурсников.