Все части детектива-триллера будут здесь
– Хорошая идея! Скинь мне адрес, где все это проходит – я поеду туда! А сам продолжай работу с уликами и с базами данных.
Через минуту мне на телефон приходит геолокация. Занимательно, даже не знала, что в нашем городе есть такое - Городской театр современного танца. К слову сказать, к танцам я отношусь постольку поскольку, считаю, что двигаюсь очень топорно, и уж что-что, а танцы точно мне не идут.
Находится этот самый городской театр почти в центре города, а я терпеть не могу добираться туда по пробкам. Но ничего не поделаешь – работа превыше всего, преступника хочется поймать как можно скорее.
Часть 4. Черная трость с фигуркой танцовщицы
Итак, если подвести пока неутешительные итоги, то можно сказать, что о жертве мы знаем совсем немного, а если быть точнее – мы о ней ничего не знаем.
Меня вдруг осеняет мысль – я беру телефон и звоню старшему группы оперативников, которая должна уже заканчивать работу на заброшенном судостроительном заводе.
– Алло, Сережа, скажи, вы уже с завода уехали?
– Нет, еще здесь. Что-то нужно?
– Да. Обыщите всю территорию вокруг, где-то должны быть следы авто, он же не принес ее туда на руках. Если учитывать, что он убил ее где-то на территории завода – вряд ли он явился туда пешком, и она тоже вряд ли пришла туда своими ногами. Понимаешь, о чем я?
– Да, Маргарита Николаевна, мы все осмотрим самым тщательным образом!
– Отлично! Ищите поближе к заводским боксам – ему не комильфо было тащить девушку до боксов на себе, потому что сама она вряд ли бы согласилась среди ночи отправиться в такое место.
После я снова в нетерпении звоню Дане.
– Дань, есть что-нибудь по личности погибшей? Может, есть заявления о пропаже девушки?
– Нет, Маргарита, ни в базе данных пропавших в городе, ни по ГИБДД, ни по базе данных свидетелей или участников каких-либо дел она не числится. Но есть у меня одна задумка, Марго. В городе проходит танцевальный конкурс «Золотая туфелька», и танцоры из многих городов съезжаются на этот конкурс, может, поискать в этом направлении?
– Хорошая идея! Скинь мне адрес, где все это проходит – я поеду туда! А сам продолжай работу с уликами и с базами данных.
Через минуту мне на телефон приходит геолокация. Занимательно, даже не знала, что в нашем городе есть такое - Городской театр современного танца. К слову сказать, к танцам я отношусь постольку поскольку, считаю, что двигаюсь очень топорно, и уж что-что, а танцы точно мне не идут.
Находится этот самый городской театр почти в центре города, а я терпеть не могу добираться туда по пробкам. Но ничего не поделаешь – работа превыше всего, преступника хочется поймать как можно скорее.
Хм, интересно, а театр-то вовсе не бедствует! Или... имеет хороших спонсоров. Сейчас тут тихо, видимо, все эти конкурсные мероприятия проходят в определенные дни или часы.
На входе меня останавливает крепкий охранник – мордоворот с торчащими в стороны ушами. Лицо у него нагловатое, сразу видно – отрабатывает он свой кусок хлеба хорошо, и пускать внутрь кого-то лишнего не намерен.
– Куда?! – спрашивает меня, набычившись и опустив лобастую голову, словно собирается со мной бодаться.
Сую ему под нос удостоверение.
– Майор следственного комитета Королева Маргарита Николаевна. Мне необходимо поговорить или с директором театра, или с организатором конкурса. Поэтому прошу или пропустить меня, или пригласить кого-то из них сюда.
– Ага, щас! – на лице мордоворота появляется глупая улыбка – приходите с постановлением, тогда пропустим и позовем. Мы законы знаем!
– Что же, хорошо! Смотрите, как бы пожалеть не пришлось!
Я медленно поворачиваюсь, делая вид, что собираюсь уйти, и когда он расслабляется и высокомерная улыбка сменяет наглую усмешку, резко отвожу правую руку в сторону и локтем ударяю его легонько в солнечное сплетение. Мордоворот охает и сгибается в поклоне. Подхожу к нему, беру за руку, завожу ее за спину и начинаю заламывать наверх. Мордоворот вопит, как раненный вепрь, а я говорю, чуть ослабляя хватку:
– Вот так бы всегда – зашла в заведение и перед тобой склонились в поклоне! Вот че ты выеживался? К твоему начальству у меня есть разговор, понимаешь, разговор, беседа, и пока, подчеркиваю, пока, не под протокол. Но если хочешь, я прямо сейчас надену на тебя наручники и задержу за сопротивление представителю власти. А все потому, что дело очень серьезное. Внял, сявка криворогая?
«Сявка» болезненно вопит и просит отпустить его. По коридору к нам стремительно приближается мужчина в деловом костюме.
– Захар! – властно говорит он – что тут происходит?!
Показываю удостоверение и ему и оповещаю, что мне необходимо поговорить либо с директором театра, либо с организатором конкурса.
– Захар! – услышав меня, тянет мужчина – я же тебе говорил, звонить мне и оповещать, кто пришел! Тем более – следственный комитет! Ты что, в ИВС захотел сесть на сорок восемь часов? – и мне – отпустите ради бога, дурака и пойдемте со мной!
– Ну, вот так-то лучше! – я лучезарно улыбаюсь красному от стыда Захару, и иду следом за мужчиной.
Кабинет, куда мы приходим, обставлен довольно экстравагантно, да и сам мужчина, похожий на Николая Цискаридзе, только в более старшем возрасте, выглядит очень достойно. У него респектабельный ежик волос, – подозреваю, что он красит его в этот густой черный цвет с оттенков воронова крыла – дружелюбная широкая улыбка и костюм, который вероятнее всего, пошит на заказ. В руках у него трость, усаживаясь за стол, он ставит ее рядом, и я тут же обращаю внимание на ее интересную форму.
– Разрешите посмотреть! – с самой очаровательной улыбкой прошу его – никогда не видела ничего подобного.
Широко и доброжелательно улыбаясь всеми своими здоровыми зубами, он дает мне трость черного цвета с отливом и золотой отделкой, и я с удивлением замечаю, что на конце трости изображена хрупкая фигурка танцовщицы в платье с поднятой ножкой, и порхающими ручками.
– Какая прекрасная вещь! – с восторгом говорю ему.
– О, Маргарита Николаевна, я должен поддерживать соответствующий имидж. Конечно, вы хотите, чтобы я представился и сказал вам, кто я. Меня зовут Богейл Карл Александрович, и я являюсь организатором конкурса, который сейчас проходит в рамках нашего театра и, собственно, города. Но могу я уточнить – что понадобилось столь очаровательной особе, как вы, здесь, у нас? Наш театр или наши танцоры чем-то провинились?
– Нет, пока ничем. И надеюсь, не провинитесь. Но у меня к вам вопрос – наверняка вы, как организатор конкурса, должны знать его участников, верно? Сколько длится конкурс?
– Пока проходят отборочные этапы. Все очень строго, Маргарита Николаевна, участвовать должны лучшие, потому что на кону очень большой приз.
Он рисует на бумажном стикере денежную сумму, от которой я прихожу в ступор.
– И кроме того, пара, занявшая первое место, поедет обучаться в США, в самую лучшую школу танца. Слышали когда-нибудь про Джульярдскую школу?
– Я не интересуюсь танцами. Хорошо, скажите пожалуйста, сколько будет длиться конкурс?
– Поскольку заявок на участие очень много, к нам едут пары со всей России и даже из соседних дружественных стран, то отборочные туры будут длиться в течение всего этого года, конкурсы будут проходить в несколько этапов, пока не останутся лучшие пары и не сразятся в последнем сражении за главные призы! В итоге всего останется десять пар, участвующих в финале. Денежные средства распределятся между первым, вторым и третьим местом, ну, и победители получат главный приз – об этой школе в США не мечтает только плохой танцор.
– Скажите, у вас только парные танцы?
– Да, и в основном спортивные бальные, но танго – это классика, поэтому конечно, ча-ча-ча, сальса, румба и, собственно, танго. И все же – чем обязан вашему визиту?
Я достаю из папки фото нашей жертвы.
– Карл Александрович, посмотрите внимательно на это фото. Вам знакома эта девушка?
Некоторое время он всматривается в него, потом из футляра вынимает очки, снова долго смотрит, и говорит:
– Давайте-ка я посмотрю в компьютере, у нас тут все пары... с фотографиями...
Он листает и листает портфолио и наконец изрекает:
– Да! Девушка яркая сама по себе, но у их пары не было шансов – подготовки маловато, танцуют нефактурно, нет единого образа, в общем... Они не прошли даже отборочный тур. Но... я что-то не пойму...
– Подождите – невежливо перебиваю я его – как зовут эту девушку? Откуда она? Кто ее партнер?
– Это Марьяна Игоревна Карпенко, восемнадцать лет, приехала к нам из Тюмени вместе со своим партнером Волобяниным Александром Дмитриевичем.
– У вас в базе данных есть копии их паспортов?
– Конечно! Если они вам нужны... А... я извиняюсь – что случилось?
– Случилось убийство, Марьяна мертва.
– О, боже! Но...я не понимаю... Они выступили неделю назад, не прошли отборочный тур и должны были отправиться домой! Повторное выступление участников исключается! Только если конкурс будет проходить на следующий год, что маловероятно, так как у нас никаких средств не хватит на призы и содержание танцоров. Они, конечно, приезжают – уезжают, но... это же все затраты!
– Скажите, а участники конкурса платят за участие?
– Только символические взносы! Ну, и конечно, костюмы за их счет!
– А где они проживают, пока участвуют в отборочных этапах?
– У нас организовано проживание в общежитии, его специально отстроили под конкурс, заранее, так как такое грандиозное мероприятие планировалось задолго до того, как началось. Общежитие небольшое, но очень удобное, и все могут там разместиться, мы же предполагаем, что кто-то убывает, кто-то прибывает...
– То есть как только пара не прошла отборочный тур – она обязана покинуть это общежитие?
– Да, пара берет билеты на обратную дорогу и выезжает, билеты должны быть взяты на ближайшие рейсы, чтобы... освободить места для проживания других участников.
– Итак, Марьяна и Александр неделю назад не прошли отборочный тур, верно?
– Да, все так!
– А есть свидетели того, как они выезжали из общежития?
– Конечно! В общежитии сидит управляющая, которая обязана выписать тех, кто уезжает...
– Я могу с ней встретиться и поговорить?
– Да, общежитие вон там, через забор, в нем есть калитка, пройдите туда, она вас встретит, я сейчас ей позвоню! И знайте, что от нас будет полное содействие, ведь... девушка к нам приехала выступать...
Киваю ему с благодарностью, выхожу из кабинета и думаю о том, что этот самый Карл совсем не похож на того, кто будет довольствоваться обычными кораллами. Ну, это так, шутка... Что-то мягко стелет мужичок и не поймешь – искренен он или... Видимо, прав Евгений Романович, заявляя, что я еще молода, и именно поэтому не умею пока «читать» людей.
Но самый важный вопрос даже не этот. Самый важный вопрос – почему Марьяна, которая должна была уехать неделю назад домой осталась в нашем городе, и что она делала всю эту неделю?!
Продолжение следует
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Ссылка на канал в Телеграм:
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034