Специально к 14 февраля мы собрали истории пар, которые вместе волонтерят.
Вера и Сергей
Волонтеры на благотворительных акциях по сбору помощи для подопечных фонда
— Меня с фондом познакомила коллега. Она рассказала, что нужны волонтеры на благотворительную акцию в гипермаркете «Глобус», и мы с мужем поехали на разведку. Это было летом 22-го года. Я помню, как мы вышли, и у меня были невероятные чувства. Акция была больше нужна нам в тот момент. Год был для нас очень тяжелым, и мы испытывали потребность делать что-то хорошее, — рассказывает Вера.
— Когда я села в машину после первой акции, то стала сразу звонить своей коллеге: «Люба, спасибо вам, что такое классное дело мне посоветовали». И с этого момента мы стали ездить с мужем, иногда даже с дочками.
У каждого свой функционал. Вера раздает листовки, Сергей раскладывает и классифицирует все то, что люди покупают и приносят на стенд. А девочки любят внутри магазина стоять и подсказывать, где что лежит и что лучше купить для подопечных.
— Когда мы только начинали ездить на акции, младшей было четыре годика, а старшей — 8 лет, так что они уже с такого возраста нам помогают. Обычно мы приезжаем утром на 3-4 часа. Вроде особо ничего не делаешь, но потом чувствуешь физическую усталость, как после ударного спортзала. А еще какой-то невероятный душевный подъем… Если честно, когда мы пропускаем акцию, то чувствуем себя не очень. Даже если на работе была сложная неделя, мы с мужем поддерживаем друг друга, чтобы обязательно ехать. Я работаю менеджером по продажам в компании, которая производит одноразовую посуду. Если вы летите рейсом «Аэрофлота», то с 90%-ной вероятностью будете есть приборами нашей компании. Муж работает в IT.
Как менеджер по продажам я нормально отношусь, если мне скажут что-то неприятное, и не принимаю это на свой счет. У меня есть ресурс достучаться до большого числа людей. Я могу долго и зажигательно что-то рассказывать и не боюсь отказов. В этом я эффективна. А Сереже важно, чтобы все было разложено по полочкам. У него такой склад характера, поэтому каждый максимально использует свои сильные стороны. Девочкам бывает тяжело, они же не привыкли, что кто-то может им отказать. Старшая очень расстраивалась поначалу, и я ей объясняла: «Мы же сеем добро, и оно необязательно прорастет прямо сейчас». Но нередко бывает так, что люди, которые не взяли листовку и как-то нагрубили, потом приходят к стенду с покупками для фонда. Девочки, расскажете тоже про акции?
— Мы помогаем сиротам, тем, кто болеет, кто в трудной ситуации оказался, — объясняет старшая дочка.
— Мы супергерои! — подытоживает младшая.
С мужем Вера познакомилась зимой 2009 года.
— Это очень смешная история. Я работала в Саратове в гостинице, а он приехал туда в командировку. Я сразу в него влюбилась и решила покорить своими знаниями. Я подрабатывала экскурсоводом и решила, что смогу так перед ним блеснуть. Тут стоит отметить, что у моего будущего мужа феноменальные знания по географии. Спросите у него столицу Буркина-Фасо или население Мали, и он тут же ответит. Но я же этого тогда не знала, поэтому я подошла к нему и сказала, что хочу показать ему город и провести экскурсию. А он в ответ стал задавать разные сложные вопросы по географии в духе: «А какая ширина реки в определенном месте?» Я растерялась и говорю в ответ: «Вы что хотите меня унизить?» У нас дома эта фраза уже стала мемом. Командировка у него была долгая, больше месяца, и в один из последних дней Сергей сделал мне предложение. Новый год мы уже встречали вместе в Москве. Свадьба была 1 июня, а осенью мы обвенчались. У нас есть даже артефакт, желтый чемодан, с которым Сережа приехал в ту командировку.
— Так это про вас написали сказку? — врывается в разговор младшая дочка.
— Какую сказку? — уточняет Вера.
— Про желтый чемоданчик.
— Не знаю такую сказку, Таюсик, надо будет обязательно прочитать.
Анна и Вячеслав
Волонтеры на благотворительных акциях по сбору помощи для подопечных фонда
Наше общее волонтерство в фонде началось с меня. Дочка выросла, уехала учиться в Европу. Муж тоже был постоянно в командировках. Я как-то осталась совсем одна, и мне захотелось кому-то помогать. Раньше я просто денежные средства перечисляла в фонды. А потом подумала, что деньги — это самое простое, что можно сделать. А вот попробовать своё время на это выделить — это совсем другое. Моя работа связана с финансами, но когда совсем молоденькой девочкой была, думала про пединститут. Мне всегда хотелось работать с малышами, и когда я стала выбирать, где волонтерить, то решила пойти туда, куда душа лежит. Нашла случайно наш фонд, в конце 2022 года прошла обучение и в феврале 23-го стала больничным волонтёром.
Сначала я ходила в паллиативное отделение в Морозовскую больницу, конечно, морально было очень тяжело. Потом стала ездить в Тушинскую. Там мне очень нравилось. Первым ребенком, за которым я ухаживала, была девочка 9 месяцев. У меня дочке на тот момент было уже 23 года. Я думала про себя: «Господи, 23 года прошло. Как я эту девочку на руки возьму?» Но как только взяла, сразу все вспомнилось: и как держать, и как кормить, и как укачивать. В основном были маленькие дети, как я хотела… Может, мне уже пора бабушкой становиться?
Потом так получилось, что детей из учреждений почти перестали привозить в Тушинку, и мое волонтерство стало сходить на нет. Но в чатах все время писали, что требуется помощь в «Глобусе» (гипермаркет, где проходят благотворительные акции по сбору помощи для подопечных фонда — прим.). И я мужу говорю: «Слушай, мне как-то одной туда далековато ездить, давай вместе? Посмотрим, что к чему». Честно говоря, я думала, он откажется, но он согласился. Через две недели нас опять позвали, и мы стали ездить на постоянной основе. У нас волонтерство начинается в 19 часов. Я на стенде дежурю, принимаю помощь и рассказываю про фонд. Муж помогает все упаковывать, а потом вместе едем на склад. Домой мы возвращаемся не раньше 10 вечера.
Акции проходят по субботам, и бывают случаи, когда в гости позовут или какие-то другие планы намечаются, я спрашиваю мужа: «Что делаем?» И он всегда говорит: «В “Глобус” надо ехать». Я могу иногда дать слабину, но он никогда. Пропускаем, только когда уходим в отпуск. Когда мы регистрируемся на акцию, нас часто записывают: Анна с мужем. Но у мужа тоже есть имя — Вячеслав. И он, наверное, даже больше участия принимает, потому что он же ведет машину, когда мы все отвозим на склад.
Прошлым летом я ездила без него. Мне машину загрузили до потолка, и вообще ничего не было видно, так что я могла ориентироваться только по зеркалам. Для меня уже это стресс. Когда я выехала на МКАД, перестал работать навигатор, а я без него ездить не умею. И получилось, что я ничего не вижу, потому что машина забита, да ещё и не понимаю, где еду. Но и этого оказалось мало. Пошёл жуткий ливень, страшный совершенно, с грозой. Еду, а в голове одна мысль: «Господи, а вдруг разобьюсь? Хотя я же делаю доброе дело, так что по всем правилам со мной ничего не должно случиться». Потом стала думать: «А вот если в меня сейчас кто-нибудь врежется, гаишник приедет, откроет машину, а она у меня вся завалена подгузниками и туалетной бумагой. И вот как ему объяснить, что происходит? Решит, что тетка какой-то склад грабанула». Но обошлось. Когда я все отвезла, дождь прекратился. Все снова было видно, и я почувствовала себя такой счастливой. Правда, без мужа больше так не ездила.
Мы с ним вместе с 1999 года. Работали в одном банке и познакомились на каком-то корпоративном мероприятии. В браке уже 26 лет. Нас очень сильно объединяет любовь к путешествиям. Мы объездили 40 стран, горы очень любим, недавно из Китая вернулись. Чуть больше года назад появилось ещё одно общее дело — волонтерство.
Наталья и Максим
Волонтеры в психиатрической больнице
— Мы познакомились в 2018 году. В интернете, но не на сайте знакомств, как можно подумать, а в комментариях под постом, — рассказывает Максим. — Начали общаться в июле, потом в сентябре Наташа приехала ко мне в Реутов из Тамбова, а в ноябре мы уже поженились. Поженились скромненько, но у нас есть интересный момент со свадьбой. Нам моя троюродная сестра подарила одну розу. И она до сих пор, с 2018 года, сохранилась и не опала.
Три года назад Максим с Натальей прошли обучение в фонде и стали волонтерами в психиатрической больнице.
— До этого мы закончили школу приемных родителей, но взять ребенка не смогли, потому что живем со свекровью, а она против. Вот и занялись в итоге волонтерством. Мне кажется, многие так думают: «Детей у нас нет, а хочется помочь». Вот и я тоже стала смотреть в интернете, может, где-то помощь как раз требуется. И наткнулась на фонд, — рассказывает Наталья.
Они выбрали волонтерство в больнице, потому что только туда Максим успевал с работы.
— Мой первый день был «посвящением в зэки». Я это так назвал. У меня даже фотка осталась, — вспоминает Максим. — Ко мне подошел ребенок и спрашивает: «Можно?» Я не успел ответить, как он взял мою руку и прям на пальцах буквы какие-то написал.
Волонтеры в психиатрической больнице разгружают медицинский персонал. Они собирают вокруг себя детей, общаются и играют с ними. Среди них есть и кровные, и приемные дети, и ребята из детских домов. Наталья и Максим считают, что учеба в школе приемных родителей им очень помогает в волонтерстве. А Максим даже советует проходить ее в целом всем родителям.
— У нас в храме настоятель говорил какую-то проповедь, и мне пришла такая мысль в голову, что всем будущим родителям, даже тем, кто планирует родить, нужно приходить в школу приемных родителей. Эта мысль пришла из-того, что современные родители, мне кажется, не понимают, что им нужно больше давать детям не что-то материальное, а свое внимание, общение, — объясняет Максим. Именно этого хотят дети от волонтеров.
— Даже если ты не знаешь, что делать, они сами подскажут, как играть, во что играть, как рисовать. Им важно само внимание. Был один мальчик, у него, видимо, память феноменальная. Он рассказывал мне про судостроение, про модели судов, причем в таких подробностях. Шпарил как энциклопедия. Бам-бам-бам-бам. Меня кто-то отвлек, а когда я освободился, он подошел и спрашивает: «Ну что, продолжим?» И опять: бам-бам-бам-бам. Еще как-то раз я принес ракетки для пинг-понга, потому что сам раньше занимался настольным теннисом и решил поучить ребят. И там был мальчик, у которого все время тряслись руки. Я не знаю, что у него было, я не разбираюсь в диагнозах. И вот он пытался чеканить мячик, но у него не получалось. Я взял его руку и стал чеканить вместе с ним, а потом смотрю, у него у самого стало получаться… Конечно, дети бывают разные. Некоторые могут начать что-то опасное делать, а есть очень спокойные.
— А бывает так, что смотришь на ребенка и не понимаешь, что он тут делает. Вот обычный же ребенок, — говорит Наталья. — Все они очень ждут волонтеров и радуются им. Для них это какое-то разнообразие, они понимают, что пришли именно к ним, что с ними поиграют. Не как медперсонал. Медперсонал, естественно, делает свою работу. А здесь дети знают, что будут именно им время уделять. Мне приятно, что я к ним прихожу. Мне нравится с ними общаться. Но я не чувствую, что делаю что-то такое особенное.
Наталья и Максим волонтерят не только в нашем фонде. Максим помогает при храме, в госпитале и в организации, которая занимается кормлением бездомных людей. Наталья помогает с кормлением и один-два раза в неделю ходит в кризисный центр для женщин с детьми в трудной жизненной ситуации. Она присматривает за ребенком, когда маме нужно сходить ко врачу или оформить документы.
— В какой-то момент я полюбил волонтерство, потому что благодаря этому я почувствовал себя целостным. До этого ты отработал часы, пришел домой, что-то приготовил, покушал, посмотрел телевизор — каждый день повторяется одно и то же. А здесь жизнь наполняется смыслом, — говорит Максим. — Вот есть служба, а есть служение. Служба — по обязанности, за это деньги получают: я работаю электромехаником по лифтам, Наташа — диспетчер в ЖКХ. А служение — от чистого, доброго сердца, когда человек хочет что-то сделать не по обязанности, а по зову души.