День Святого Валентина.
Моё сегодняшнее утро началось не с кофе и даже не с нежных слов на ушко. Оно началось с того, что я почувствовала на своей щеке нечто горячее и подозрительно напоминающее по текстуре куриную грудку.
Я приоткрыла один глаз. Прямо на моей подушке, вплотную к моему лицу, сидел Людвиг. Его уши-локаторы были развернуты в сторону кухни, а взгляд выражал крайнюю степень осуждения.
— Мать, ты время видела? — как бы спрашивал его затылок. — Имей совесть,у меня желудок к позвоночнику прилип!
Не успела я потянуться, как почувствовала на носу что-то мягкое и... немного пыльное. Это Олаф решил, что я заслуживаю самого дорогого. Он торжественно притащил мне мой собственный носок, который я потеряла ещё неделю назад. Олаф положил добычу мне на лицо и заурчал так громко, будто принёс мне как минимум ожерелье от Tiffany.
— Спасибо, солнышко, я тоже тебя люблю,— пробормотала я в носок. — Это именно то, о чём я мечтала.
Тут из гостиной донёсся звонкий «дзынь!». Я зажмурилась. Узнала этот звук. Это,видимо, младшенькая проводила праздничную инспекцию поверхностей. Судя по звуку, пустая ваза, которая неправильно(по мнению Тоси)стояла на комоде, наконец-то обрела покой на полу. Тоська заглянула в спальню с абсолютно невозмутимым видом:
— Не благодари. Ваза совершенно не вписывалась в интерьер этого прекрасного утра.
И тут наступил финальный аккорд. На мою голову приземлилось Фелиция. Она решила, что мне пора придать праздничный образ. Онаначала неистово тереться о мои волосы, мурча как промышленный миксер. Через пару минут я почувствовала, что моё лицо, подушка и даже подарочный носок от Олафа покрылись ровным слоем Филиной шерсти.
Итог праздничного утра:
1. Я стою в пижаме, вся в шерсти Фелиции.
2. Людвиг орёт дурным голосом, требуя двойную порцию за моральный ущерб от голодания.
3. Олаф пытается отнять у меня носок, чтобы подарить его мне ещё раз.
4. Таисия сидит на диване и с интересом наблюдает, как я пытаюсь не наступить на осколки вазы.
Я вздохнула, посмотрела на эту банду и поняла: вот оно, настоящее счастье. Пусть и с запахом кошачьего корма вместо дорого парфюма и с носком вместо валентинки.
— Ну что, купидоны хвостатые, пошли на кухню? — спросила смеясь.
Ну и пусть нет роз и ресторанов. Зато у меня есть четыре самых искренних сердца, которые любят меня просто за то, что я умею открывать пачки с кормом.
— С праздником нас, банда, — сказала я, наливая себе кофе.
Людвиг в ответ только хрустнул кормом. Это на его языке означало: «Ладно, ма,сегодня ты тоже моя валентинка».
