Президент Франции Эммануэль Макрон выступил с речью на Мюнхенской конференции по безопасности

Президент Франции Эммануэль Макрон выступил с речью на Мюнхенской конференции по безопасности.

Часть седьмая.

Как видно, задач перед нами много. И я хотел бы завершить следующим. Мы должны проявлять твёрдость и последовательность в поддержке Украины. Мы должны чётко определить долгосрочные интересы европейской безопасности в нашем регионе и создать инструменты влияния для их защиты. Одновременно нам необходимо укреплять наши демократии и уверенность в себе.

Это непростые задачи, но сейчас именно тот момент, когда нужна смелость. Сейчас время сильной Европы. Европы, которая ясно и без колебаний поддерживает Украину и формулирует условия устойчивого мира. Европы, которая чётко определяет свою позицию в отношении России и формирует собственную архитектуру безопасности, снижая риски, связанные с прежними моделями зависимости.

Такая Европа станет надёжным партнёром для Соединённых Штатов — партнёром, который берёт на себя справедливую долю ответственности. Партнёром, которого уважают. И нас должны уважать.

Мы уже многое сделали и сделаем ещё больше. И мы будем идти этим путём. Я хочу напомнить, что с самого начала французское ядерное сдерживание имело европейское измерение. Генерал де Голль ещё в 1960-е годы говорил о том, что одним из жизненно важных интересов Франции является безопасность Европы. В этом нет ничего нового. Все мои предшественники подтверждали этот подход. Но именно сейчас — и для меня это стало очевидно ещё в 2019 году, после одностороннего выхода США из Договора о РСМД — стало ясно, что нам необходимо заново выстраивать европейскую архитектуру безопасности. Та система была создана в условиях холодной войны и больше не соответствует нынешней реальности.

Сегодня мы полностью сосредоточены на поддержке Украины — и это правильно. Но новая архитектура безопасности должна стать частью долгосрочного мирного урегулирования. В этом контексте необходимо учитывать весь спектр возможностей: национальные военные потенциалы, а также возможные общеевропейские инструменты. Речь идёт, в частности, о возможностях нанесения высокоточных ударов большой дальности. Я упоминал об этом не случайно: подобные возможности важны для поддержания стратегического баланса и доверия в диалоге с Россией, поскольку у неё такие средства имеются. Чтобы вести предметный и равноправный диалог, иногда нужно сначала укрепить свои позиции. Переговоры могут привести к сокращениям, но начать их можно только с позиции силы.

В этом контексте необходимо переосмыслить и ядерное сдерживание. Мы уже работаем над соответствующей концепцией и в ближайшие недели представим её более подробно. Мы начали стратегический диалог с канцлером Германии, а также с рядом других европейских лидеров, чтобы определить, каким образом наша национальная доктрина, закреплённая Конституцией, может быть интегрирована в формат особого сотрудничества — через совместные учения и общие интересы безопасности с ключевыми партнёрами.

Впервые в истории мы ведём такой диалог с Германией. И для меня это имеет принципиальное значение. Это не только обсуждение ядерного сдерживания как такового, но и формирование целостного подхода к обороне и безопасности. Это шаг к сближению стратегических культур Франции и Германии — и я считаю это фундаментальным элементом нашего будущего курса.

Кроме того, мы ведём конкретный диалог с Великобританией как ещё одной ядерной державой. В Нортвуде несколько месяцев назад мы завершили работу над новым соглашением, направленным на углубление сотрудничества. И ряд европейских лидеров уже осведомлены о ходе этих обсуждений.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE