Поздним вечером в больницу поступает Жуан Престес Филью, рыбак средних лет, в таком состоянии, что это кажется невероятным: его кожа слезает с тела, как расплавленный воск, обнажая мышцы и кости. Никто не может понять, что с ним произошло.
В тот вечер Жуан не стал участвовать в карнавале, предпочтя спокойную рыбалку в компании друга. На обратном пути они разделились на перекрестке, и Жуан поехал один по грунтовой дороге, которая шла вдоль леса и старой шахты. Он знал этот маршрут наизусть, но на этот раз его что-то встревожило: его не покидало ощущение, что за ним наблюдают, и оно было настолько сильным, что он пришпоривал лошадь до самого дома.
Дверь была заперта, как и договаривались с женой, но он смог проникнуть в дом через приоткрытое окно. Не раздумывая, он ворвался внутрь и тут же захлопнул окно. Но тревога не утихала. Обернувшись, он увидел за стеклом темную фигуру. Мгновение спустя яркий свет ударил его прямо в лицо.
С этого момента история обрывается. Жуан с криками выбежал из дома, завернувшись в одеяло, и босиком помчался по пустынным улицам. Он добежал до дома своей сестры Мари, которая не пришла на праздник. Открыв дверь, он увидел перед собой неузнаваемого человека: стеклянные глаза, шипящий голос, окровавленные ноги, кожа на лице слезает, обнажая зубы. Жуан смог произнести только одно слово: «Гори».
Мари сняла с него одеяло, думая, что он горит, но его одежда была цела. Через несколько минут лицо Жуана стало багровым, затем отек распространился на грудь и руки. Шериф и врач, которые тоже остались в городе, поспешили на помощь. Пока они пытались привести его в чувство, Мари вернулась в дом брата: никаких следов пожара, никакого запаха гари, никаких горящих свечей. Все было в полном порядке.
Тем временем тело Жуана начало меняться. Набухшие пузыри лопнули, обнажив кости, а плоть отслоилась, как будто сварилась. Его погрузили в пикап и отвезли в ближайшую больницу, где врачи, беспомощно разводили руками, могли лишь давать обезболивающие. Именно тогда Жуану между приступами боли удалось описать то, что он видел: фигуру, парящую в темноте, внезапную вспышку и мгновенное ощущение жжения. Он сказал, что то, что его поразило, было не от мира сего.
Он умер через четыре часа, официально — от сильных ожогов. Но никто не мог объяснить, почему его одежда не пострадала и как ожоги распространились так быстро. Выдвигались самые разные версии: мифические существа вроде боитаты, инопланетяне, экспериментальное оружие, воздействие едких веществ, духи шахт. Наиболее рациональные объяснения указывали на токсичные газы или редкие электрические явления, но ни одно из них не объясняло все детали.
Этот случай не был единичным. В 1970-х годах в том же регионе произошли и другие подобные инциденты, которые привлекли внимание бразильских военных. Они начали расследование, но так и не пришли к официальным выводам. Спустя десятилетия смерть Жуана Престеса Филью остается одной из самых тревожных загадок в истории Бразилии: это событие не вписывается ни в одну из известных категорий, балансируя между суевериями, наукой и чем-то, что никто так и не смог по-настоящему определить.