Командира разведывательно-штурмового отряда спецназа «Ахмат» Аида давно называют легендой фронта. Это один из самых известных военных на переднем крае боевых действий. Сейчас его отряд воюет на Сумском направлении. Аид рассказал в интервью NEWS.ru о сроках освобождения Сум, обучении новобранцев, своей книге, героизме бойцов, а также о телевизионном шоу «Выжить в Стамбуле» на ТНТ.
Что Аид сказал о возможных сроках освобождения Сум
— Недавно в Telegram-канале «Зов Аида» вы раскритиковали телешоу «Выжить в Стамбуле» на ТНТ. Почему предложили телевизионщикам альтернативный вариант — «Выжить в Сумах»?
— Обычно на фронте нет времени смотреть телевизор. Мы случайно увидели отрывок из телепроекта и были шокированы. Как можно снимать развлекательное шоу в стране НАТО и транслировать его на публику?
Сняли бы программу о том, как выжить в Якутске, например. Тоже было бы интересно, там примерно минус 60. Или «Выжить в Сумах». Это было бы логичнее.
— Можно ли сейчас говорить об осязаемых сроках освобождения Сум? Остались ли в городе мирные жители, они ждут ВС РФ?
— Я думаю, что в середине этого года [российские военные могут взять город]. Продвигаемся. Сумы — это крупный населенник. Территория города — 96,8 квадратного километра. В нем еще есть мирные жители. Зная киевский режим, мы понимаем, что их никогда не эвакуируют, для ВСУ это живой щит. Будут держать так, как мирных жителей в Судже и в других населенных пунктах, для них это нормальная практика.
Ждут ли мирные жители нас и как встретят, увидим. Так или иначе с той стороны есть люди, которые нам предоставляют информацию, сообщают о передвижениях украинской армии. Они есть и в Харьковской области, и в Сумской. Помогают с безумным риском для себя. Можно себе представить, что значит попасться эсбэушникам из-за сотрудничества с Россией. Но люди помогают, не щадя себя.
— Под Сумами встречаются наемники?
— Конечно. Очень много латиноамериканцев, слышим их речь. Это странно — обычно они не любители воевать зимой, а здесь их закинули в этот период года. Чтобы наемники не слишком сильно мерзли, мы их «согреваем» дронами. Думаю, им тепло.
Как Аид готовит новобранцев
— Какая защита от дронов самая эффективная?
— Мы пытаемся создавать эшелонированную оборону от дронов. Это посты визуального контроля неба, мобильные огневые группы, а также радиоэлектронная разведка. И дроны-детекторы, и РЭБ, и ружья. Например, оптоволокно не попадает ни под радиоэлектронную разведку, ни под дроны-детекторы. Сбиваем беспилотники как можем, придумываем способы противодействия.
— В ваш отряд периодически прибывает новое пополнение. Чему учите бойцов в первую очередь?
— Я разработал методику подготовки личного состава — сейчас проходим тестовую обкатку. Пишу кандидатскую диссертацию о методологии подготовки личного состава подразделений специального назначения. Буду защищать ее в этом году.
Мы берем молодых ребят без боевого опыта, преподаем тактику, огневую, физическую, медицинскую, инженерно-саперную подготовку, снайперское и диверсионное дело, а также разведдеятельность. Потом начинаем планово вводить их в боевые задачи. Это выезд на позиции — артиллерию послушать, калибры различать, азимут определять, направление. Потом небольшие боевые выходы. Пока что эксперимент проходит удачно, ребята показывают отличные результаты.
Они даже более мотивированы, чем если бы их распределяли в уже готовые отряды.
— Вы сразу видите талантливого воина?
— Это невозможно определить с первого взгляда. Сначала мы узнаем его пожелания, как он себя видит. Затем ты как командир его раскрываешь. Может быть, он великолепный разведчик, снайпер или талантливый пилот БПЛА. Применение найдется абсолютно любому человеку. Главное — понять сильные и слабые стороны, уже из этого исходить.
— За какой срок можно увидеть талант у бойца? Месяц, два, полгода?
— Двух месяцев хватит. После поступления к нам бойцы месяц проходят переподготовку, и уже более-менее понятно, кто на что способен. Волевые и усидчивые идут в штурмовики, разведчики и снайперы. Те, кто хорошо разбирается в современных технологиях, — в радиоэлектронную разведку и БПЛА-службу.
— Вы принимаете совсем юных?
— У меня были разведчики в возрасте 19–20 лет. Самому молодому сейчас 22 года. Самый старший — 1961 года рождения: автослужба, великолепный механик. Чинит все что угодно из подручных средств. С этим расчетом его и брали.
«Каждый человек должен овладеть военной специальностью»
— С какого возраста, на ваш взгляд, нужно обучать молодежь военному делу?
— Раньше в школах был предмет, сейчас его восстанавливают, — начальная военная подготовка (НВП). Обучали владению автоматом, стрелковым оружием, использованию средств защиты.
Когда я учился в школе, нас возили в рамках НВП на полигон Кантемировской дивизии, где мы стреляли из автоматов Калашникова. Это входило в обучение. Поэтому с 9-го класса мы были с автоматом на ты. И соревнования проходили, и марш-броски в противогазах с автоматами. Нам это нравилось. Потом этот предмет почему-то убрали из школьной программы.
Я знаю, что в некоторых школах открыли кружки БПЛА. Это очень правильное решение. Молодые ребята, помешанные на гаджетах, — великолепные пилоты в будущем. Это надо развивать. Нужна нормальная начальная военная подготовка.
Как бы мы ни критиковали страны НАТО и Штаты, у них есть такая прекрасная штука, как скаутское движение. Любой скаут — это потенциально отличный солдат в будущем: умеет ориентироваться на местности и владеет оружием.
У нас далеко не все солдаты знают, как без спичек добыть огонь. А там дети владеют этими навыками со школьного возраста. Нам тоже нельзя в этом отставать. Каждый человек должен быть подготовлен. То, что сделали срочную службу без призывов — осеннего и весеннего, — очень правильное решение. Так и должно быть, причем давно.
Сейчас все обязаны овладеть той или иной военной специальностью. Мы перешли в тяжелую эру и должны быть готовы сражаться.
О чем Аид написал в своей книге
— Какие фильмы о войне вы бы порекомендовали показывать молодежи?
— Советскую классику — «А зори здесь тихие», «В бой идут одни „старики“», «Офицеры» — надо переснимать ленты на современный манер. Но молодых людей сейчас не заставишь смотреть старые фильмы.
Нужно пробудить в них желание смотреть новые фильмы по мотивам старых. Снять ленты, которые будут лучше работ советских режиссеров, непросто. Но тогда это вопрос к современным режиссерам — как снимать кино, чтобы его хотелось смотреть и пересматривать.
— Вы пишете книгу — когда она выйдет?
— В феврале — марте. Это автобиографический роман о специальной военной операции моими глазами с момента прибытия. Я приехал в 2022 году старшим снайпером специальной роты. В книге рассказывается обо всем пути моего становления и всех моих ребят. Я пишу в том числе о погибших, делюсь своими воспоминаниями о них.
Это история становления группы Аида как подразделения, жизнь на фронте как она есть. Книга поделена на три части. Первая — до курского вторжения. Вторая — август 2024-го, она посвящена курской кампании до момента нашего убытия для освобождение Демидовки. Третью часть пишу здесь и сейчас, она закончится взятием Сум.
— Что для вас означает героизм на фронте?
— В соседней комнате находятся доска памяти, фотографии и имена 20 моих погибших человек, из отряда Аида. Вот это лицо героизма, каждый из них. Им не одну книгу надо посвятить. Живые ребята тоже герои. Героизм перед нами.
— Как общество может и должно сохранять память об ушедших бойцах?
— Во-первых, это должны делать регионы, откуда герои прибывали на фронт. Переименовать улицы в их честь, рассказывать о них в школах, делать мемориальные доски.
Ребята отдали самое ценное, что у них было, — свою жизнь на благо Родины. Забыть их подвиг будет кощунством, мы не имеем на это права. Я как командир могу упоминать о них, описать в книге, сделать доску памяти. Власти регионов должны проявить участие, чтобы герои, шагнувшие в вечность, не были забыты.
Читайте также:
«Бойцы СВО чувствуют их пафос»: депутат о Киркорове, Михалкове и иноагентах
«Мы вышли злые и черные». Под Суджей было две трубы: правда героев операции
«Не стоит бояться смерти»: кореец об СВО, подбитых танках и Зеленском
«Вражеские дроны его добили»: боец СВО Горец о потерях, ранении и Зеленском
«Настроение Зеленского зависит от дозы»: Алаудинов о ВСУ, Судже и «Потоке»