Истории любви, тем более счастливой, между подопечными ПНИ единичны. В то же время их обитатели также нуждаются в близком человеке, как и остальные, обращают внимание специалисты. Ко Дню влюбленных АНО «Служба защиты прав», которая работает в психоневрологических интернатах Нижегородской области, выпустила фильм о том, как строит отношения пара, которая живет в закрытом учреждении уже 11 лет и мечтает выйти в свою самостоятельную семейную жизнь. Пока их история — пример скорее уникальный. Как в закрытых учреждениях появляются семьи и почему это такая редкость — в материале «Известий».
Как живет семейная пара в ПНИ
В фильме «Быть вместе», который выпустила АНО «Служба защиты прав», рассказывается о жителях Автозаводского ПНИ — Людмиле и Леониде.
Людмила и Леонид вместе уже 11 лет. Недавно у них появилась возможность строить совместный быт в своей отдельной комнате интерната. Это редкость для России: в ПНИ, как правило, мужчины и женщины живут в разных отделениях и встречаются только в коридорах или столовой. Так было и в Автозаводском ПНИ до смены руководства.
Директор интерната Андрей Пануров работает около двух лет. И когда к нему пришли Леонид и Людмила и спросили, можно ли им жить вместе, он ответил утвердительно.
Сейчас Людмила официально трудоустроена в самом интернате, а Леонид работает за его пределами, в «Ашане» (он дееспособен, у Людмилы такого статуса пока нет). Они могут жить в одной комнате в интернате, но мечтают об отдельной квартире, тем более что собственность у них есть.
Над этим уже работают и сами влюбленные, и «Служба защиты прав», и интернат: выход из учреждения планируется в рамках сопровождаемого проживания. Паре только предстоит научиться жить самостоятельно. Но, пояснили в «Службе защиты прав» «Известиям», сначала Людмиле нужно восстановить дееспособность. По этой же причине их отношения пока не зарегистрированы, однако это уже семья. В фильме показывают их жизнь в течение двух дней: будничную — в первый и праздничную — во второй, когда Леонид готовит для Людмилы сюрприз на день рождения.
Сейчас служба и интернат уже запустили процесс возвращения дееспособности. Людмиле предстоит освоить все необходимые бытовые навыки и пройти экспертизу.
Можно ли создать семью в ПНИ
Директор БФ «Жизненный путь» Марина Быкова пояснила «Известиям», что люди, лишенные дееспособности, не могут заключить брак даже с согласия опекуна — это прописано в ст. 14 Семейного кодекса РФ.
— Для того чтобы заключить брак официально, нужно добиться восстановления хотя бы ограниченной дееспособности. Это, к сожалению, верно как для жителей ПНИ, так и для тех, кто живет дома, — сказала собеседница «Известий».
По словам юриста РБОО «Центр лечебной педагогики» Елены Заблоцкис, это объясняется тем, что при заключении брака появляются и юридические последствия: режим совместной собственности супругов, наследования и т.д.
— Но это не отменяет права человека на личную жизнь и вступление в личные отношения. Это никакими нормами не запрещено и не ограничено. Другое дело, что о реализации этого права говорить сложно, когда речь идет о недееспособном человеке. Потому что главное опасение заключается в том, что состоянием человека будут злоупотреблять, а в обязанности опекуна входит забота о благополучии подопечного. Жизнь недееспособного человека ограничена мнением опекуна, а в домах социального обслуживания обязанности опекуна исполняет сам дом, — отметила собеседница «Известий».
Директор АНО «Служба защиты прав» Екатерина Кантинова пояснила «Известиям», что в ПНИ Нижегородской области 75% проживающих лишены дееспособности полностью или же частично — такая ситуация наблюдается во многих регионах страны.
— Разница лишь в том, что дееспособные и ограниченно дееспособные люди могут официально вступать в брак, а полностью недееспособные — нет. Но даже отсутствие зарегистрированных отношений не может быть помехой для совместного проживания, — заметила она.
По ее словам, если в интернатах есть возможность разместить пару в одной комнате и оба проживающих этого хотят, а руководство их поддерживает, то с юридической стороны здесь нет никаких препятствий. В приказе Минтруда РФ от 24.11.2014 № 935н указано, что учреждение должно предоставлять комнаты для совместного проживания семьям, узаконившим отношения. Однако и запрета на проживание пар, которые встречаются «без штампа», там нет.
Но даже дееспособным людям в ПНИ тяжело добиться права на полноценную совместную жизнь, говорит Марина Быкова. Люди в интернатах часто влюбляются и образуют пары, но жить приходится на разных этажах, а иногда и в других корпусах, потому что в некоторых ПНИ мужские и женские отделения находятся в разных зданиях. Встречи — только в общих помещениях или на улице.
— Хорошо, если у пары есть право выхода с этажа или на улицу, но иногда нет и этого. К сожалению, правило здесь — отсутствие возможности для любви, а такие счастливые истории [как у Леонида и Людмилы] — пока редкость и исключение. Хотя потребность найти своего человека, влюбиться, чувствовать тепло у людей в интернатах огромная, — подчеркнула Марина Быкова.
Может ли у жителей ПНИ родиться ребенок
Еще сложнее ситуация становится, если женщина в паре забеременеет: оставить ребенка в интернате очень трудно, если не сказать невозможно. В абсолютном большинстве ПНИ жизнь мамы с ребенком не предусмотрена.
Елена Заблоцкис пояснила, что прямого ограничения на личное воспитание своего ребенка недееспособным в законе нет, но вопрос о том, способен ли такой родитель лично заботиться о ребенке, рассматривается органами опеки и попечительства — они могут ограничить родительские права в судебном порядке. Обычно в таких случаях либо второй родитель заботится о ребенке, либо родственники оформляют опеку.
— А в стационарных организациях социального обслуживания, если недееспособная — да даже дееспособная — жительница рожает, то ребенка с ней разлучают и помещают в организацию для детей, — сказала она «Известиям». — Объясняется это тем, что в интернатах для взрослых нет возможности создать условия для воспитания ребенка.
Выходом в такой ситуации может стать развитие сопровождаемого проживания, когда семья выходит из интерната и живет в учебно-тренировочной квартире под присмотром соцработников, психологов и других специалистов. Для участия в таком проекте люди должны быть дееспособны хотя бы частично, говорит Екатерина Кантинова.
Впрочем, и такие истории случаются.
Одна из них, например, была описана в марте 2021 года в журнале «Семья и дети»: из ПНИ в Ленинградской области удалось выйти семейной паре, причем втроем — с новорожденной дочкой.
Оба были инвалидами детства. Несмотря на дееспособность, супруга жила в интернатах всю жизнь, а ее муж — с 18 лет. В ПНИ они и встретились и полюбили друг друга. С разрешения главврача связали себя узами брака и стали жить в отдельной комнате интерната. Врачи считали, что Татьяна по состоянию здоровья не может иметь детей, однако это оказалось не так, и когда обнаружилась беременность, аборт уже делать было нельзя.
Когда Татьяна родила, встал вопрос, что делать, потому что младенцы в ПНИ не предусмотрены. Но и забрать его было нельзя — оба родителя дееспособны. Тогда ребятам помогла АНО «Партнерство каждому ребенку», которая разместила родителей и их ребенка на сопровождаемое проживание в так называемую профессиональную семью — форму семейного устройства для детей-сирот. Спустя несколько лет супруги отправились жить в свою отдельную квартиру — и к тому моменту у них было уже две дочки и обычная семейная жизнь.
Как к отношениям относится руководство ПНИ
Елена Заблоцкис отметила, что в целом по проблеме отношений в интернатах ведутся острые дискуссии.
— Где та грань вмешательства в жизнь человека, кто и как принимает решение? Мы видим отдельные примеры благополучных личных отношений людей, признанных недееспособными: как одного из пары, так и обоих, — отметила она. — А среди недееспособных есть люди, которые до признания недееспособными долго состояли в браке и часто после признания недееспособными продолжают в нем состоять, — никто массово не идет прекращать брак, хотя риски тоже есть.
Она подчеркивает, что недееспособный человек тоже «чувствует, желает любви и отношений». Самый простой способ решения потенциальных проблем — это подавлять чувства и желания, и это случается чаще, чем ситуации, когда супружеским парам в стационарной организации социального обслуживания выделяют изолированное помещение для совместного проживания, хотя это и предусмотрено законом.
Юрист проекта «Народного фронта» «Регион заботы» Александр Гаганов отметил, что сейчас рождение ребенка в ПНИ — единичная практика.
— И это наводит на определенные мысли. Логично предположить, что количество детей, рожденных в ПНИ, должно быть примерно таким же, как в среднем в аналогичной популяции, однако этого не происходит, — заметил собеседник «Известий».
По его словам, основное бремя здесь ложится на женщин: например, они принуждаются к установке внутриматочных спиралей — это самый простой для интерната и относительно надежный метод контрацепции. А при выявлении беременности женщин правдами и неправдами склоняют к абортам.
Впрочем, по крайней мере в Нижегородской области руководители ПНИ всё чаще уходят от старых решений, задавая новый вектор — ориентир на человека и его потребности, говорит Екатерина Кантинова.
— Если директора и сотрудники понимают, что оба проживающих хотят жить вместе, всё происходит по добровольному согласию, есть возможность разместить их в одной комнате — руководство помогает им осуществить это желание. Проживающим очень важно иметь свое пространство, внутреннюю опору, — сказала она.
«Мы тоже люди»
В фильме «Мы вместе» у Леонида и Людмилы спросили, что бы они могли сказать людям вне интерната.
Влюбленные были единодушны:
«Чтобы не смотрели на нас косо. Что не такие уж мы плохие. Мы тоже люди, пусть и живем в интернате. У нас такое же сердце, как у вас».