Сказ о царевиче Якале и Марье-Искуснице.
Жил-был в некотором царстве, в некотором государстве (а именно — в двушке на окраине) муж по имени... да хоть Иван. Но в народе прозвали его Якала.
И была у него жена — Марья. Не царевна-лягушка, а вполне себе земная женщина, программист или, скажем, финансовый аналитик. Работала много, но с душой, за что ей платили золотом немереным.
И был у них быт. И была у них семья.
Каждое утро Якала просыпался, смотрел на потолок и начинал:
— Я! Опять я должен всё решать! Я сегодня посуду вчера помыл (ту самую, что три дня стояла), я розетку починил (хотя она и не ломалась), я вообще — единственный, кто тут шарит!
Марья молча собиралась на работу. Варила кофе (Якала кричал из комнаты: «Кофе? Опять я буду пить эту бурду?!»). Марья оставляла ему завтрак (Якала кричал: «Я что, сам не могу яичницу пожарить? Я вообще-то мужик!»). Но не жарил.
Вечером Марья приносила в дом не только зарплату, но и продукты. Якала сидел в кресле и вещал:
— Я устал. Я целый день думал. Я за вас обоих переживаю. Вы без меня никто!
Марья кормила его ужином. Якала жевал и продолжал:
— Мясо пересолила. Вот я бы сделал — пальчики оближешь. Я вообще всё могу, но вы меня не цените.
И так день за днём. Месяц за месяцем. Год за годом.
Якало росло в размерах, а Марья... уставала. Не физически — душевно. Слова мужа были как мелкий дождь: не убьют, но до костей пробирают.
И однажды Марья поняла: её сердце стало тихим. В нём не осталось ни обиды, ни зла. Только лёгкая грусть и... пустота.
Она собрала небольшой чемоданчик, посмотрела на Якалу, который в тот момент вещал в пустоту (думая, что она на кухне): «Я! Я тут главный! Без меня всё рухнет!», — и тихо закрыла за собой дверь.
Якала, обнаружив пропажу, сначала не поверил. Потом разозлился:
— Я? Я без неё? Да я лучше заживу! Я теперь сам себе хозяин!
***
Прошло много лет.
Марья... О, Марья не просто выжила. Она расцвела. Словно у неё за спиной выросли крылья, которые раньше были придавлены тяжелыми словами «Я, я, я».
Она встретила человека. Не Якалу, а просто хорошего мужика, который любил говорить «МЫ» и «ТЫ». «Мы починим забор?», «Ты отдохни, я сам», «Как твои дела, солнце?».
У них родились дети. Марья открыла своё дело (тот самый финансовый консалтинг для заморских купцов). Купила дом у озера. Каждое утро она пила кофе в тишине или под приятную болтовню мужа о всякой ерунде, и на душе у неё было тепло и легко.
Она была счастлива. Просто, глубоко, по-настоящему. Потому что её любили делом, а не словами.
А что же Якала?
А Якала так и сидел в той самой двушке. За годы он сменил несколько работ — везде его увольняли, потому что он много говорил и мало делал. Мебель, которую он когда-то гордо «чинил», развалилась окончательно.
К нему иногда заходили соседи. Он встречал их на пороге, всё такой же (только более лысый и с брюшком), и с порога начинал:
— Вот я! Я если бы тогда... Я бы ей показал! Я вообще один тут всё тяну! Я и посуду мою (раз в месяц), я и за коммуналкой слежу (когда отключают свет). Я — жертва! Я — герой!
Но в его пустой квартире пахло плесенью и одиночеством. На плите давно никто не готовил, потому что «готовить — это бабское дело, а я, между прочим, мужчина!». В холодильнике гулял ветер.
И так и жили они в параллельных мирах: она — в мире, построенном любовью и делами, он — в мире, который сам же и выдумал, где он был вечным «пупом земли», вокруг которого никто не хотел вращаться.
***
**Мораль сей басни (или сказки):**
Есть два типа людей: те, кто создаёт уют своими руками, и те, кто создаёт шум своими словами.
Шум затихает, как только закрывается дверь.
А уют остаётся навсегда.
Много говорить о себе — легко.
Тихо делать для любимых — искусство.
Так что выберешь ты сегодня: стать эхом в пустой комнате или тёплым светом в доме, куда всегда хочется возвращаться?
