Многие знают про д’Артаньяна, героя серии историко-приключенческих романов Александра Дюма-отца. Впервые он появляется в книге «Три мушкетёра», в следующих книгах цикла описывается его дальнейшая жизнь, карьерный рост. В конечном счёте он получает чин маршала и всего через день гибнет в сражении.
Конечно, книжный д’Артаньян имел реальный прототип. Он был младше своего книжного прототипа и с кардиналом Ришелье не пересекался, а его военная карьера началась уже позже описанных в романе событий. Каким же он был, этот граф-самозванец д’Артаньян?
Исторического д’Артаньяна звали Шарль де Бац де Кастельмор д’Артаньян. Он родился около 1611 года в Гаскони, на юго-западе Франции, в небогатой дворянской семье. Отцом его был Бертран де Бац, сын мещанина Пьера де Баца, присвоившего себе после женитьбы на Франсуазе де Куссоль дворянский титул; отец Пьера де Бац — Арно Бац — купил в графстве Фезензак Кастельморский Замок, принадлежавший ранее аристократическому роду Пуи. По отцу Шарль был мещанином, а ему, чтобы попасть в мушкетёры, нужно было знатное происхождение. И для этого он решается назваться девичьей фамилией его матери. Вскоре право носить фамилию д’Артаньян ему дарует сам король.
Как и литературный герой, он действительно отправился в Париж искать славы. И действительно стал мушкетёром.
Имя, подаренное королём
В архивах королевских генеалогов д’Озье и Шерена сохранилась примечательная запись: сам Людовик XIII пожелал, чтобы кадет гвардии Шарль де Бац носил имя д’Артаньян — в память о заслугах его деда по материнской линии.
Это был не просто красивый жест. Таким образом молодой гасконец получал право именоваться фамилией, принадлежавшей куда более знатному роду Монтескье-Фезансаков. Для провинциального дворянина это открывало блестящие перспективы. Он сумел пробиться в элитные воинские подразделения Франции, что сулило ему славу и богатства.
Покровительство де Тревиля и первые шаги
Попасть в мушкетёры было не так просто. Провинциальному дворянину требовалось или доказать свою храбрость, или отслужить в менее престижном подразделении. В этот раз за него похлопотал земляк и друг семьи — капитан-лейтенант де Тревиль, командир роты мушкетёров. Разумеется, гасконцы держались друг за друга — и это было важнее любых протекций при дворе. Тем не менее, де Тревиль кого попало не рекомендовал в кадеты, тем более, в мушкетёры.
В 1644 году д’Артаньян поступил в роту королевских мушкетёров. Вместе с ним начал службу и Франсуа де Монтлезан — будущий губернатор Бастилии. Но эпоха была тревожной: интриги, борьба за власть, гражданские войны.
Человек Мазарини
Когда в 1646 году мушкетёрская рота была расформирована, д’Артаньян не остался без дела. Недолго думая, он решил принять протекцию кардинала Джулио Мазарини.
Служба при Мазарини была школой политического выживания. Во время Фронды кардинал оказался в изгнании, и д’Артаньян последовал за ним в 1651 году. Опальный кардинал, оставшись не у дел, внимательно следил за тем, кто отправился вместе с ним, кто продолжает с ним переписку. Д’Артаньян не подвёл своего патрона, и тот вскоре вознаградил его за преданность.
В 1652 году д’Артаньян становится лейтенантом французской гвардии. В 1655-м — покупает капитанский чин (по тем временам это была обычная практика), заручившись поддержкой сторонников Мазарини.
Серые мушкетёры
В 1657 году рота королевских мушкетёров была восстановлена. Это были знаменитые «серые мушкетёры» — так их называли из-за серых попон на лошадях.
Д’Артаньян занял должность второго лейтенанта, фактически заместителя командира. Формально ротой командовал племянник Мазарини, а номинально — сам король. Реальное руководство легло на плечи гасконца.
При Людовике XIV он становится не просто офицером, а доверенным лицом. Ему поручают дела, требующие абсолютной преданности и решительности.
Арест, который вошёл в историю
Самый громкий эпизод его карьеры — арест Николя Фуке.
Фуке, блистательный и амбициозный министр финансов, устроил в своём замке Во-ле-Виконт роскошный приём, затмивший королевский двор. Говорили, что каждый гость получил в подарок лошадь. На гербе хозяина красовался дерзкий девиз: «Чего я ещё не достигну?»
Король увидел в этом вызов.
4 сентября 1661 года в Нанте Людовик XIV лично передал д’Артаньяну приказ об аресте Фуке. Гасконец потребовал письменного распоряжения. Замахнуться на власть такого человека, как Фуке, вряд ли бы кто отважился, и потому офицер решил сначала удостовериться в серьёзности намерений короля, чтобы не пасть жертвой чужих интриг. Король согласился и выдал уже письменное распоряжение. Теперь оставалось самое сложное - взять опального министра в плен.
На следующий день он с сорока мушкетёрами попытался задержать министра при выходе из королевского совета. Фуке попытался скрыться, но д’Артаньян нагнал его у Нантского собора.
Арест состоялся.
В течение пяти лет именно д’Артаньян руководил охраной Фуке — от Анже до Венсенского замка, а затем до Бастилии. Это была миссия доверия, а не шпаги. Фуке остался за решёткой до конца жизни.
Граф «по обстоятельствам»
После дела Фуке его положение при дворе укрепилось окончательно.
С 1665 года в документах его начинают именовать «графом д’Артаньяном». В одном из договоров он даже подписывается как «кавалер королевских орденов».
Формально титулы не всегда были закреплены официально, но в XVII веке многое решало расположение монарха. А король не возражал.
Командир и губернатор
В 1667 году д’Артаньян получает звание капитан-лейтенанта мушкетёров — фактически становится командиром первой роты. Под его началом подразделение превращается в образцовую часть, куда стремятся попасть молодые дворяне со всей Европы.
В том же году он назначается губернатором Лилля — города, возвращённого Франции. Однако административная служба тяготила его. Он оставался человеком армии.
Когда началась Франко-голландская война (1672–1678), д’Артаньян вернулся в строй. В 1672 году он получил чин полевого маршала, равный генерал-майору.
Смерть
Повышение до маршала стало вершиной его карьеры. Война с Голландией стала для д’Артаньяна последней. Меньше чем через год, он погиб. Это произошло в 1673 году во время осады города Маастрихт. По одной версии, мушкетная пуля пробила ему горло. По другой — ударила прямо в лоб. Истина, как это часто бывает в истории XVII века, растворилась в дыму пороха.
При дворе и в армии гибель капитан-лейтенанта мушкетёров восприняли как личную потерю. Его уважали не за громкие жесты — а за надёжность.
По словам Пелиссона, Людовик XIV тяжело переживал утрату и заметил, что д’Артаньян был «почти единственным человеком, который сумел заставить людей любить себя, не делая для них ничего, что обязывало бы их к этому».
Другой современник, д’Алиньи, передаёт строки из письма короля королеве:
«Мадам, я потерял д’Артаньяна, которому в высшей степени доверял и который годился для любой службы».
Маршал д’Эстрад, долгие годы служивший рядом с ним, скажет позже просто и жёстко:
«Лучших французов трудно найти».
Для человека, который всю жизнь провёл в службе — это была высшая оценка.
Наследие
При жизни д’Артаньян нередко именовал себя графом. В документах его называли «граф д’Артаньян», он подписывался как «кавалер королевских орденов».
Однако формально законность титула вызывала сомнения. После его гибели родственники столкнулись с судебными спорами о праве на дворянство и привилегии.
И здесь вновь вмешался король. Людовик XIV приказал прекратить преследования и оставить семью «верного старого слуги» в покое. Это был негромкий, но красноречивый жест благодарности.
Тело капитана мушкетёров было погребено у стен Маастрихта — в присутствии его кузенов Пьера и Жозефа де Монтескью д’Артаньян.
Долгое время точное место захоронения оставалось загадкой. Лишь современные исследования позволили приблизиться к разгадке. Французский историк Одиль Борда считает, что д’Артаньян похоронен в церкви Святых Петра и Павла на окраине Маастрихта — в районе Вольдер.
Так закончилась жизнь человека, который не искал легенды, но стал ею.
(с) Андрей Долохов
Понравилась статья? Тогда, чтобы поддержать нас, можете поставить лайк и подписаться на наш Дзен и Telegram: https://t.me/vestnikistorii
Мы будем очень признательны любой поддержке!