Конец 1980-х годов по праву считается золотой эрой голливудского экшена. Это было время, когда имена звезд значили больше, чем названия студий, а выход нового фильма с Арнольдом Шварценеггером был событием мирового масштаба. «Конан-варвар», «Терминатор», «Коммандо», «Хищник» — каждый из этих фильмов становился эталоном жанра. И именно в этот момент карьера «Железного Арни» пересеклась с карьерой голландского режиссера-провокатора Пола Верховена.
Верховен, уже успевший шокировать и восхитить Америку своим мрачным и сатирическим «Робокопом», идеально подходил для экранизации рассказа Филипа К. Дика «Мы вам всё припомним». Вместе им предстояло создать фильм, который войдет в историю не только благодаря феноменальным сборам, но и благодаря революционному для своего времени визуальному ряду.
Производственный ад и рождение проекта
Путь «Вспомнить всё» к большому экрану был долгим и тернистым. История экранизации началась еще в конце 1970-х годов, когда сценаристы «Чужого» Рональд Шусетт и Дэн О’Бэннон приобрели права на рассказ и написали первую версию сценария. Знаменитый продюсер Дино Де Лаурентис выкупил проект и более десяти лет безуспешно пытался запустить его в производство.
В разное время режиссерское кресло мог занять Дэвид Кроненберг, а главные роли — сыграть Уильям Хёрт или Патрик Суэйзи. Однако проект буксировал. Кроненберг написал 12 версий сценария, но так и не смог совместить психологическую драму с приключенческим боевиком. Проблема была еще и в образе главного героя: в оригинале это был обычный офисный клерк, и Шварценеггеру, уже зарекомендовавшему себя как супермена, отказывали снова и снова.
Ситуацию спасло банкротство студии Де Лаурентиса. Арнольд, который годами мечтал об этой роли, воспользовался моментом. Он предложил своим друзьям с независимой студии Carolco Pictures (продюсерам «Рэмбо») выкупить права. Те согласились буквально на следующий же день. Первым делом Шварценеггер настоял на кандидатуре Пола Верховена, чей «Робокоп» произвел на него неизгладимое впечатление.
Съемки в мексиканских песках
Съемочный процесс стартовал в 1989 году и продлился около пяти месяцев. Основной локацией стала Мексика. Режиссера привлекла футуристическая архитектура Мехико в стиле «необрутализм» — мрачные, массивные бетонные здания создавали идеальный фон для антиутопичного будущего. Для сцен на поверхности Марса выбрали пустыню неподалеку от Мехико с характерным красноватым песком. Там же, недалеко от столицы, построили гигантские декорации атмосферного реактора.
Однако работа в Мексике имела свою специфику. Местная кухня стала настоящим испытанием для съемочной группы — большинство членов команды переболели желудочно-кишечными расстройствами. Единственным, кого эта участь миновала, был Шварценеггер. Наученный горьким опытом съемок в джунглях во время работы над «Хищником», он питался исключительно едой, привезенной из США.
Режиссер Пол Верховен проявил себя как настоящий перфекционист. Он мог требовать десятки дублей из-за мельчайших ошибок актеров. Так, исполнитель роли таксиста Бобби был вынужден играть без очков, и из-за плохого зрения постоянно нарушал мизансцену, чем невероятно раздражал режиссера.
Инновации и казусы: Сцена в рентгеновском коридоре
«Вспомнить всё» стал, пожалуй, последним научно-фантастическим блокбастером, где подавляющее большинство эффектов были практическими. Тем удивительнее тот факт, что в фильме есть лишь один серьезный компьютерный спецэффект — эпизод в метро с рентгеновским сканером.
Сегодня, в эпоху цифровых технологий, эта сцена кажется простой, но в 1989 году она стала настоящим вызовом. Чтобы создать скелет, идущий рядом с Арнольдом, было решено применить технологию захвата движений (motion capture). На Шварценеггера надели черный обтягивающий костюм с 18 отражающими сенсорами. Шесть черно-белых камер записывали его движения, а компьютер должен был перенести их на цифровую модель скелета.
Эксперимент едва не провалился. Оказалось, что мощность компьютеров того времени была недостаточной. Шварценеггер двигался «слишком сложно и быстро», и техника не могла обработать данные. Специалисты обещали сделать работу за пару дней, но она заняла несколько недель. В итоге большую часть анимации пришлось делать вручную, используя технику ротоскопирования — когда художник вручную перерисовывает каждый кадр поверх живой актерской игры. Несмотря на все трудности, результат оказался настолько впечатляющим, что в итоге Академия отметила работу команды визуальных эффектов премией «Оскар».
Кстати, с этой сценой связана забавная история. Во время съемок прохождения актеров через «рентгеновскую» комнату один из статистов шел с собакой, которая в одном из дублей решила справить нужду прямо в кадре. Пол Верховен хотел оставить этот момент в фильме, но потом передумал, решив, что это отвлечет зрителей от технологического чуда, которое они пытались создать.
Марсианские пейзажи и ручная работа
Создатели фильма с гордостью демонстрировали изобретательность доцифровой эпохи. Почти все фантастические ландшафты Марса были воссозданы с помощью миниатюрных макетов. Причем над их созданием трудились в том числе специалисты NASA.
Для съемок арендовали склад площадью 2000 квадратных метров. Там размещались макеты поездов, автомобилей, космического корабля и огромного кислородного реактора. Чтобы придать макетам масштабность, перед ними двигали камеру, а на заднем плане прокручивали специально нарисованные фоны с марсианскими пейзажами.
Особого внимания заслуживают мутанты — они впечатляли зрителей больше всего. Над их образами работал легендарный гример Роб Боттин, создатель монстров из фильма «Нечто». Самым сложным творением Боттина стал мутант Куато — отвратительный человечек, растущий из живота другого мутанта. Это была тщательно продуманная кукла, которой управляли шесть кукловодов. В сложных сценах задействовали до 15 человек: кто-то отвечал за тело носителя, кто-то за голову, отдельные люди управляли губами Куато, его руками и даже вращением глаз.
Визитной карточкой фильма стала трехгрудая проститу***. Изначально Верховен хотел сделать ее четырехгрудой, но Роб Боттин предложил более абсурдный и запоминающийся вариант с тремя. Создатели подчеркивают, что ни одной настоящей груди в кадре не было. Был изготовлен полый поролоновый протез, который наполнили пакетами с водой для реалистичной гравитации, а затем замаскировали под цвет тела.
Сцена, в которой герой Шварценеггера срывает с себя женскую маску, также была исполнена без компьютерной графики. Это было настоящее инженерное чудо — сложный механизм с раскладывающимися частями, за которым скрывалось лицо Хаузера.
Человеческий фактор
Актерский состав фильма тоже преподносил сюрпризы. Во время съемок Шварценеггер заметил, что Майкл Айронсайд (исполнитель роли злодея Рихтера) постоянно разговаривает по телефону между дублями. Оказалось, что Айронсайд звонит своей сестре, больной раком. Узнав об этом, Арнольд немедленно пригласил коллегу в свой трейлер и больше часа беседовал с ним и его сестрой по телефону, давая советы о физических упражнениях, питании и важности позитивного настроя. Айронсайд и его сестра никогда не забывали эту доброту.
Рэйчел Тикотин, сыгравшая повстанца Мелину, и Шэрон Стоун, исполнившая роль коварной жены Лори, создали яркие женские образы, которые стали не просто дополнением к главному герою, а полноправными участниками истории.
Кассовый триумф
Бюджет фильма составил колоссальные по тем временам 60-65 миллионов долларов, что делало его одним из самых дорогих проектов в истории. Дороже в том году обошелся только вышедший чуть позже «Терминатор 2».
Но риск оправдался сторицей. В мировом прокате «Вспомнить всё» собрал более 261 миллиона долларов. Для студии Carolco это был грандиозный успех, который позволил Шварценеггеру окончательно закрепить за собой статус мегазвезды, способной в одиночку обеспечить кассу фильму.
Критики приняли фильм благосклонно, отметив не только зрелищность, но и глубокий философский подтекст. Картина получила премию «Оскар» за визуальные эффекты, а также номинации за звук и звуковые спецэффекты.
Наследие: Что осталось за кадром истории
«Вспомнить всё» оставил неизгладимый след в массовой культуре. Он стал эталоном киберпанка и философской фантастики, доступной массовому зрителю.
Технологическое наследие. Фильм стал мостом между старой школой практических эффектов и новой цифровой эрой. Опыт, полученный при создании сцены с захватом движений, хоть и был болезненным, но заложил основу для будущих технологий, которые сейчас используются повсеместно.
Ремейк. В 2012 году вышел ремейк с Колином Фарреллом в главной роли. Фильм Лена Уайзмана обладал современной графикой и зрелищными экшен-сценами, но критики и зрители сошлись во мнении, что он потерял ту самую «верховенскую» мрачную иронию и шизофреническую атмосферу оригинала. Ремейк был более стерильным и серьезным, что пошло ему не в пользу.
Влияние. «Вспомнить всё» цитируют и пародируют до сих пор. Фраза «Заткнись и открой багажник!» («Shut up and open the trunk!») стала мемом, а образ трехгрудой женщины прочно вошел в пантеон самых узнаваемых кинокартинок.
Как заметил историк кино Андрей Гореликов, роль Куэйда оказалась чуть ли не лучшей в карьере Шварценеггера. Это история о человеке, чей мир рухнул, и который обретает себя заново в самых невероятных обстоятельствах.
Заключение
«Вспомнить всё» — это не просто фильм. Это машина времени, которая переносит нас в эпоху, когда фантастика создавалась потом и кровью, из поролона, пакетов с водой, макетов и безграничной фантазии. Это последний великий фантастический блокбастер старой школы, после которого началась эра цифры.
И, как и 35 лет назад, этот фильм продолжает задавать нам один и тот же вопрос: что есть реальность? Имеет ли значение, случилось ли это на самом деле, если ты веришь в это?
Как говорил сам Куэйд: «Я мечтаю о Марсе. Каждую ночь мне снится, что я там. А когда я просыпаюсь, то чувствую невероятную злость... Мне кажется, что я заперт в самом себе». И мы до сих пор не знаем, освободился ли он в конце фильма или так и остался в капсуле для воспоминаний. И это, пожалуй, и есть главный секрет его величия.