— Томусь, Машка точно заболела, — Оля прищурилась, как Шерлок Холмс. — Месяц порог переступить не дает. Я вчера мимо шла, дверь не захлопнута была, так я краем глаза глянула...
Там не квартира, там склад гуманитарной помощи после землетрясения! Это она: «домашняя слепота». Глаз замылился, она разрухи не видит.
— Оль, ну может просто закрутилась? — сомневалась я.
Нет, говорит, иди и проверь! Она недавно хвасталась, что у нее хорошая вафельница. Иди, скажи — позарез надо вафли сделать.
Пизанская башня из посуды и фикус в носках
Ну я пошла. Маша открыла, впустила:
— Томочка, проходи, дорогая, не разувайся, у нас не прибрано. Я чайник поставила, сейчас чаю попьем.
Она легким движением руки, будто крошки со стола, сгребает в кучу липкие кружки с засохшим чаем, пачку чеков и ворох пакетов.
Сверху на эту баррикаду летит свитер дочки — прямо в тарелку с недоеденным печеньем.
Садись, Томусь, сейчас чайку сообразим.
Я глянула в зал, а там фикус в три погибели согнулся под тяжестью сушащихся носков. На кухне в раковине посуда уже в три этажа выстроилась, как Пизанская башня.
Почему мозг перестает видеть грязь: три главных симптома
Я невольно руки за спину спрятала, будто боясь нечаянно к чему-то прислониться. Улыбаюсь вежливо, а сама глазами дверь ищу. Кажется, если глубоко вдохну, то сама этим беспорядком пропитаюсь до костей.
Выскочила я от Маши как ошпаренная, чуть не забыла забрать вафельницу. Прибегаю к Оле, вафельницу на стол — шмяк.
— Твоя правда, Оль. Там Мамай не просто прошел, он там прописался! Обычная лень, распустилась девка, вот и всё.
— Эх ты, серость! — Оля аж поперхнулась чаем. — Лень — это когда ты видишь грязь, но не хочешь убирать. А у Машки — типичная «домашняя слепота». Мозг картинку просто фильтрует.
Признак первый: амнезия на «формулу порядка». Это когда свитер в тарелке стал «фоном». Она может этот стол сверху донизу осмотреть и скажет: «Тут чисто».
— Должно же быть «лекарство»? — перебила я.
— Есть рецепт! Нужно сосредоточиться на одном конкретном пятачке и осматривать его непривычно: сверху донизу. Глаз наткнется на «лишнее» под другим углом.
Оля загнула второй палец.
Признак второй: аномальные зоны. Помнишь гору коробок в коридоре? Это мозг ей картинку вырезает, чтобы не расстраивать. Тут нужна «дежурная десятиминутка» — просто дать мозгу сигнал, что хозяйка в доме есть.
Признак третий: страх «совета постороннего». Машка боится, что мы увидим то, что она не замечает. Поможет только шоковая терапия технологиями: нужно заставить её сфотографировать свой завал. На фото «слепота» отступает мгновенно.
Чем закончилась попытка «вылечить» подругу
В общем, разработали мы план спасения. Пошли вдвоем. Пока я ей на кухне зубы заговаривала новым рецептом теста, Оля «исчезла». Слышу — в зале шорох. Десять минут прошло, пятнадцать...
Заходим в зал и картина маслом: Оля со скоростью электровеника запихивает подушки в шкаф, плед складывает и — самое главное — телефоном углы фотографирует!
— Ты что творишь?! — Маша аж побледнела.
— Машка, я тебя лечу! Глянь на фото! В жизни ты этот завал на диване не видишь, а на снимке — это ж позор!
Маша не стала слушать про методы. Она нас обеих за дверь выставила так быстро, что мы и «до свидания» сказать не успели.
Горе лекари! — донеслось из-за двери. — У себя в шкафах копайтесь!
Помощь или наглое вторжение: где проходит грань?
Сидим мы с Олей на лавочке, обтекаем.
— Ну что, вылечили? — вздыхаю я.
— Зато она теперь точно знает, что на диване хлам лежит, — буркнула Оля.
А я вот иду домой и думаю. С одной стороны — мы вроде из добрых побуждений. А с другой... правду говорят: «В гостях будь как слепой».
Кому какое дело, как человек живет, если ему комфортно? Может, это у нас болезнь — «порядочность головного мозга»? Маша теперь с нами не разговаривает. И вот стоило оно того?
Девочки, как вы считаете? Есть грань между помощью и наглым вторжением? Вы бы обиделись, если бы подруга у вас под шумок пыль вытирать начала? Или сказали бы спасибо?