Накануне первой мировой войны строительный бум в российской столице набрал небывалые темпы. Относительное экономическое благополучие империи обеспечивало рынок финансовыми ресурсами, но спрос все равно опережал предложение. Конечно, даже в такой ситуации, никуда не делось желание строить красиво и комфортно, хотя на первый план настойчиво выходила необходимость строить много, быстро, максимально рационально и желательно с минимальными затратами. Лучше всех эту тенденцию понимали те, кто был непосредственно связан со строительным бизнесом. Именно они и использовали ситуацию в собственным интересах быстрее многих.
Этот большой (первоначально шесть этажей с мансардой) доходный дом на углу улиц Боровой и Волоколамской был «сдан в эксплуатацию» в 1913-м. В то время в архитектуре Петербурга было время неоклассических экспериментов, хотя в данном случае вытянутый по Волоколамской прямоугольник , с чрезвычайно плотной и простой компоновкой, особым обилием модного декора отнюдь не блистал. Даже сегодня все это напоминает скорее типичные «многоквартирники» более поздних времен, чем своих доходных ровесников.
Безусловно и тут можно обнаружить рустовку, характерные пилястры, лепные «вставки» на фасаде, и даже модные классические маскароны.
Но сделано все это максимально скупо, явно с целью создать хоть какую-то видимость «архитектурного ритма» многооконной серой громадины. Компенсируя внешнюю скромность в холлах, стильный «тематический» декор был использован с даже с несколько излишним размахом.
Хотя, откровенно говоря, скромные лестничные ограждения и «геометрическая» расстекловка окон времен модерна этим очень тесным парадным подходила гораздо больше больших «классицистических» композиций.
Тут, на мой взгляд, интересна не архитектура, а сама характерная история появления этого здания. Покупателями участка и заказчиками строительства выступили два разных, но скорее всего, прекрасно знавших друг друга, человека. Совладелец (вместе с родным братом) известного в Петербурге кирпичного завода «Якорь» Андрей Васильевич Елисеев и подрядчик «штукатурных и строительных работ» Григорий Матвеевич Федоров. А разработчиком проекта и исполнителем работ выступил, пот стать заказчикам, весьма востребованный зодчий Леон Вильгельмович Богусский который, построил в столице почти полсотни доходных домов и в свою очередь, владел собственной строительной конторой в партнерстве с подрядчиком Константином Ивановичем Бриччи-Фасси. Эти люди великолепно ориентировались на рынке недвижимости и могли эффективно использовать своеобразную синергию своих возможностей для получения максимального дохода с минимальными издержками. При этом, главным бенефициаром всей затеи выступал именно Елисеев. Безусловно Андрей Васильевич мог весомо снизить затраты благодаря использованию собственного кирпича, но использовать кредитные ресурсы (а такой проект их в то время наверняка требовал) не хотел или не мог. Более перспективным оказался вариант с привлечением знакомого «со инвестора» в роли которого и выступил Федоров. Через год после окончания строительства Григорий Матвеевич вышел из проекта, а единоличным собственником дома остался Елисеев, который и владел им до самой революции. Примечательно, что на этом проекте, реализованном буквально накануне большой войны, Андрей Васильевич не остановился. К 1917 году ему принадлежало еще три доходных дома в Петербурге. Впрочем сам Елисеев, живший в этом районе, всегда предпочитал роскошный доходный дом Александра Николаевича Перцова на Лиговской. Его доходная недвижимость явно предназначалась для гораздо менее состоятельных арендаторов…
Такая вот короткая, но показательная история…