Найти в Дзене
udm-info.ru

«Забитый мальчик» с поясом шахида: история можгинского изгоя, взорвавшего себя в Москве

Ночная Москва вздрогнула от оглушительного хлопка на площади Савеловского вокзала. Мощный взрыв унес жизнь 34-летнего инспектора ГИБДД Дениса Братущенко и самого террориста — 22-летнего Сергея из Удмуртии. Еще двое автоинспекторов попали в больницу с тяжелыми ранениями. Но пока следователи отрабатывают версию о вербовке украинскими спецслужбами, вскрывается трагическая подоплека личности смертника, превратившегося из «тихони» в оружие возмездия. «Он был изгоем»: детство без отца и школьные годы в изоляции Для жителей небольшого городка Можга новость о том, что их земляк привел в действие бомбу, стала ударом грома среди ясного неба. В памяти тех, кто знал Сергея по школе, он остался «забитым», «нелюдимым» мальчиком, который всегда был сам по себе. «Командные игры? Да его никогда не брали, — вспоминают бывшие одноклассники. — Он был изгоем. Одевался бедно, в обноски с заплатками, и старался держаться так, чтобы ни с кем не пересекаться. Из школы — сразу домой, будто прятался от всего м

Ночная Москва вздрогнула от оглушительного хлопка на площади Савеловского вокзала. Мощный взрыв унес жизнь 34-летнего инспектора ГИБДД Дениса Братущенко и самого террориста — 22-летнего Сергея из Удмуртии.

Фото: СК России
Фото: СК России

Еще двое автоинспекторов попали в больницу с тяжелыми ранениями. Но пока следователи отрабатывают версию о вербовке украинскими спецслужбами, вскрывается трагическая подоплека личности смертника, превратившегося из «тихони» в оружие возмездия.

«Он был изгоем»: детство без отца и школьные годы в изоляции

Для жителей небольшого городка Можга новость о том, что их земляк привел в действие бомбу, стала ударом грома среди ясного неба. В памяти тех, кто знал Сергея по школе, он остался «забитым», «нелюдимым» мальчиком, который всегда был сам по себе.

«Командные игры? Да его никогда не брали, — вспоминают бывшие одноклассники. — Он был изгоем. Одевался бедно, в обноски с заплатками, и старался держаться так, чтобы ни с кем не пересекаться. Из школы — сразу домой, будто прятался от всего мира». Замкнутый характер и социальная изоляция стали его спутниками с детства, которое и без того было непростым.

Сергей рос в многодетной семье без отца: глава семейства, по словам соседей злоупотреблявший алкоголем, умер, когда мальчик еще ходил в детский сад. Мать, работавшая уборщицей, тянула троих сыновей одна. Старшие братья, как говорят родственники, «выбили» себе дорогу: один обзавелся семьей, другой взял ипотеку и купил квартиру. Сергей же всегда оставался в тени.

Армия и новая жизнь: от повара до контрактника в Питере

После школы следы парня потерялись для одноклассников, но не для военкомата. Сначала он поступил в аграрный колледж, освоил специальность повара, а в 18 лет ушел в армию. Отслужив срочную службу, Сергей неожиданно для многих решил подписать контракт по собственному желанию.

Служба забросила его в Санкт-Петербург, где он и осел в последние годы. Родня, навещавшая его на январских праздниках, описывает совершенно иную картину, нежели та, что рисовали школьные знакомые.

«Чай с девушкой»: последний визит родных и внешнее благополучие

«Мы приехали к нему на съемную квартиру на 11-м этаже. Обычная студия, близко от службы, — поделились близкие. — Он был спокоен, пил с нами чай. Рядом сидела его девушка, с Украины, кажется. Никаких разговоров о работе или странных увлечениях. Нормальный парень, каких много». Мать Сергея специально приезжала в Северную столицу в праздники, снимала жилье на Невском, чтобы быть ближе к сыну. Казалось, жизнь налаживается: армия дисциплинировала, появились отношения, своя квартира.

Трагедия на Савеловской: версия о вербовке и роковой шаг

Что пошло не так за эти полтора месяца с момента визита родных? Почему «нормальный парень» превратился в фанатика с поясом шахида?

По данным следствия, ключ к разгадке может крыться в умелой обработке через интернет. По одной из версий, Сергей попался на крючок украинских мошенников или вербовщиков. Тихие и замкнутые люди, часто обиженные жизнью и обществом, — идеальная мишень для психологической обработки. Изгой в школе, он искал признания и, возможно, нашел его в виртуальных разговорах, где его превратили в орудие теракта. Адская машина сработала на Савеловской площади, оборвав жизнь не только того, кто ее нес, но и случайного стража порядка, оказавшегося на пути.