Игорь Голубь – поэт и прозаик из Калининграда, редактор молодёжного литературно-публицистического журнала «Веретено».
Казалось бы, где Калининград и где Сибирь, но мы живём в удивительное время, когда расстояние не преграда для знакомств и общения. Можно находиться в сибирской глубинке и брать интервью у человека из самого западного региона страны. Чудеса же!
– Игорь, если бы Вы составляли шкалу Ваших жизненных ценностей, то что поместили бы на три первых места?
– Семья. Родной край. Книги.
– У вас много стихотворений о Калининграде, Вашем родном городе. Влияет ли его географическая оторванность, его история на уклад жизни калининградцев?
– Трудно сказать, потому что все калининградцы очень разные. Может быть потому, что исторически все наши корни ведут на восток, у нас идёт усиленная и странная борьба с германизацией. Хотя, на мой взгляд, любить старый дом – совершенно не значит любить в нём Германию. Красота не должна иметь национальность. Но регион и вправду сильно оторван от большой России и лично меня это мотивирует чаще ездить в другие регионы, тянуться к своим корням. И всё же – касаемо общего ощущения, нельзя жить в европейском городе, культурно и исторически, и не смотреть на запад в каком-то смысле. Это напрямую влияет на вкусы калининградцев в той же моде или взглядах на литературу.
– Расскажите о самых поэтичных местах Калининграда.
– Думаю, тут каждый вправе выбрать в Калининграде своё место по сердцу. Всегда обожал старый парк Теодора Кроне, куда отец водил меня в детстве, с огромными соснами и каштанами. А вообще за вдохновением я езжу всегда вглубь региона, на реки – Неман, Лаву, Дейму, там дышится легче.
– Слежу за Вашим творчеством, и недавно мне на глаза попалось стихотворение, в котором есть такие строчки:
Оттого и тяжёлый вопрос
Иногда возникает невольно:
Я бы с радостью к людям прирос,
Только это, как правило, больно…
А из другого, прочитанного ранее, запала в душу такая строфа:
Вот таким невидимым обрядом
Кончится сердцебиенья срок,
Потому в быту моём неладном
Каждый, кто всегда со мною рядом,
Дорог мне, как воздуха глоток.
Какие качества в людях Вы цените больше всего, а какие больше всего отталкивают?
– В этом, думаю, мы так или иначе ориентируемся на себя. Для меня важнее всего в этом мире справедливость. Даже когда в простом, казалось бы, литературном конкурсе (всё же не самое важное в жизни любого человека) побеждает посредственно пишущий автор, душа бушует. Справедливость и доброта, честность и простота – пожалуй, это притягивает. А отталкивает надменность и жадность. Все мы перед Богом равны, если ты что-то имеешь – поделись этим с людьми, а не прячь от них это, и уж тем более не возвышайся над ними.
– Игорь, расскажите, как появилась идея о создании журнала «Веретено».
– Я много раз об этом говорил, но это и есть самое важное, почему журнал был создан. Толстые журналы (и не только) печатают в основном старших авторов, а молодёжь на втором плане, и то – в лучшем случае. А мы знаем, что есть замечательные одарённые молодые авторы. Кроме того, «Веретено» поставило себе целью печатать авторов вне тусовочных предпочтений, рекомендаций по связям, взглядов на литературу. Если человек талантлив или перспективен, он должен быть в журнале. Кроме того, современную литературу поедает ряд процессов, они напрямую разлагают её, вся эта мода на американизмы, мат, вызов форме и традициям – без сердцевины как таковой – ничто, просто сотрясание воздуха. Очень многие молодые авторы гонятся за модой, они кажутся себе «крутыми» и современными, на деле это всё написано уже стократно, многие авторы до нас бросали вызов «миру», но как правило, за исключением тех, кто вошёл в историю, – это всё было дымом без огня.
– Часто ли приходится Вам, как редактору, отказывать авторам в публикации? Каких текстов присылают больше, сильных или слабых?
– Я не хочу врать, сильных текстов всегда меньше, чем слабых, намного меньше. Отказывать приходится нечасто по простой причине: стараюсь сам искать крепких и перспективных авторов, либо полагаюсь на мнение членов редколлегии, которые периодически рекомендуют наиболее крепких молодых поэтов и прозаиков.
– Что для Вас является главными критериями хорошей поэзии и прозы?
– Критерии всегда, думаю, одни: наличие таланта, владение языком в полной мере или, по крайней мере, стремление к этому и ответственное отношение к создаваемому тексту. Без этого текст – набор букв.
– Помимо текстов, которые присылают Вам авторы для публикации, что Вы ещё читаете? Какую предпочитаете литературу: классику или современную, каких жанров? Назовите последнюю прочитанную Вами книгу.
– Читаю в основном стихи. Помню, когда учился в школе и университете, было даже своего рода правило – ни дня без книги. Сейчас прозу читаю реже, чем даже путеводители и энциклопедии. Надо признаться, я их с детства читал больше, чем что-либо другое. Мне однозначно ближе литература второй половины 20 века. Сегодня начал читать «Бойня №5» Курта Воннегута, даже сугубо тематически я уже жажду прочитать эту книгу.
– Меня, как бывшего библиотекаря, интересует такой вопрос: посещаете ли Вы библиотеку?
– Я обожаю библиотеки, особенно в маленьких городках и посёлках. Именно там мы с ребятами стараемся больше выступать, читать для школьников, придумывать интересные мероприятия. В сельских библиотеках другие люди работают – они добрее и проще, они видят в тебе свет, а ты отвечаешь им взаимностью и помогаешь мероприятиями. Ну и просто сама атмосфера там иная, поэтому и семинары с юными авторами я провожу только в таких библиотеках.
– Ваша жена, Екатерина Мантурова, тоже поэт. Бытует мнение, что двум творческим личностям сложно ужиться вместе. Согласны ли Вы с этим утверждением?
– Очень согласен, а особенно когда творческие личности с характером, всегда на глубине подсознания присутствует элемент соперничества. Но мы это пережили и переросли, стараемся друг друга поддерживать во всём, учимся слушать друг друга. А ссоры и споры есть в любом доме.
– Над чем Вы сейчас работаете? Поделитесь Вашими творческими планами.
– Если не считать постоянной работы над очередным номером журнала «Веретено», в который каждый раз вкладываешь душу, есть планы по изданию книги поэзии и книги прозы. Это совершенно разные моменты – книгу стихов я давно готов издать, однако финансовый вопрос с такими тратами на журнал бьёт по рукам. Есть 2800 стихов, есть 5 маленьких тематических сборников, но пришло время создать что-то серьёзное. С прозой сложнее. Начинал я как прозаик, но потом ушёл от этой работы, теперь вот вернулся, весной планирую издание первого сборника рассказов. Даст Бог, получится что-то достойное.
– Что Вы пожелаете всем, кто читает сейчас это интервью: жить по уму или по сердцу?
– Пожелаю оставаться собой. Шиллер сказал, что разум должен повелевать сердцем. У нас в Калининграде сохранился памятник Шиллеру, и мне всегда кажется, что философ косится на меня, потому что я живу на эмоциях и только с годами стал мыслить глубже и держать себя в руках. Советчик из меня не лучший, думаю. Но всё же прислушиваться к окружающему миру – природе, всему, что нас окружает – стоит постоянно. Это и есть путь к себе самому.
Благодарю Игоря Голубя за беседу, а читателей – за прочтение🤍
P.S. Это было ещё одно, последнее, интервью из 2020 года. Скоро появятся новые, из 2026-го)