Рабочий день начинается — и буквально через несколько минут создается ощущение бурной деятельности. Чаты оживают, приходят письма, в календаре появляются новые встречи. Люди обсуждают задачи, делятся обновлениями, пересылают документы.
Если посмотреть со стороны, все выглядит как идеально организованная рабочая машина. Но проходит неделя, потом еще одна — и становится непонятно, где результат всей этой активности. Работы было много, обсуждений еще больше, а продвижения почти нет.
Чаще всего это оттого, что сотрудники начинают тратить энергию не на работу, а на демонстрацию того, что они работают.
Как занятость превращается в спектакль?
В любой организации довольно быстро формируется неформальное понимание того, что именно считается хорошей работой. Иногда это реальные результаты. Но довольно часто — видимая активность.
Если человек постоянно пишет в чатах, участвует во встречах, отвечает на письма и регулярно делится статусами задач, создается ощущение, что он очень вовлечен в работу. Его присутствие заметно.
Совсем иначе выглядит человек, который полдня думает над сложной задачей: он не пишет сообщения, не участвует в беседах и не создает постоянного информационного шума. Со стороны его работа почти не видна.
Проблема в том, что многие компании лучше замечают первое, чем второе. Поэтому сотрудники начинают подстраиваться. Они постепенно учатся не столько делать работу, сколько выглядеть занятыми.
Почему это происходит даже в нормальных компаниях?
Никто специально не придумывает культуру показной продуктивности. Она возникает почти автоматически, ведь менеджерам нужно понимать, чем занята команда. Но интеллектуальную работу сложно измерить напрямую. Мыслительный процесс не оставляет следов в таблицах и отчетах.
Гораздо проще фиксировать то, что видно: количество встреч, сообщений, задач, комментариев. В результате появляется привычка оценивать работу по косвенным признакам активности. Чем больше движения, тем выше ощущение, что все под контролем.
Проблема в том, что в интеллектуальной работе движение и результат часто вообще не связаны.
Когда начинаешь работать из дома, это становится особенно заметно
Я по-настоящему обратила внимание на эту историю после того, как перешла на пресловутую удаленку. Пока все сидят в офисе, многое происходит само собой: люди видят друг друга, слышат разговоры, понимают, что коллеги чем-то заняты. Присутствие уже само по себе создает ощущение работы.
На удаленке этого нет. Остаются только цифровые следы: сообщения, комментарии, обновления задач, реакции в чатах. И довольно быстро появляется внутренний импульс постоянно что-то писать, отвечать, уточнять — просто чтобы было видно, что ты на месте и работаешь. Я довольно рано заметила, что и в нашей компании эта динамика постепенно усиливается.
Иногда ловишь себя на мысли: «Может, ответить на сообщение, хотя это не срочно? Может, еще раз обозначить, что задача в процессе?» Это и есть тот самый момент, когда работа начинает превращаться в демонстрацию работы.
Честно говоря, удержаться от этого бывает непросто. Желание выглядеть вовлеченным довольно естественное. Но со временем я поняла, что меня гораздо больше интересует результат, чем впечатление от процесса. Поэтому я стараюсь не поддаваться этому импульсу. Лучше потратить несколько часов на то, чтобы действительно решить задачу, чем все это время показывать, что ты ею занимаешься. Если кому-то это не нравится, можем обсудить — так я решила для себя.
Как не попасть в ловушку показной продуктивности?
Самое сложное в этой истории — то, что ловушка почти незаметна. Человек не принимает решение «теперь я буду имитировать работу» в один момент. Все происходит постепенно: немного больше сообщений, немного больше встреч, немного больше обновлений.
Поэтому первое, что помогает — замечать этот момент. Задавать себе вопрос: я сейчас действительно двигаю задачу вперед или просто создаю ощущение активности?
Второй важный принцип — сознательно выделять время на то, чтобы спокойно обдумать задачи. Настоящая работа редко происходит в режиме постоянных уведомлений. Иногда лучший вклад в проект — это несколько часов тишины, когда никто не ждет мгновенных ответов.
Третья вещь — довольно простая по сути, но неожиданно сложная в исполнении: не участвовать во всех обсуждениях подряд. Согласиться с мыслью о том, что не каждая встреча требует присутствия, и не каждое сообщение требует немедленного ответа. И придерживаться ее.
Еще один полезный ориентир — регулярно задавать себе простой вопрос: если бы завтра исчезли все чаты, письма и встречи, что из того, что я делаю сегодня, все равно имело бы смысл? Обычно именно это и есть настоящая работа.