Уборка в четыре руки, а Веня отлично мог, при желании, управляться с материальными предметами, обещала быть недолгой. И пока желание у него было.
- Такое ощущение, что она не вещи собирала, - проворчал Стас, - а специально разбрасывала! Или искала что-то…
- Что-то! – усмехнулся Веня, присаживаясь на лавку. – Сам же ей в первый вечер рассказывал, что у твоей бабушки Агафьи были старинные иконы, украшения, книги! А еще утварь раритетная! Это она искала! А ты думаешь, что твоя кобра белобрысая сюда ради великой любви к тебе ехала? У нее же на лице огромными буквами написано было, что ей денежки нужны, а не все это!
Широкий жест Вени вызвал у Стаса тяжелый вздох. Он видел, что уборки еще столько, что спать накрылось.
- Надо будет потом самому поискать, - орудуя веником и совком, проговорил Стас. – Интересно, все-таки.
- Уборку закончим, - а Веня подниматься не спешил, видимо, желание уже пропало, - покажу!
- А ты знаешь, где это все? – Стас разогнул спину и уставился на Веню.
- Обижаешь! – Веня улыбнулся. – Как только я увидел алчный блеск в глазах твоей кобры, сразу все спрятал! А потом глаза ей отводил, чтобы случайно не наткнулась! А она искала!
- Ладно, - Стас качнул головой и продолжил подметать осколки на кухне, - уехала и уехала…
- Это да! Освободились!
Больше вспоминать об Алине у Стаса не было никакого желания. Однако бардак сам собой напоминал о ней.
- Если ты продолжишь убирать с таким кислым лицом, - заметил Веня, - то кинь это дело, толка не будет!
- Оно же само не рассосется, - вздохнул Стас.
- Ну, хорошо! – Веня подобрал под себя ноги, чтобы не мешать. – Буду тебя развлекать! Как раньше!
- Что-то я не помню, чтобы ты меня развлекал, - задумался Стас.
Не вся память уже вскрылась, но многое показывало краешки, за которые можно было вытянуть воспоминания.
- Вот, то, что ты меня заставлял в истории влипать, это я отлично помню! – Стас улыбнулся. – Как тогда бабушка кричала! Наверное, все соседи думали, что тут что-то страшное происходит?
- А как ты ее чуть до сердечного приступа не довел? – усмехнулся Веня. – Додумался же! Подчинил три десятка мышей, а потом заставил их вокруг старушки хоровод водить! А она ж мышей до поросячьего визга боялась! Как она кричала!
- Зато нам весело было! Тимофей тогда икал до самого вечера! – поддержал веселье Стас. – А как она его звала! Как кричала: «Тимофей! Разгони их! Ты же кот, в конце концов!»
Веселый был момент, однако Стас взгрустнул:
- Это ж давно было. Нет уже Тимофея…
- А что с ним сделается? – Веня поперхнулся. – Он же не кот! А фамильяр!
- Да? – это в памяти еще не проявилось.
- Ага! – кивнул Веня. – Послание недавно с галками прислал. Мол, прошел перерождение, родовую память принял! Ведьма попалась нормальная, без приколов. Может, в гости заглянет, если будет мимо пролетать!
Теперь Стас припоминал, что бабкин кот был фамильяром. Это только оболочка кота, а на самом деле, там внутри очень даже человеческое сознание со сверхъестественными способностями. И вообще, они служат ведьмам и прочим колдунам. Функция их такая.
- Фамильяры, они такие, - кивал Веня. – Не стало ведьмы, и он уходят на круг.
Тимофея Стас помнил, через все детство вместе прошли. Однако впечатление от воспоминаний было смазанным, поэтому Веня подкинул еще.
- А кур? Кур помнишь? – он деланно залился смехом. – Вот умора была!
- А кто надоумил? – вспомнил Стас и тоже рассмеялся. – Но как они вышагивали! Строем! Так по двору и ходили, пока бабушка не увидела!
- Как она за ними с палкой бегала! – смех Вени стал естественнее. – И кричала: «Не положено курам так ходить! Туда-сюда бегайте! Всех же на суп пущу!»
- А потом она с этой же палкой за мной бегала, - продолжал припоминать Стас. – Говорила, что наварит мне с этих кур горохового супа! Вот тогда я узнаю, как над курами потешаться!
- И она же наварила, - икнул Веня. – Горохового! Ядреного!
- О, нет! – воскликнул Стас. – Это я бы хотел забыть навсегда!
- В хату не зайти было! И только твое непонимание на лице, что живот дует, а выхлоп не заканчивается! – ухохатывался Веня.
- Вот тебе смешно, а я с тех пор вообще на горох смотреть не могу! Даже салаты с ним не ем! – сказал Стас, стараясь изобразить обиду, но губы предательски растягивались в счастливой улыбке.
Веселых, приятных и радостных воспоминаний было много. А были и такие, которые хотелось вымарать из памяти. Но, как назло, они-то никуда не делись.
Начать хотя бы с того, как Стас оказался у бабушки Агафьи.
***
Когда Максим с Наташей стали родителями, они совершенно были к этому не готовы. Ни морально, ни физически, ни материально. Они вообще жили в свое удовольствие. Вот от удовольствия у них мальчонка и появился. А что с ним делать, они даже не предполагали.
Нет, можно было узнать. Но они этого не хотели. Их вполне устраивала беззаботная жизнь, а оковы в виде младенца им обоим были ни к чему.
Но первым делом они наградили друг друга взаимными претензиями:
- Куда ты смотрела?
- А ты куда смотрел?
- Чем ты думала?
- А ты?
Покричали над младенцем, а он никуда исчезать не собирался.
Сначала его отправили к маме Максима. Той хватило на полгода, а потом она прозрачно намекнула, что она его сдаст куда положено, если родители его не заберут!
Второй бабушке пришлось вспоминать молодые годы, когда она Наташу пестовала. Но и у той терпения было не так уж и много.
В итоге годовалый малыш был выдан молодым родителям на руки с таким посылом, чтобы они сами решали его судьбу.
Однако ни Максиму, ни Наташе не хотелось ничего решать. Их ждали клубы, развлечения, друзья. Но у самих руки не поднялись, чтобы сдать его в детский дом.
Два года Стасик был профессиональным подкидышем. То есть, то Наташа, то Максим, подкидывали его мамам своих друзей. Когда на неделю, когда на две, а когда всего на пару дней.
За эти два года добрые люди, которые готовы были согласиться присмотреть за ребенком, закончились.
- Ну и что нам с ним делать? – спрашивала Наташа у Максима.
- А я знаю? – отвечал он.
- Узнай! Ты же отец!
- А ты мать!
Очередная пикировка результата дать не могла, но Наташу натолкнуло на шальную мысль.
- У меня бабка в деревне есть. Старая, но еще бодрая! Давай ей его завезем!
- А что ты раньше молчала? – обрадовался Максим. – Поехали!
Бабушка Агафья, технически, для Стасика была прабабушкой. Но выглядела она слишком молодо для своих лет. Даже Наташина мама восклицала, что ее мать выглядит лучше ее самой. Ну, и, по старой памяти, называла ее ведьмой.
Вот к ведьме Агафье Стасика и привезли.
- Угу, - недовольно прокомментировала бабушка Агафья явление внучки и ее хахаля. – Вот, значит, как.
- Ба, ну, ты должна меня понять, - говорила Наташа. – Куда нам с ним? Работать, карьеру строить, квартиру покупать! Не с ребенком же!
- А мы помогать будем! – честно соврал Максим. – Номер карты дадите, мы будем что-то вроде алиментов присылать!
- Ба, мы же в отчаянии! – жалобно говорила Наташа. – Не в детский же дом его сдавать?
- Оставляйте! – несколько грубовато сказала бабушка Агафья.
Радость молодые люди старались скрыть, но бабушка видела намного больше, чем ей показывали. А на прощание напутствовала:
- Пусть вам счастья будет столько, сколько вы мне тут правды наговорили!
Родители Стаса даже до города не доехали. Фура снесла машину с моста.
Так Стасик стал сиротой. Но руки, в которых он оказался – это было лучшее, что с ним происходило за предыдущие три года жизни.
Бабушка Агафья пыталась вытравить из смутных воспоминаний правнука память о его нерадивых родителях. Однако понимание ненужности у Стаса уже сидело в подкорке.
Да, то, что говорили про Агафью, было правдой. Она была ведьмой. Но не той, что ведет прием или помогает односельчанам. А скрытой! И скрывала это ото всех! Чтобы никто не заподозрил даже!
Но не может женщина в шестьдесят восемь лет выглядеть на сорок, а чувствовать себя на тридцать. Тут двух мнений быть не могло! Однако она отрицала и продолжала отрицать. На людях. Дома же она не скрывалась, и пользовалась всеми бытовыми привилегиями среднестатистической ведьмы.
- Веня! – ее крик поднял бы и мертвого. – Дуй сюда, если тебя еще не развеяло по всем небесам!
Веня материализовался возле двери в комнату.
- Чего надо? – сонно спросил он.
- Вот! – Агафья указала на мальчика.
- Это не мой! – Веня моментально проснулся. – Знать не знаю, видеть не видел! Замечен не был, не участвовал! – в панике говорил он. – И вообще… - он начал растворяться в воздухе.
- Ты ж! – прикрикнула Агафья. – А ну, вернись!
- Ну, что? – простонал Веня, снова обретая плоть. – Говорю же, не мой это! А если ты его где-то нагуляла, так это вообще не мои проблемы!
Тут уже у Агафьи глаза на лоб полезли:
- Ты это, за языком следи! А то я не посмотрю, что ты дух свободный! Так припечатаю, с места не сойдешь!
- Гафа, что за экспрессия? – скривился Веня. – Откуда злость? Мы же мирно дружим уже много лет!
- Считай, нашего племени прибыло, - сказала Агафья. – Но мне сейчас с ним возиться нет никакого удовольствия! А ты у нас дух свободный, совершенно беззаботный, ничем не обремененный! Вот я тебе службу и придумала, чтобы ты за проживание вносил!
- Если это шутка, то я отсмеялся и пошел, - саркастически ответил Веня.
- Веня! – Агафья поманила пальцем. – Сюда иди, хуже будет!
- Ты серьезно? – упавшим голосом спросил Веня. – Это же произвол!
- Это страховка!
Пока Агафья привязывала Веню к Стасу, тот немилосердно ворчал:
- И надо было мне залететь именно на этот двор? Летел бы дальше, проблем бы не знал! Другом был, учителем был, напарником был, любовником и тем был. А вот теперь я еще воспитателем стану! И зачем мне все это надо?
- Разговорчики! – прикрикнула Агафья. – Теперь вы повязаны! И ты за него отвечаешь собственной сущностью! Если с ним что-то случится, плохо будет тебе! Так что, чтобы волоска с его головы не упало!
- Да, понял я.
Веня присел перед мальчиком на корточки:
- Привет, Стасик! Меня Веня зовут! Давай дружить!
- Веня! Друг! – улыбаясь, произнес Стасик.
Он потянул к нему руки, а Веня подхватил его на руки и поднял над собой. Стасик счастливо рассмеялся.
Так у него появился самый первый и самый настоящий верный друг! Друг на все времена! А предстояло им еще столько всего!
Продолжение следует…
Автор: Захаренко Виталий