Ночь на 22 февраля в Няндоме выдалась такой, о которой потом долго шепчутся на кухнях и в очередях, потому что в один из обычных домов под Архангельском одновременно вызвали и скорую, и следователей, а когда дверь открыли и прошли внутрь, то в комнатах стояла тишина, не было ни криков, ни борьбы, ни перевёрнутой мебели, и только в погребе обнаружили тело 51‑летней женщины с ножевыми ранениями, истекавшее кровью, словно сама земля под домом стала укрытием для страшной развязки.
Почти сразу стало понятно, что речь идёт не о случайном нападении и не о загадочном проникновении постороннего, потому что очень быстро в поле зрения силовиков оказался 17‑летний сын погибшей, который после случившегося исчез, и именно он, по данным регионального управления СКР по Архангельской области и Ненецкому автономному округу, стал главным подозреваемым в убийстве собственной матери, что и послужило основанием для возбуждения уголовного дела.
По предварительной версии следствия, всё произошло в тот момент, когда женщина спала, а её несовершеннолетний сын, как утверждают в ведомстве, на почве личной неприязни взял нож и ударил её, после чего перетащил тело в погреб, словно пытаясь спрятать не только следы преступления, но и сам факт случившегося, а затем покинул дом, оставив за спиной ночь, кровь и вопрос, который неизбежно возник у всех — как такое вообще могло произойти.
Юного беглеца вскоре задержали, и в кабинете следователя он признался в расправе, однако одно признание не снимает множества вопросов, поэтому следствию предстоит допросить свидетелей, восстановить картину последних часов в доме, назначить комплекс экспертиз, включая психолого‑психиатрические, и решить вопрос о мере пресечения, при этом не исключается, что на время расследования подросток окажется в СИЗО.
Семья, по словам источника, не считалась неблагополучной, женщина работала продавцом, дом не фигурировал в сводках как проблемный адрес, не было разговоров о маргинальном образе жизни, и именно это делает историю ещё более резкой, потому что она ломает привычную схему, в которой подобные трагедии принято объяснять алкоголем, асоциальной средой или хроническим насилием.
На допросе подросток объяснил свой поступок неожиданной и пугающей логикой: он якобы убил мать, чтобы она не расстраивалась из‑за того, что он намеревался убить другого человека — своего знакомого.
По имеющимся данным, довести до конца замысел в отношении знакомого он не успел, а значит, следователям предстоит разобраться не только в деталях самой ночи, но и в том, что происходило в голове подростка до неё, какие конфликты, страхи или идеи толкнули его к такому решению, и было ли это внезапной вспышкой или продуманным шагом.